Это падение - Джинджер Скотт

Я бы, наверное, по-любому нервничал, но после шуток Роу, что она расскажет о… том самом… отцу… Короче, я на поле еще не вышел, а уже весь в поту. Роу сидит с родителями на трибунах. Тай прислал мне сообщение с фотографией. Они милые.

– Сегодня играешь четвертым бэттером^[26], Прит! – перекрикивает тренер звуки отбиваемых битами мячей.

Разогрев на тренировочной площадке, с пятью-шестью парнями, одновременно отрабатывающими удары, действует на меня умиротворяюще. Постоянный треск отвлекает – может, именно поэтому некоторым людям так нравится звон китайских колокольчиков? Я киваю, коснувшись шлема, снова взмахиваю битой, следя за своим плечом, и отбиваю мяч. Это мгновение каждый раз вызывает у меня улыбку.

После довольно напряженной тренировки беру свою экипировку и иду переодеваться в булпен. Приготовившись к игре, подхожу к выходу, чтобы найти взглядом Роу с ее родителями. Роу машет мне рукой, подзывая к себе, мама с папой стоят по бокам от нее. Я поднимаю маску на голову и бегу к ним, напоминая себе, что нужно не опозориться перед отцом Роу.

– Привет, – голос у Роу теплый, ласковый.

Боже, как же я хочу ее поцеловать! Но, конечно, не делаю этого перед ее отцом, который смотрит на меня так, как и должны смотреть отцы. Я ведь парень. Тот самый, который прошлым вечером делал то самое с его дочерью. Черт, я точно налажаю.

– Привет. Рад, что ты пришла.

Роу тянется через стену, чтобы поцеловать меня, и я неловко ее обнимаю. В итоге мы замираем в полуобъятии, по-французски целуя друг другу в щеки. Я и так себя глупо чувствую, а тут еще замечаю, что мама Роу тихонько посмеивается.

– Нейт, приятно познакомиться, сынок. Меня зовут Том, а мою жену – Карен. – Отец Роу протягивает мне руку.

Я пожимаю его ладонь крепко, но излишне не усердствую и чувствую облегчение, понимая, что прошел небольшой дурацкий тест. Остался еще миллион.

– Приятно познакомиться. Спасибо, что пришли сегодня. – Я щурюсь на слепящем утреннем солнце. Для позднего октября жарковато, особенно в тяжелой экипировке.

– Мы очень рады, Нейт. Нам не терпится увидеть, как ты играешь. Я слышал о тебе много хорошего, – говорит Том.

Интересно, меня хвалила Роу или кто-то, разбирающийся в бейсболе? Но это не важно, я и так доволен.

– Надеюсь, я оправдаю ваши ожидания. Постараюсь отбить мяч прямо вам в руки, – шучу я и нервно смеюсь, мысленно давая себе пинчину за идиотизм.

– А его можно будет забрать с собой? – спрашивает Карен, и я улыбаюсь, сдерживая смех. Роу за ее спиной закатывает глаза.

– Да, мэм. Как плату за то, что получили мячом.

Карен кивает, я стою как дурак, и разговор сменяется неловкой тишиной.

– Что ж, побегу в булпен. Нужно разогреть питчера. – Я поворачиваюсь к Роу, надеясь взглядом сказать: «Прости за то, что я такой болван».

– Питчеры как примадонны, Нейт. Возвращайся не спеша. Пусть знают, что без тех, кому они кидают мяч, им не блеснуть.

Уже обожаю отца Роу.

– Увидимся за ужином? – спрашивает он.

Обернувшись к нему, чтобы ответить, пячусь задом, стараясь делать это не то чтобы медленно, но и не то чтобы быстро. Черт, я не хочу, чтобы питчеры возненавидели меня.

– Жду этого с нетерпением, Том. Секс в шесть.

Твою ж мать! Я только что сказал «секс». Сказал «секс» отцу Роу! Он стопудово меня слышал, а у Роу от удивления брови до небес подскочили. Черт, черт, черт, черт, черт. Дергаю вниз маску и разворачиваюсь как ни в чем не бывало. Может, отец Роу подумает, что ослышался? В любом случае я ужасно лоханулся. Мне бы сейчас круто сыграть, иначе придется просто вручить ему биту и позволить хорошенько себя отделать.

* * *

Один уолк^[27] и три дабла^[28] против одной из лучших команд в стране – весьма приличный результат. Надеюсь лишь, что этого достаточно, чтобы простить мою оплошность. Мы проиграли на два очка, но «Флорида Стэйт» будет участвовать в ежегодном турнире по бейсболу «Мировая серия колледжей», так что я доволен.