Четыре года спустя - Моника Мерфи

– Да. – Он уже сидит верхом на мне, упираясь коленями по обе стороны от моих бедер. Я смотрю на него и кладу руки ему на пояс, касаясь горячей обнаженной кожи. Его веки слегка дрогнули в ответ на мое прикосновение. – Я сказал, что в следующий раз заставлю тебя кончить, лаская ртом.

Я резко отдергиваю руки, чувствую, как щеки горят от стыда. Закрыв глаза, я слышу его смех, чувствую, как он двигается надо мной, и глубоко вдыхаю пряный осенний запах.

– Не смущайся, Челс, – шепчет он мне в губы перед поцелуем. – Ты ведь хочешь этого.

Он прав. Хочу. Жажду. Я согласна на все, что он может мне дать. Я знаю так мало, и он может меня научить. Когда я с ним, меня обуревает жажда. Я чувствую себя ненасытной. Совсем теряю контроль над собой.

И мне это нравится.

– Хочу, чтобы тебе было хорошо. Хочу убедиться, что ты готова, – говорит он мягко и серьезно. Сердце замирает в груди. Я в полной растерянности.

Он целует меня до того, как я успеваю что-то сказать или сделать, и мой мозг словно отключается. Голова абсолютно пуста, я концентрируюсь только на том, как его язык движется в унисон с моим, как нежные руки скользят по коже, побуждая снять майку, и я повинуюсь, снимаю ее словно под гипнозом. Я открываю глаза, чтобы наблюдать за ним: он касается груди, ведет губами по ключице, пальцами касаясь верхней части груди. Я удивлена его терпеливости. Обычно он прет напролом, совершая один импульсивный поступок за другим, но не со мной.

Со мной он ведет себя иначе.

– Люблю прикасаться к тебе, – шепчет он, пока пальцы ложатся на переднюю застежку лифчика. Она легко расстегивается, чашечки спадают, он убирает их; его пальцы, ладони гладят чувствительную кожу, заставляя меня дрожать. – Кожа такая мягкая. – Снимает лямки с плеч, убирает бюстгальтер, а затем целует грудь, губы смыкаются вокруг соска и втягивают его глубоко в рот. Электрический разряд пульсирует между ног, я провожу рукой по его волосам, начиная стонать, когда он все яростнее сосет мою плоть.

Он наслаждается мной, и мне это нравится.

Наконец его терпение заканчивается, одним движением он сдергивает с меня легинсы вместе с трусиками. Я отталкиваю их, пытаясь побороть смущение, ведь я совсем голая перед ним. Да, он уже видел меня, но не с включенным светом. Хочется потушить лампу на прикроватном столике.

– Мы оставим свет, – шепчет он, читая мои мысли, пока снимает джинсы и нижнее белье. Я стараюсь не смотреть, но не могу сдержаться. Он так хорошо сложен. Просто совершенный мужчина. – Я хочу тебя видеть.

Не успела я запротестовать, как он снова целует меня, скользя рукой вниз по животу, пока она не оказывается между ногами, трогая, возбуждая меня. Я слышу его стон, полный мужского удовлетворения, а потом он начинает опускаться, оставляя дорожку горячих поцелуев на моей коже.

– Холодно? – спрашивает он прямо перед тем, как поцеловать чуть пониже пупка.

– Страшно, – признаюсь я, поднимая голову, чтобы посмотреть на него.

Он наблюдает за мной, волосы взъерошены от моих ласк, на губах застыла ласковая улыбка.

– Мне тоже, – бормочет он, показывая дрожащую руку. – Видишь, что ты делаешь со мной?

Я ошеломленно смотрю на него. Что мне ответить? Я поражена.

Меня переполняют эмоции от мысли, что я способна так на него воздействовать. Я чувствую, как его дрожащие пальцы хватаются за бедра, и понимаю, что он не слукавил в своем признании. Руки скользят по моим бедрам, раздвигают их, и я откидываю голову назад, закрывая глаза, позволяя себе полностью раствориться в ощущениях.

Сначала я чувствую, как волосы касаются внутренней стороны бедер, а затем его губы прижимаются к коже нежными, сладкими, влажными поцелуями.

Он хватает меня за колени, заставляя широко раскрыться, и я чувствую дыхание на влажной плоти, а затем губы…

О боже. Я издаю прерывистый стон, когда он облизывает меня, тщательно исследуя языком. Он ласкает бедра кончиками пальцев, касаясь именно там, где нужно. Все, что я могу делать, – это лежать и принимать ласки, сжимать пальцами простыни, поднимать бедра, желая большего, но я пока не понимаю, как показать это без слов.

Оуэн чувствует мои усилия и, успокаивая, кладет руку на живот, пока язык продолжает упорно трудиться. Я извиваюсь под его губами, ноги движутся сами по себе, упираясь в матрас. Рваный вздох слетает с губ, когда он скользит пальцем глубоко внутрь меня и засасывает клитор в рот.

Этого достаточно. Я уже так возбуждена, что тут же взрываюсь, негромко вскрикнув и дрожа всем телом, от внезапного оргазма, лишающего меня дыхания, превращающего кости в желе и вызывающего чувство отупения от удовольствия и перенапряжения. Я чуть жива, он словно убил меня губами, языком и пальцами.

Я лежу в самой середине кровати Оуэна, как и хотела тогда, впервые войдя в его комнату, голая и бледная на темно-красных простынях, потная и задыхающаяся, дрожа всем телом. Сердце буквально выпрыгивает из груди.

Никогда в жизни мне еще не было так хорошо.

Он скользит вверх по телу, лаская кожу ртом, пока не прижимается своей щекой к моей, губы касаются уха, и горячее дыхание заставляет меня дрожать.

– Тебе понравилось? – Его хрипловатый голос полон обещаний. Полон того, чего мне всегда хотелось, и того, о чем я даже не подозревала.

Я не могу вымолвить ни слова, поэтому просто киваю. Он целует ухо, щеку, пока наконец не находит ртом губы. Его язык встречается с моим, я могу ощутить свой собственный вкус, и это приятно. Это еще больше возбуждает, и я обнимаю его, зарываясь пальцами в его волосы. Мне нравится чувствовать вес его обнаженного возбужденного тела.

Это случится сегодня. Я знаю. Я готова отдать ему свою девственность, хоть очень нервничаю и волнуюсь.

– Думал, ты оторвешь мне голову, – говорит он, отстранившись от моих губ. – Бедра сжимались так сильно.

Да ему просто нравится вгонять меня в краску! А я даже не понимаю, о чем он говорит, он напрочь лишил меня разума.

– Оуэн, прекрати. – Я убираю руки и отворачиваюсь от него.

Оуэн зажимает мой подбородок пальцами и разворачивает меня лицом к себе. Я показываю ему язык.

– Было жарко, Челс. Просто не знал, что твои бедра такие сильные. – Ухмыляясь, он рукой подхватывает ногу и закидывает себе на поясницу, так, что пяткой я упираюсь ему в бедро. Прижимается теснее, ухмылка исчезает и сменяется выражением чистого удовольствия.

– Да, прекрасно.

Не хочу закрывать глаза. Хочу любоваться его прекрасным лицом. Наблюдать, как эмоции сменяют друг друга. Видеть, как прикрываются глаза, раскрываются губы и щеки заливаются краской. Его грудь блестит от пота, я приподнимаюсь на локтях, прижимаюсь ртом к самому центру, чтобы слизнуть капельку прямо у него под сердцем.

– Господи, Челси. – Он закрывает глаза, поднимает руку, кладет ее мне на затылок, и просто держит. Бесконечно долгую секунду. – Ты чувствуешь, что делаешь со мной?