Учебный роман - Кристин Уокер

– Расслабь лицо, – проворковала Симона.

Я закрыла глаза, а кисточки смели с лица напряжение. Я попробовала помедитировать. Дзен и искусство нанесения макияжа.

Вдруг послышалось:

– Фион, удачи тебе!

Я открыла один глаз. И у меня снова скрутило живот. Это была Мар. А рядом с ней – Джонни Мерсер.

Я попыталась с ней поговорить, пока Симона мазала мои губы розовой переливающейся слизью.

– Боже, ребята, зачем же вы обрекли себя на такую пытку?

– Да ты ненормальная, если думала, что я это пропущу, – сказала Мар. – Мы с Джонни утром поработали, а потом я позвала его посмотреть соревнования. Да?

– Ага, – подтвердил он.

Джонни поправил волосы, а потом засунул руки в карманы своей черной кожаной куртки. Потом принялся по очереди сгибать колени. Но когда я посмотрела ему в глаза, он прекратил это и подмигнул.

Я ухмыльнулась, и Симона ткнула ватной палочкой с блеском мне в зуб.

Мар похлопала меня по плечу:

– Джонни даже видеокамеру взял. Потом все это в Сеть выложим.

Я напряглась, как будто мне только что внезапно провели исследование прямой кишки.

– Да она шутит, – выпалил он.

– Я вас только об одном прошу, – взмолилась я. – Сядьте так, чтобы я вас не видела.

Мар заржала, как человек, начисто лишенный благородства:

– Фиг тебе.

Я попыталась пнуть ее ногой.

– Сколько тут школ? – спросил Джонни. – Когда вы?

– Не уверена, – ответила я и посмотрела на Симону: – Ты в курсе?

– Десять команд, у каждой пять минут, чтобы продемонстрировать свои лучшие речевки и трюки. Тем, которые выступают первыми, везет меньше, потому что судьи изначально высоких баллов не ставят, на случай, если потом будет что-то получше. Удобнее всего выступать в середине, потому что зрители уже разогреты, энергетика хорошая. Но хуже всего выходить последними, потому что все уже устали, да и сама команда чересчур перенервничала.

– А мы на каком месте? – сбивчиво прошептала я.

– Миссис О’Тул записала нас последними.

Содержимое моего желудка дошло по меньшей мере до пищевода. Я, задыхаясь, попыталась сглотнуть, и меня аж всю передернуло.

Марси с Джонни попятились.

– Э, мы пойдем места займем, – сказала Мар чересчур сладким голоском. – А ты… постарайся расслабиться… и получить удовольствие. Идем, муженек.

– Успехов, – пожелал Джонни.

И они быстро растворились.

Успехов? Получить удовольствие? По-моему, то же самое было написано во вступлении к этому сраному семейному курсу. Чертов курс. Блин, если бы не он, я бы не находилась сейчас на грани вечного позора. А Джонни Мерсеру обязательно было приходить? Зачем Мар его привела? Да, она хотела, чтобы я «узнала его получше», но почему именно здесь?

Мне надо было сконцентрироваться на речевках, а я могла думать лишь о том, что он будет сидеть где-то там, на трибунах, и увидит, как я кривляюсь, словно какая-то дурная обезьяна, выставляя себя на посмешище. Мне ужасно не хотелось предстать перед ним в столь идиотском виде.

Я как можно крепче обхватила руками свой разбушевавшийся живот, наклонилась и положила голову Симоне на колени.

Она принялась гладить меня по волосам:

– Фиона, все нормально. Ты справишься.

Я не верила, что даже солнечная Симона в это верит.