Женись на мне до заката - Джоанна Линдсей

Они упали на постель и некоторое время не двигались. Вайолет подавила желание снова крепко обнять лежащего на ней мужчину, чувствуя себя немного смущенной из-за того, что вела себя с ним так раскованно. Тем не менее она не смогла удержаться и погладила его плечо и мускулистую руку. Он лежал, уткнувшись лицом в изгиб ее плеча, и все еще тяжело дышал. «Интересно, будем ли мы спать вместе?» – промелькнуло в голове Вайолет. Она бы не возражала, если бы он остался в ее постели до утра. Но кровать была такой узкой, что двоим спать на ней было бы неудобно. Вайолет решила, что как только он заснет и навалится на нее всем весом, она разбудит его, и они снова займутся любовью…

Но, поразмыслив, Вайолет нахмурилась. Наверное, им все же не стоит делать это снова, как бы ни были приятны новые ощущения. Находясь рядом с Морганом, Вайолет чувствовала себя в безопасности, ей было комфортно. Но сейчас она страшно хотела есть, у нее разыгрался зверский аппетит.

Морган усмехнулся, услышав, как заурчало у нее в животе.

– Тушеное мясо, которое я приготовил на обед, наверное еще не остыло.

Он поцеловал ее в шею, встал и направился к печи. Морган был совершенно голый, и на щеках Вайолет выступил густой румянец. Она быстро встала, схватила сумку и выбежала на веранду одеваться.

– Я спал все это время в штанах только из-за тебя, Вайолет! – крикнул ей вдогонку Морган. – Обычно я так не сплю.

– Я оценила твою заботу! – крикнула она с веранды.

Вайолет надеялась, что он понял ее. То, что она лежала с ним в постели голая, еще не означало, что она будет расхаживать без одежды по дому.

Одевшись, она завязала волосы на затылке и вернулась в дом, умирая от голода. Морган уже успел надеть брюки и даже рубашку, хотя и не застегнул ее. Но не это заставило Вайолет снова покраснеть. Она чувствовала себя невероятно смущенной от того, что совсем недавно произошло здесь в этой комнате, на ее кровати.

Морган поставил перед ней большую миску с тушеным мясом и спросил:

– Зачем ты собрала волосы на затылке?

– Чтобы не мешали.

– А мне больше нравятся распущенные пряди.

Вайолет заговорила о колтунах и ветре, который путает волосы, но Морган перебил ее:

– Давай поговорим об этом позже.

Протянув ей хлеб, Морган сел напротив. Вайолет хотелось отвернуться, но она не могла – Морган был чертовски красив. Ей вдруг захотелось больше узнать о нем.

– Сколько тебе лет? – спросила она.

– Двадцать три, я второй сын в семье, а всего нас четверо. Хантер на год старше меня, он самый обаятельный. Нашему брату Джону двадцать один год, он вспыльчивый и импульсивный. Коротышке Коулу всего девятнадцать, он никак не может решить, на кого больше похож.

– А как бы ты описал себя?

– Ты меня уже неплохо знаешь. Опиши меня сама!

– Ты – настоящий медведь, хотя сейчас и не похож внешне на него, – ответила Вайолет. – Если бы мне нужно было охарактеризовать тебя одним словом, я бы сказала: решительный.

Он усмехнулся.

– Мне это нравится.

Он не должен был улыбаться. Улыбка делала его просто неотразимым. Слава богу, раньше Вайолет этого не замечала. Ее как магнитом влекло к нему. Но как она справится с этим теперь, когда ей трудно оторвать от него взгляд? Она уставилась на тарелку с тушеным мясом, решив больше не поднимать глаз.

– Каково это, расти с тремя братьями?

– Нам всегда было весело. Хотя старая вражда между нашей семьей и Уорренами, соседями-скотоводами, сначала приводила к всевозможным бедам. У них тоже росло трое мальчишек примерно нашего возраста.

– Вражда? Вы убивали друг друга?

Морган фыркнул.

– Слава богу, пока все живы. Хотя ссора могла иметь ужасные последствия, если бы много лет назад миссис Уоррен не заключила мир. Его залогом стала помолвка единственной дочери Уорренов и Хантера. Они были обручены еще в детстве. Свадьба должна состояться этим летом. Насколько я знаю, она может сорваться, если Хантер заупрямится. Он был не в восторге от того, что наши родители принесли его в жертву только потому, что он старший сын в семье. Хантера не спросили, хочет ли он жениться на дочери Уорренов, которую никогда не видел. Девочка росла и воспитывалась на востоке страны, понятия не имею почему. Но если эта свадьба не состоится, то застарелая вражда может вспыхнуть с новой силой и привести к кровопролитию.

– Значит, ты не знаешь, что сейчас происходит у тебя дома?

– Почему же? Мама держит меня в курсе событий. Она регулярно пишет мне. Вероятно, и сейчас меня ждут в городе несколько ее писем, которые я не успел забрать во время последней поездки в Бьютт.

«Из-за меня», – подумала Вайолет. Он неправильно истолковал ее появление в городе, разозлился и похитил ее вместо того, чтобы просто постучать в дверь номера и спросить, зачем она его ищет. Но Вайолет не собиралась напоминать Моргану об этом.

– Вражда между семействами – это пережиток прошлого, – заявила она. – В цивилизованном мире такие вещи далеко в прошлом.

Морган рассмеялся над ее словами.

– Хочешь поспорить? Возможно, там, откуда ты родом, нет клановой вражды, но всегда найдутся неуживчивые соседи, между которыми может вспыхнуть распря. И тогда возникают обиды, жажда мести и вражда, в которую втягиваются все вокруг. Эмоции, которые вызывают подобные раздоры, могут возникнуть где угодно, в любой стране. В вашем цивилизованном мире это запросто может привести к войне.

Вайолет слегка покраснела, она вынуждена была согласиться с Морганом.

– Ты прав.

– Вот так сюрприз! – с наигранным изумлением воскликнул он. – Неужели ты согласилась со мной? Не верю своим ушам!

Вайолет скорчила гримасу и встала, чтобы выйти на улицу. Морган последовал за ней, но, догнав, прошел мимо и направился на пастбище проведать животных. Теперь, когда у них было три лошади и множество мулов, Вайолет могла бы предложить ему свою помощь в уходе за ними. В конце концов, она знала, как седлать и расседлывать лошадей. Будет ли Морган по-прежнему запирать Цезаря в штреке теперь, когда рейдеры обезврежены? Вайолет не знала ответа на этот вопрос.

Сонная после сытного ужина, она осторожно пробралась снова в дом, поскольку было темно: луна еще не взошла, но кое-какой свет давали закатные полосы на небе. Вайолет очень хотелось принять настоящую ванну. Однако вода вечером в ручье была холодной, да и мысль о том, чтобы лечь в постель с мокрыми волосами, не нравилась ей, поэтому она решила искупаться завтра утром.

Вернувшись в дом, она увидела, что Морган, стоя к ней спиной, убирает тарелки.

– Спокойной ночи, – сказала она, поскольку в это время они обычно ложились спать.

Он обернулся, и Вайолет опять – в который уже раз! – была очарована его новой внешностью. Она оцепенела, а Морган, подойдя ближе, поцеловал ее. Его объятия были нежными, поцелуй – коротким.