Прелестная лгунья - Кэтрин Коултер

– Боже мой! – покачала головой Марианна Клотильда. – Вот как. Ну хорошо, а теперь, думаю, ты должен представить меня своей тетушке Еве.

– Она тоже сильная как бык. И она научит меня плавать лучше, чем папа. – Эдмунд нахмурился. – Если только когда-нибудь потеплеет.

– Да уж, мама, могу подтвердить, что она и впрямь сильна как бык, – вмешался в разговор герцог Портсмут. – Представь себе, она целых восемь часов ехала в одной карете с Эдмундом. К сожалению, я не смог выдержать подобного испытания. А что касается умения плавать… Не знаю, я еще не видел ее в деле.

Марианна Клотильда глаз не могла оторвать от своего красавца сына. Он говорил низким спокойным голосом. И казалось, был всем доволен. Ричард стоял в дверях гостиной, а рядом с ним она увидела прекрасную молодую женщину в темно-синем шелковом платье.

– Так вы и есть тетушка Эдмунда? – улыбнулась герцогиня, приветливо глядя на спутницу сына, которая была почти одного с ней роста.

Эванжелина сделала реверанс.

– – Да, ваша светлость, – кивнула она. – Я кузина Мариссы.

– Мадам де ла Валетт, – представил ее герцог. Пожалуй, приведи сейчас кто в гостиную живую корову, Марианна Клотильда не была бы так поражена. А все дело было в ее сыне – ее высокомерном, искушенном сыне. Он всего лишь произнес имя женщины, но как при этом звучал его голос! В нем слышались и гордость, и некое самодовольство.

Похоже, Ричард наконец-то нашел себе подходящую женщину. И стоял он чуть впереди нее, словно хотел своим видом показать, что готов встать на ее защиту. “От меня? – спросила себя герцогиня, недоуменно мигая. – Неужто он считает, что я не буду добра с девушкой?"

Одарив Эванжелину еще одной приветливой улыбкой – в точности такой же, как у ее сына, – Марианна Клотильда всплеснула руками. Девушка явно подходила Ричарду, так в чем же дело? Что-то в ее взоре настораживало герцогиню. Похоже, она боялась. Но кого? Ее? Сущая нелепость!

– Я рада наконец познакомиться с вами, мадам, – проговорила Марианна Клотильда, взяв в руку хрупкие пальчики Евы.

Рука Эванжелины дрогнула.

– Благодарю вас, ваша светлость, – пролепетала девушка, едва не лишаясь чувств. Она стояла перед его матерью, готовой пустить в дом предательницу. – Прошу прощения за неожиданный визит, но дело в том, что миссис Нидл умерла, и я ничего не могла поделать, все так запутано, а потом его светлость… – сбивчиво заговорила девушка.

– Да, мне все известно, – кивнула Марианна Клотильда. – Мне очень жаль бедную женщину.

– Его светлость был так добр, что позволил мне заниматься с Эдмундом.

– По-моему, это новость не только для меня, но и для Эдмунда, – усмехнулся Ричард, взглянув на мальчика, внимательно изучающего старинный глобус. – Только не трогай его, Эдмунд.

– Нет, папочка, не буду. Вот интересно, почему это глобус круглый, ведь миссис Роули не раз говорила, что Земля плоская. А ведь на глобусе нарисован наш мир?

Марианна Клотильда рассмеялась.

– Миссис Роули долгие годы состояла в клубе “Плоская Земля”, – пояснила она Эванжелине. – Так что убедить ее в обратном, то есть в том, что Земля – это шар, невозможно.

– Эдмунд! – окликнул сына герцог.

– Да, папочка?

– Ты будешь слушать меня и поверишь мне, понял? Больше мы это обсуждать не станем.

Медленно подойдя к отцу, лорд Эдмунд поднял на него глаза.

– Земля – это шар, – проговорил Ричард. – Повтори.

– Земля – это шар, – послушно повторил ребенок. – А ты уверен в этом?

– Я разве когда-нибудь обманывал тебя?

– Нет, папочка, не помню такого.

Эванжелина застонала.

Марианна Клотильда смеялась до слез.

– Вот и хорошо. В следующий раз, когда миссис Роули скажет тебе, что Земля плоская, ты просто улыбнешься и молча кивнешь, но будешь знать при этом, что Земля круглая.

– Да, папочка.

Улыбнувшись сыну, Ричард взял его на руки и прижал к себе.

– Вы умеете убеждать, ваша светлость, – вымолвила Эванжелина.

Ее слов Марианна Клотильда не расслышала, но ей понравился грудной голос Эванжелины, понравилось то, что она не кокетничала с герцогом, – как остальные женщины.

– И на меня твои слова произвели большое впечатление, – добавила Марианна Клотильда. – Но с чего вы взяли, мадам, – обратилась она к Эванжелине, – что для меня ваш приезд оказался неожиданным? Напротив, я очень хотела познакомиться с вами. Сын рассказывал о вас много хорошего.

– Господи! – вырвалось у девушки.

– Я сказал ей, что ты упряма как ослица, что ты отличная… – герцог ухмыльнулся, – наездница и что тебе очень понравилось в Чеслее. Ах да, я еще добавил, что ты – довольно приятная женщина.

– Видимо, мне следует испытать облегчение, оттого что вы не стали вдаваться в подробности, ваша светлость.

– Ас чего ты взяла, что я не вдавался в подробности? Она же моя мать! Она обожает меня и уверена, что я не способен сделать ничего плохого.

– Это верно. – Что еще остается делать матери такого великолепного сына?

Герцог подбросил Эдмунда в воздух, а Марианна Клотильда предложила:

– Садитесь, мадам. Я велю принести чай. Могу я называть вас просто Эванжелиной? Полагаю, обращение “мадам” не слишком хорошо звучит на нашей круглой Земле.

– И все-таки я не уверен, бабушка, – вмешался помрачневший Эдмунд. – Миссис Роули убеждена, что Земля плоская.

– Круглая, Эдмунд, – поправил его отец. – Круглая.

– Да, папочка. Бабушка, а папа говорил тебе, что я самый лучший стрелок в нашем королевстве?

– Да, он сказал, что ты стрелял в павлина Рекса не меньше двенадцати раз.

– Да, – кивнул Эдмунд и сладко зевнул. Наклонившись к мальчику, Эванжелина погладила его по щеке.

– Вот что, дорогой. Ты устал не меньше своего папы, но ты еще маленький, поэтому тебе придется пойти с Эллен в детскую. Ты должен хоть немного отдохнуть.

Ричард снова взял сына на руки.

– Я сам отнесу его к Эллен, – произнес он. – А потом вернусь – не оставлять же тебя наедине с драконом, Эванжелина. А ты, мама, не пугай ее, пока меня нет.

– Но, папочка, как же мой рассказ? Я готов дальше рассказать его бабушке, – заныл Эдмунд.

– Сделаешь это после сна, – пообещал Ричард. – Попрошу Грейсона принести чай.

Женщины остались наедине. Марианна Клотильда уже начала от всего сердца молить Бога, чтобы Эванжелина подошла ее сыну.

– Садись же, Эванжелина, – приветливо улыбнулась она гостье. – Неужели ты все время ехала в карете с Эдмундом?

– Нет, у меня заболела голова, так что по настоянию его светлости я примерно час ехала с ним верхом.