Плохой для хорошей - Маша Брежнева

Весной я дождусь своего байка, однажды ночью украду ее из дома и увезу куда-нибудь, где будет тихо, красиво и только для нас. Она рискнет и расскажет про меня папе, я приведу ее домой и скажу, знакомимся, товарищи, это моя Лекс. Я научу ее не стесняться при всех, потому что нет ничего стыдного в чувствах. Сегодня она думает, что я просто мальчишка, который только и может, что нести чепуху и приставать с поцелуями. Я докажу, что это не противоречит взрослому серьезному подходу ко всему остальному. Найду работу и на заработанные деньги куплю ей что-нибудь еще. Не потому, что любовь и доверие покупаются, а потому, что мне хочется.

Да, Марат, поднапрячься придется. Но когда есть, для чего, страшным это не кажется.

Глава 46

Кай

«Сложно быть одному,

Вроде и места себе не нахожу»

(с) Hensy «Поболело и прошло»

Праздники закончились быстро. Три дня погуляли – хватит, пора возвращаться к тренировкам. Уже четвёртого числа тащусь на тренировочную базу, честно говоря, с нормальным настроем. Надеюсь, что меня хотя бы футбол приведёт в себя, потому что давно я не ощущал такую никчемность. Не, я же говорю, – мир не рухнул, свет не погас, воздухом как дышал, так и дышу. Человек всегда может быть один. Всегда. Вопрос в том, насколько хреново одному.

Мне, по правде сказать, хреново.

Одна маленькая девочка, а сколько проблем. Не жалею времени, потраченного на неё. Хотя стоп, кому я вру? Времени не жалею, жалею вообще, что ее встретил. Тогда, второго сентября, вышел бы на балкон пятью минутами позже, не увидел Лекс на пробежке с Рокси, все было по-прежнему. Жил бы своей жизнью, не гонялся бы за призрачной любовью. Любовь…

Да бред это, а не любовь. Цветы в мусорку, мои надежды – туда же. Я бы с неё сдувал пылинки, берёг, любил, был бы самым верным и честным. А нахрен твоя верность и честность ей не сдалась, Кай. Она тебя не любит, только и всего.

Сегодня во мне какая-то одержимость – с силой пинаю мяч, прессингую жестко, при каждом столкновении крою отборными матами. Даже тренер в шоке, просит меня чуть помягче быть. Ну не, простите, не могу, я решил всю злость вложить в спорт, чтобы не задыхаться одному от тоски.

После трени я весь мокрый, хоть выжимай. Отлично. С потом и дурь выйдет, не сразу, постепенно, но выйдет.

Поболит и пройдёт.

Когда-нибудь.

- Что за монстр сегодня среди нас был, не знаешь, Хайер? – спрашивает Дэв уже на выходе к парковке. Друг отдал машину на ТО, сегодня катается со мной.

- Самый обычный.

- Да ладно, кому ты рассказываешь? Что случилось?

- Ты зачем меня на Новый год пьяного отпустил с тусовки?

Дэв натурально округляет глаза. Он правда не понимает, в чем дело?

- А ты куда-то уезжал? Прости, я не в курсе. Меня там одна рыжая чуть ли не насильно в кровать тащила, еле отбился, хотя думал уже, чего отказываюсь? Крис как было пофиг, так и есть. Звал гулять, пока праздники, ни в какую. Еле уговорил.

- Ну так уговорил же, поздравляю. А я бухой поехал к Лекс.

- Ты бухой… что? Мы сейчас едем в садовый магазин за лопатой, да? Я же обещал…

- Да помню. Не трогал я ее. Даже не целовал. Ни разу, Дэв, вообще ни разу! Она пожалела, потому что я напился. А на следующий день поговорили мы. И в общем, все.

- Что все?

- Помнишь песню старую? Ну эту, – пытаюсь попасть в мотив, хотя певец из меня жуткий. – «Она не твоя, хоть с тобой она даже иногда и бывает».

- Тебя отшили? – напрямую спрашивает Дэв.

- Именно. Меня отшили. Цветы, разговоры, прогулки, – ничего она не хочет. И только вот не надо сейчас «а я говорил».

- Но я же говорил. Ладно, понимаю, от моих «а я же…» никому не легче.

- Вот именно. Я не знаю, что нужно ей, Дэв. Может, она и сама не знает. Ты был прав – маленькая она, ей ещё искать себя, а мне как-то хочется более серьёзного.

- Знаешь, она меня просила забрать ее со школьной дискотеки и домой отвезти. Ещё за день до нового года.

Интересненько.

- И?

- Уезжала-то со мной, но ее выходил провожать какой-то чувак.

- Светленький и не очень высокий?

- Похоже на то.

А, ну ясно. Вот и настоящая причина ее «нет». Просто ее «да» зовут Марат Янин.

- Знаешь его? – спрашивает Дэв.

- Знаю. Это Янин, он живет на одной улице с родителями. Ты, может, помнишь его, он был у меня в квартире на прошлой днюхе.

Дэвид делает вид, что перебирает воспоминания.

- Не, не помню.

- Да хрен с ним. Короче, он ошивался возле Саши, гулял с ней регулярно, они у одного репетитора занимаются, к тому же. Сначала я думал, она в его сторону даже не посмотрит, а выходит, этот малолетний хрен меня уделал.

Дэвид смеётся, глядя в окно на почти свободную дорогу.

- Я его не знаю и судить не могу, – заявляет друг. – Зато знаю ее. В последнее время она застряла в своих проблемах, прям депрессию словила, мать ей вообще не помогает, никаких советов, ничего. Ну да, семнадцать лет, уже не грудничок, но одиннадцатый класс, блин. Ей правда помощь нужна, а мать ее свинтила к другому мужику. Отец постоянно старается помочь, но у него тоже новая женщина, а Лекс тяжело воспринимать рядом с ним кого-то, кроме матери. Школа новая, ей там сначала сильно не нравилось. Плюс ещё ты со своей любовью.

- Думаешь, я ей мешал?

- Ты напором взять хотел. Любая другая описалась бы от восторга. А тут давить уже было некуда, и без тебя раздавили девчонку. К ней какой-то другой подход нужен, но я тоже не скажу, какой. На правах друга я готов и жилеткой быть, и мамкой, кем хочет. Но друг и парень – это не одно и то же, сам знаешь. Ты прикинь, когда ей было тринадцать,