Плохой Круз - Л. Дж. Шэн

Роб говорит мне, что все будет хорошо. Что никто не забеременел в первый раз. И вообще, у меня только что закончились месячные, верно?

Роб покачал головой, когда мне, наконец, удалось загнать его в угол у двери его дома, в бешенстве и в истерике.

— Послушай, Несси, ничего личного. Я просто слишком молод, ясно? Делай, что должен, но не вмешивай меня в это.

Слезы начали катиться по моим щекам.

Я боялась, что Круз остановится, но он этого не сделал.

Круз целовал каждую слезу, скользя в меня и обратно, подозреваю, не из-за собственного удовольствия, а потому, что он знал, что если мы остановимся, я почувствую себя полной неудачницей и не смогу встретиться с ним или с собой. больше.

— Мне жаль, — он поцеловал меня в нос, и я ему поверила. — Так жаль, — он поцеловал меня в челюсть. — Мне очень жаль.

Но потом, после первых нескольких минут, стало довольно хорошо. Безумно  хорошо. Мне по-прежнему было гораздо комфортнее, когда Круз Костелло съедал меня, чем опасно приближался к тому, чтобы засунуть в меня ребенка.

Но все равно пятерка за усилия и четверка за то, как я себя чувствую. Полный и пушистый и сытый.

Я не кончила, но я была близка.

Он так и сделал, и, как и обещал, как только он узнал, что его мальчики плывут на север, он вытащил его, несколько раз дернул себя с презервативом и нашел в нем свое освобождение.

После этого мы просто молча смотрели на потолок. Его рука легла мне под плечи. Энни Холл играла без звука по телевизору перед нами. Я разрывалась между слезами и ссорой с ним.

Я не сделала ни того, ни другого.

Вместо этого я дернула его за вьющиеся светлые волосы на груди и пробормотала ему в подмышку: — Ничего, если я проведу здесь ночь?

Он поцеловал меня в волосы, но не ответил.

Я восприняла это как «да».

ГЛАВА 16

Теннесси

Следующие шесть дней были неожиданным блаженством, полным хорошего времени с Биром и палящими жаркими ночами с Крузом.

Наши семьи многое делали вместе, но мне удалось не присутствовать большую часть из них, сославшись на тот факт, что я не та, с кем Костелло действительно нужно познакомиться, и что у меня есть сын-подросток, который не нашел бридж да и гольф тоже занимательный.

(Эта часть была ложью. Я имею в виду, что это не так, Бир не находил бридж и гольф интересными. Но большую часть времени он проводил с Лэндоном, оставляя меня работать над своим загаром и читать книги, которые Тринити принесла с собой.)

Поскольку Бир по-прежнему жил в одной комнате с мамой и папой вся каюта принадлежала мне. Я по-прежнему старалась всегда навещать Круза для наших сексуальных выходок.

Наши семьи слепо верили добродетелю (и здравомыслию) Круза в том, что он не хочет прикасаться ко мне, поэтому никто не мог догадаться, сколько времени мы проводим вместе. Особенно, когда они все еще думали, что он был с идеальной Габби. Даже когда это стало очевидно, ни один из нас никогда не ходил ни на какие встречи, чтобы выпить после ужина.

Я пмогла предположить,что у Кэтрин были подозрения.

Однажды после ужина она попыталась загнать меня в угол и небрежно спросила, знаю ли я Габриэллу, которую она называла своей будущей невесткой, хотя любой здравомыслящий человек мог бы сказать вам, что в имени Габриэлла Костелло просто слишком много букв «Л».

— Она подружка невесты моей сестры, — сухо ответила я, делая глоток чая со льдом.

— Как интересно. Можно подумать, что Тринити выбрала бы тебя.

Я пожала плечами. 

— Тринити имеет право на свои решения. В любом случае, я почти уверена, что Габриэлла и Круз расстались.

Я сказала это, чтобы напомнить ей, что мне не угрожают, хотя на самом деле угрожали. Не потому, что у меня были идеи встречаться с Крузом.

— Я уверена, что они снова сойдутся. Он очень заботится о ней.

— Уверена так и есть, мэм.

Я хотела сказать ей, что это неправда. Что это была я, о которой он заботился. Что в другом мире, в другое время мы могли бы быть парой.

Если бы я не ударила его по горлу.

Если бы я не встречалась с его лучшим другом, когда на самом деле, я тосковала по нему, как и весь город.

Я была таким клише. Любить Круза Костелло было все равно, что плакат Брэда Питта или Тома Круза на стене в девяностых.

Несмотря на то, что я не упаковала ничего из одежды, которую Круз купил для меня, и настойчиво оделась в свои вещи, я смягчила ее ради Бира и дала своим волосам отдохнуть от спрея, а ногтям отдохнуть от акрила.

Конечно, мама и папа относились ко мне как обычно, а Тринити была настоящей головной болью, все время бегая за Кэтрин Костелло, подлизываясь к ней, воркуя над каждой парой сережек, туфель или кафтана, которые она надевала.

Но в целом я хорошо проводила время. Так что, когда наше путешествие подошло к концу, большая часть моего счастья осталась на этом корабле.

Как только нас снова засыпали землей и бетоном, две семьи перешли в режим логистики.

— Дорогая, Уатт и Тринити берут машину напрокат. Они могут отвезти тебя и Бира домой. Ты ведь не возражаешь, Уатт? — отец повернулся к нему.

Уатт, у которого была дерзкая, почти детская надутая гримаса, красивое лицо, но не было того обаяния и харизмы, которыми обладал его брат, пнул камень на стоянке. 

— Это немного обходной путь, но что угодно для моей невестки и Бира.

Ага. Ему определенно чего-то не хватало в отделе магнетизма.

— Я их подвезу, — вызвался Круз.

— О, Крузи, в этом действительно нет необходимости, — Кэтрин положила руку ему на плечо. — Мы можем отогнать их назад. Я уверена, что ты захочешь зайти в клинику, прежде чем вернешься домой.

— Многозадачность — моя сильная сторона. — Круз подошел ко мне и Биру, и