Снова и снова - Анна Мишина

— Женечка, девочка моя любимая, не плачь, прошу тебя, — Дима сует мне телефон в руки, и я беру его дрожащими пальцами. — Ты представить себе не можешь, как сильно я хочу быть сейчас там, рядом с тобой. Обнять и успокоить, Жень. Я люблю тебя больше всего на свете, слышишь? Люблю тебя, моя вредная Снежная Королева!

Боже, эти слова меня еще больше заставляют разреветься. Все, Снежная Королева начала стремительно таять. Все «зрители» притихли и сидят, кажется, совсем не дыша. Как мышки, я даже забываю про то, что мы с Киром не одни.

— Замуж? — всхлипываю я, утирая нос от слез.

— Да, — радостно улыбается он.

— А кольца же нет? Что это за предложение такое? — улыбаюсь я сквозь слезы, стараясь разрядить обстановку.

— А кто сказал, что его нет? Дима, кольцо в студию! — Дима реагирует мгновенно, тут же передо мной появляется бархатная коробочка синего цвета. — Я, конечно, его еще попросил на одно колено встать, но он сопротивляется, — смеется Дёмин, а у самого глаза горят, а руки трясутся.

— С ума сойти, — выдыхаю, открывая коробочку и разглядывая нежное колечко внутри. Маленькое, аккуратное золотое украшение. Беру его одной рукой, теряясь, не зная, что с ним делать.

— Это похоже на сговор, — не могу сдержать улыбки.

— Жень, я очень хочу, чтобы ты стала моей женой. Я не могу без тебя, я правда пытался, и эта неделя стала настоящей пыткой, — после таких слов мои щеки горят, а внутри уже даже не легкость, а невесомость. Еще ни разу прилюдно Кир так пылко не выражал свои чувства. Собственнические замашки — да, объятия и поцелуи — было. Но вот так… Ощущение, что я порхаю, как перышко на ветру.

— Кир, а как же игры и фигурное катание? Я же…

— Не торопись с ответом. Я хочу получить его от тебя после выступления на олимпиаде. Будь уверена, я там буду. В первых рядах, буду трястись и переживать за свою фигуристочку, — голубые, небесного цвета, глаза Кира сияют, а уголки губ подрагивают в улыбке. — Надеюсь, пары месяцев тебе будет достаточно для размышлений?

— Да, наверное, — неуверенно отвечаю, хотя сама уже готова кричать «да» от радости.

— Люблю тебя, малыш, — выдыхает мой Кир, и в этот момент раздается бой курантов. Новый год, о котором я абсолютно забыла, уже входит в нашу дверь.

— Ура!!! — кричат Димка с Дашей, подскакивая из-за стола.

— С Новым годом! — смеется Ольга Павловна, поднимая свой бокал. — Счастья и любви, мои хорошие!

— С новым годом, Кирилл, — посылаю ему воздушный поцелуй, невероятно жалея, что он так далеко.

— С Новым годом. Надеюсь, следующий мы будем встречать вместе, — вздыхает Кир, качая головой, — празднуйте там. Я чуть позже напишу тебе, хорошо? Очень надеюсь, что ты мне ответишь, — его синие глаза смотрят, словно в душу, я от них не могу оторваться.

— Отвечу, обязательно.

Надеваю колечко на пальчик и показываю ему в экран.

— Спасибо, Кирюш, — и отключаюсь первой, потому что я-то просто готова вечно на него смотреть, но тут гости, которые чокаются шампанским, обнимаются и наперебой желают счастья. И только я сижу и смотрю на золотое колечко на пальчике. Вроде как великий праздник, но он кажется такой ерундой по сравнению с ураганом счастья в моем сердце. Такого поворота я не ожидала совсем. Но от этого не менее тепло на душе и так радостно, что в какой-то момент я готова расцеловать каждого из присутствующих здесь, что с удовольствием и делаю, сбрасывая оцепенение. Его женой, боже, даже в голове не укладывается!

Остатки вечера проходят в некой эйфории. Мне кажется, что я сияю ярче, чем наша ёлочка, и вообще не хожу, а летаю.

Даша с Димкой уходят уже в начале второго и, как только ребята скрываются за дверью, я тут же принимаюсь помогать убирать с праздничного стола. Димка постарался на славу, смел добрую половину блюд. И куда в него только все вместилось! Наверное, я погорячилась, когда сказала, что еды бы на команду хватило. Сюда еще только Кира и, думаю, все: парни бы непременно справились с таким количеством яств.

Мыть посуду Ольга Павловна меня не пустила. Смеясь, выставила меня из кухни.

— Иди уже, вижу, что не терпится закрыться в комнате в обнимку с телефоном, — отправляет меня в спальню. И она права, аж руки дрожат.

Как только оказываюсь в комнате, сразу беру телефон и не решаюсь писать. Присаживаюсь на кровать и, как дурочка, смотрю на экран. Не могу собраться с мыслями, отчего снова наворачиваются слезы. Да что же я такая плакса стала? А еще трусиха жуткая.

На часах два часа ночи, значит, у Кира шесть вечера еще вчерашних суток. Значит, не должен спать.

«Привет», — это все, на что решаюсь я и тут же нажимаю на «отправить», чтобы не передумать.

«Привет», — тут же приходит ответ. И следом:

«Ты потрясающе выглядишь».

«Спасибо», — тыкаю пальцами по электронной клавиатуре.

На какое-то время повисает тишина. Ни он, ни я не решаемся еще что-либо сказать.

«Мне тебя очень здесь не хватает, Жень», — я долго читаю это сообщение, снова и снова. И не знаю, что на него ответить.

«У меня около двух месяцев на обдумывание твоего предложения», — напоминаю ему.

«Я понял. Спокойной ночи», — и все. Больше сообщений от него нет.

И вроде сама поставила многоточие… но как-то тоскливо.

Еще раз взглянув на красивое колечко, сверкающее на безымянном пальце, вздыхаю с облегчением. Возможно, что это еще не все.