Заявление на увольнение - Марина Вуд

Арина

Мне кажется, что на Тимофея заглядываются все женщины в этом ресторане, а он сидит, держит меня за руку и гладит ладонь большим пальцем. Мужчина в принципе не смотрит по сторонам. Перед ним на столе лежит открытое меню и все его внимание сейчас направлено именно туда.

— Я буду тайский суп и теплый салат с телятиной, — он закрывает меню и передает его молоденькой официантке, которая тоже успела пустить слюни в сторону моего шефа. Арина, ты готова сделать заказ?

— Еще пока нет… — я изучаю меню, словно квартальный отчет и как истинный крохобор сравниваю цены и вес блюд на выходе.

А что? Я женщина одинокая. Содержать меня некому. Я не могу бездумно тратить свои кровно заработанные. И вообще за эти деньги лучше Ваньке что-то новое купить.

— Арина, ты что там дебет с кредитом сводишь или автобиографию, — он смотрит на бейдж официантки, — Ольги изучаешь? — ухмыляется Тимирязев.

Ну змей! Вот зачем меня он меня так под…? Что он этим хочет добиться?

— Нет. Просто… здесь все такое… такое, — Дорогое! Хочется мне возмущенно закричать, — необычное.

Мне стыдно признаться, но меня давит жаба заплатить за какой-то суп две тысячи. Я не жадная. Но суп не может стоить две тысячи!

— Понятно, — вздыхает Тим, — несите девушке тоже что и мне.

И прямо из-под моего носа мужчина забирает меню и отдает его официантке.

— Но я еще не выбрала, — у меня прям задница горит от злости.

Надо же какое хамство!

Но Тим игнорирует мои слова.

— И два чая, — добавляет он.

— Каких? — уточняет официантка по имени Ольга, которая неприлично низко склонилась над мужчиной.

— Фирменный чай номер девять, — Тимофей перенаправляет свою руку под стол и сжимает мою коленку.

Официантка видит этот жест и досадно закусив губу, утвердительно кивает, — И так, вы заказали тайский суп, теплый салат и чай номер девять. Всего по два.

— Все верно.

Ольга, задрав повыше подбородок направляется в сторону кухни, чтобы передать им заказ, а Тим переключает все свое внимание на меня. Одну руку он кладет мне на плечи, а второй начинает медленно ползти вверх, поглаживая внутреннюю сторону бедра.

— Теперь всегда так будет? — от неловкости я сильнее сжимаю ноги и начинаю возмущенно ерзать задницей.

Это же общественное место как-никак. Надо соблюдать хоть какие-то правила приличия.

— Что именно? — его рука пробирается все выше мне под юбку.

А мне от смущения хочется спрятаться под стол.

— Ты теперь всегда будешь выбирать вместо меня? — я накрываю его руку своей и не пускаю выше.

— Правильней сказать — я буду не выбирать вместо тебя, а принимать решения за нас двоих, — и Тим сильнее прижимает меня к себе, — основываясь на том простом факте, что я мужчина. Вот, к примеру, если б я не сделал заказ, то ты бы еще пол часа выбирала. Терзаемая муками выбора, ты бы сравнивала цены, искала что подешевле, нервничала по этому поводу. А так. Я решил вопрос в два счета, — говорит мне прямо на ушко, возбуждающе покусывая кромку, — заказал то, в чем уверен и сэкономил наше время на общение. — свою руку он запускает мне под блузку и ведет ею вверх к лопаткам. Хочу заметить, что обед у нас не резиновый, а до вечера еще куча работы.

Я чувствую, как сердце в его груди начинает бешено колотиться.

Наш столик находится в углу ресторана. Нас практически не видно за колонной. Но мне от этого не легче. На моей шеи появляется дорожка из поцелуев, и я сдаю позиции, так как рука Тима скользит по капрону чулок и все же поднимается вверх, немного разводя мои ноги в стороны.

— Нет, — я пытаюсь притормозить и вытащить его руку, но он прижимает ее все сильнее. Пожалуйста, не надо, — смущаясь я начинаю возмущаться, а внизу живота ухает. — здесь кругом люди.

Я пытаюсь остановить эту ласковую пытку и получаю глубокий, чувственный поцелуй в губы. Отрываясь от Тима, я замечаю приближающуюся к нам официантку с подносом в руках и вовремя отталкиваю мужчину.

— Ваши салаты, — недовольно заявляет она и ставит перед нами тарелки.

— Спасибо, — Тим прижимается губами к моему уху, а я пытаюсь перевести дыхание понять кому это спасибо адресовано.

Мне уже не хочется обедать. Мне вообще ничего уже не хочется. Низ живота болезненно тянет от неудовлетворенности. И вообще, что этот мужчина себе позволяет!?

— Маньяк, — шепчу одними губами и притягиваю тарелку ближе к себе.

После обеда мы возвращаемся в офис, а вечером, как и было обещано Ване, идем в кино на вечерний сеанс одного из последних фильмов Marvel. Фильм, как и вся прочая суета проходит мимо меня. У меня с головы все никак не идут слова Игоря. И конечно же я понимаю на что он способен, когда ему что-то нужно, но все же, где-то в глубине души я надеюсь, на какую-то человечность и благоразумие с его стороны.