Обратный билет из ада - Нора Робертс

– Ма, я понимаю, что уезжаю в самый неподходящий момент…

– Меня беспокоит не это. – Эйлин хмуро следила за тем, как Ребекка сворачивает свитер и сует его в сумку. – Я сказала, что Джек Бардетт мне нравится, что он честный человек и ему можно доверять. Но это не значит, что мне легко отпустить с ним мою дочь после одного дня знакомства.

– Это бизнес. – Ребекка пыталась сделать выбор между джинсами и брюками. – Если бы на моем месте были Мал или Гедеон, ты бы не стала думать дважды.

– Если бы речь шла о них, стала бы. Они дороги мне так же, как ты. Но ты мне не сын, а дочь. Тут нужно думать трижды и четырежды. Не надо дуться, Ребекка. Такова природа вещей.

– Я сама могу позаботиться о себе. И знаю, как обращаться с мужчинами.

– Только с теми, которые попадались тебе до сих пор. Но такие, как Джек, тебе еще не встречались,

– Мужчина есть мужчина, – упрямо ответила Ребекка, пропустив мимо ушей тяжелый вздох матери. – Мал и Гедеон уже изъездили весь свет, а я торчу здесь либо за штурвалом, либо за клавиатурой. Пора и мне принять участие в деле. Наконец-то у меня появилась такая возможность. Правда, это всего лишь Дублин, но тем не менее…

«Она всегда стремилась держаться вровень с братьями, – подумала Эйлин. – Много для этого сделала. И заслужила право принимать собственные решения».

– Возьми зонтик. Дождь идет.

Когда подъехал Джек, Ребекка взяла вещи и вышла на крыльцо. На ней была легкая ветровка, а в руках единственная дорожная сумка. Бардетту нравились энергичные женщины, и он по достоинству оценил ту независимость, с которой Ребекка сунула сумку на заднее сиденье, не дожидаясь его помощи.

Она поцеловала мать, крепко обняла ее и залезла в машину.

– Джек, я доверяю вам свою единственную дочь. – Эйлин, стоявшая на дожде, положила ладонь на его руку. – Если вы обидите ее, я найду вас на краю света.

– Я позабочусь о ней.

– Она сама может позаботиться о себе, иначе я бы ее не отпустила. Но она моя единственная дочь, к тому же самая младшая, так что не забывайте об этом.

– Завтра я привезу ее обратно.

Эйлин с тяжелым сердцем вернулась на крыльцо и долго смотрела вслед машине, исчезавшей вдали.

Ребекка ждала, что они отправятся в Дублин на машине, и приготовилась к утомительной и скучной поездке. Но когда Джек подъехал к аэропорту Корка, стало ясно, что путь будет коротким.

Однако она не ожидала, что их ждет личный маленький реактивный самолет, за штурвал которого сядет сам Джек.

– Это ваш? – Она старалась унять волнение, садясь в кабину рядом с Бардеттом.

– Компании. Сильно упрощает передвижение. Пока Джек просматривал поверочную ведомость, Ребекка нерешительно спросила:

– А вы хороший летчик?

– До сих пор никто не жаловался, – рассеянно ответил он, а потом поднял глаза. – Вы когда-нибудь летали на самолете?

– Конечно. – Она шумно выдохнула. – Один раз. На надежном большом самолете.

– На заднем сиденье есть парашют.

– Это что, шутка?

Джек не ответил, включил двигатель, и самолет покатился к выделенной ему взлетной дорожке.

– Вот здорово! – воскликнула Ребекка, когда земля стала стремительно отдаляться. – Сколько времени требуется на то, чтобы получить лицензию пилота? Можно подержать штурвал?

– Может быть, на обратном пути. Если погода будет ясной.

– Если я могу управлять кораблем в бурю, то смогу управлять и маленьким самолетом в дождь. Наверное, ужасно приятно

быть богатым.

– В этом есть свои преимущества, – кивнул Джек.

– Когда мы найдем Судьбы и продадим их вам, я куда-нибудь свожу маму в отпуск.

– И куда же?

– Еще не знаю. – Слегка успокоившись, Ребекка откинулась на спинку сиденья и стала следить за облаками. – Думаю, в какое-нибудь экзотическое место. Она всю жизнь работала как каторжная и никогда не жаловалась. Сейчас мы тратим деньги, которым следовало лежать в банке и обеспечивать ее старость…

Она сделала паузу, потом села поудобнее и посмотрела на Джека.

– Помните, вчера она сказала, что алчность тут ни при чем?

Так вот, она действительно не жадная. В жадности можно обвинить меня, хотя я считаю, что это всего лишь практичность.

– Намекаете, что после возвращения статуэток обдерете меня как липку?

Она только улыбнулась:

– Джек, дайте мне подержать в руках штурвал.

– Нет. Почему вы не спрашиваете, зачем мы летим в Дублин?

– Потому что это бесполезно. Вы все равно не скажете.

– Забавно. Раз так, скажу. Я изучил досье на вас, ваших братьев и Клео Толивер.

– И что же вы узнали? – холодно осведомилась Ребекка.

– Вы сделали то же самое, так что зуб за зуб. В юности за Толивер водились грешки – потребление спиртных напитков до достижения совершеннолетия, мелкие кражи в магазинах, нарушение правил поведения в общественных местах… В общем, набор, обычный для буйных подростков. Клео угодила в колонию, и родители не горели желанием, чтобы она оттуда вышла.