Сладостное отступление - Кэтрин Коултер

Девушка заткнула руками уши.

– Ради Бога, мистер Сакстон, оставьте меня! – вскричала она. – Мало вам того, что вы уже сделали!

– Да ничего такого я тебе не сделал! Уверен, твоя мамочка написала тебе, что мне теперь все известно о твоей поездке в Рим четыре года назад.

Девушка кивнула, вспоминая многочисленные письма матери. Одно утешало: он больше не думает, что Джиана – просто богатая извращенка, которая развлекается, проводя время в публичных домах.

– Но на самом-то деле она знает очень немного. Похоже, этот ваш Дэниел позволил себе лишнего в деле твоего… образования. Хотя он толком ничему тебя не научил. Взять, к примеру, нас с тобой: целых четыре года понадобилось тебе для того, чтобы понять, что ты меня хочешь.

– Да ты просто осел! – Его слова задели Джиану, и этого она не могла простить. Она замахнулась, чтобы ударить Алекса по лицу, но он вовремя перехватил ее руку. – Пусти меня, мне больно!

– Больно от того, что произошло в Фолстоне или сейчас?

– Ну почему ты все время издеваешься надо мной? – слабым голосом прошептала она.

– Да не издеваюсь я вовсе, Джиана, – ответил он. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Джиана не смогла сдержать слезы. Но как только они покатились по ее щекам, она почувствовала приступ тошноты. Девушка бросилась к кустам.

– Меня тошнит, черт тебя возьми! – успела крикнуть она.

– Нет, только не это, – услышала она усталый голос за спиной.

Джиана ничего не ела весь день, ее тело содрогалось в конвульсиях, и она упала на колени в густую траву. Алекс взял девушку за плечи, успокаивая ее. Когда приступ тошноты прошел, он помог ей встать и повел к каменной скамье, стоящей в окружении розовых кустов.

– Кажется, я знаю, что будет дальше, – произнес он спокойным голосом. – Посиди тут, а я принесу тебе воды. К счастью, поблизости нет пляжа.

Когда Алекс вернулся с водой, Джиана по-прежнему сидела на скамье, глядя перед собой бессмысленным взором. Схватив у него стакан, она прополоскала рот, а затем запустила этим стаканом в Сакстона.

– Надеюсь, твой грипп уже прошел? – увернувшись, спросил Алекс.

– Не будь идиотом!

– Неужели это будет происходить с тобой всякий раз при виде меня?

Девушка посмотрела на него с отчаянием:

– Оставь меня, ради Бога, оставь…

– Джиана, мы, как заправские дуэлянты, обменялись оскорблениями. Но теперь довольно! Я устал от роли негодяя, преследующего глупую, наивную девочку.

– Глупую девочку?! Черт бы тебя побрал, Сакстон! Я не глупая девочка! Ты болван, идиот, глупые девочки не бывают беременными!

Наступило молчание.

– Я не это хотела сказать, – опомнившись, проговорила Джиана. – Ты так разозлил меня, что я наврала.

Алекс улыбнулся.

– Нечего на меня смотреть! – продолжала Джиана. – Я же сказала, что обманула тебя.

– Ну что ж, значит, тебя вырвало вовсе не из-за того, что я спал с тобой… – задумчиво произнес он. Это были первые слова, пришедшие ему в голову.

Алекс был рад, что смог произнести их, потому что понял: Джиана в сердцах сказала ему правду, а теперь не знает, как вывернуться. Слава Богу, он опять станет мужем и отцом, в этом можно не сомневаться.

– Меня затошнило от отвращения к тебе, ведь ты сказал, что мне не идет это платье… Господи! – запричитала Джиана. – И все из-за одного чертового раза! – Она подняла на него сердитое лицо. – И у тебя еще хватает наглости смеяться надо мной! Это вовсе не смешно, уверяю тебя! Ах, с каким бы удовольствием я ударила тебя!

– Что ж, ударь, – холодно произнес Сакстон, расстегивая жилет и рубашку.

Джиана бросилась на него и замолотила своими маленькими кулачками по его обнаженной груди.

– Ну что, легче стало? – участливо спросил Алекс. – Как только ребенок родится, я позволю тебе еще раз поколотить меня. Наверняка ты будешь сильнее.

– Я стану сильнее через несколько минут, – яростно проговорила она. Американец улыбнулся.

– Теперь все будет хорошо, Джиана. Обещаю. – Он уже принял твердое решение. Эта умная, упрямая англичанка станет его женой. Он сделает все, как она хочет, выполнит все ее капризы, но поведет к алтарю.

– Ничего не будет хорошего, – сокрушенно проговорила она. – И все из-за единственного раза, – твердила она.

– Я знаю, – произнес Алекс. – И тоже считаю, что это несправедливо. Прошло уже месяца два, так что мы должны поскорее пожениться, пока еще ничего не заметно.

– Нет, – сказала она. – Я не выйду за тебя замуж.

– Когда ты узнала, что беременна?

– Уже больше недели.

– Ага. Значит, все это время ты думала о том, как поступить. Ты что, решила родить незаконного ребенка? Или отправиться на континент и укрыть младенца там? А потом выдавать собственного малыша за племянника или племянницу?

– Я подумала о том, что его можно будет выдать за ребенка моей мамы. Она еще может иметь детей.

– Не думаю, что твоя мать придет в восторг от такого решения. Ты уже сказала ей?

– Нет, и не скажу, пока не решу точно, как поступить.

– Но это и мой ребенок, и я хочу принять участие в решении его участи. Я не допущу, чтобы мой ребенок оказался незаконнорожденным. Выходи за меня замуж.

– Не могу! Ты американец!

– И не имею титула, так? А ты рассказала бы мне про ребенка?

– Сначала хотела, потом передумала.

– Почему?

– Потому что я вообще не хочу замуж.

Алекс даже не удивился. Еще бы, после того, что ему рассказала Аврора, после того, что девушка видела в римских борделях!… Естественно, у нее изменился взгляд на семью.

– Мне известно, что ты видела, как мужья обращаются с женами. Но замужество может быть и другим – посмотри только на свою мать! Не думаешь же ты, что герцог будет изменять ей? Я просто уверен: он не станет обманывать ее.

– Он может это сделать, если захочет, – произнесла девушка. – Все брачные контракты составляются так, как выгодно мужчинам.

– Стало быть, ты боишься замужества. Ты что, опасаешься, что я запру тебя дома и стану заводить любовниц?

– У тебя будет на это право. Ведь это же будет ваш дом, мистер Сакстон! – Джиана поднялась со скамьи. Ей так хотелось забыть все, что она видела в Риме. – По крайней мере между нами не осталось недомолвок. Я ношу твоего ребенка, но о его судьбе позабочусь сама. Ты можешь уехать, я этого хочу. О своем решении сообщу.

– Нет, Джиана думаю, тебя пугает не замужество, – поднимаясь вслед за ней, произнес Алекс. – Скорее всего, ты боишься себя самой, боишься той страсти, которая влечет тебя ко мне. В Фолстоне ты хотела меня, хотела испытать то наслаждение, которое дарит женщинам любовь.