Надбавка за вредность - Вера Эпингер

Первым делом попросила сгрузить вещи Воронцова. Затем моя приемная, а после уже кабинет Евгения Васильевича. Как выглядел этаж до ремонта, не знала и потому судила по уже готовому интерьеру — довольно уютно. Но станет гораздо уютнее, если добавить личных вещей.

Обед я пропустила — почему — то хотелось поскорее привести в порядок приемную.

Стоя на стремянке, напевала под нос веселую мелодию и пританцовывала на месте. Хорошо, что догадалась сложить папки по коробкам аккуратно — теперь оставалось их только водрузить на полки стеллажей. Стеллажи, к слову, были другими — гораздо выше и объемнее. И потому верхняя полка даже с моим весьма не маленьким ростом, оказалась недосягаема с пола.

Грузчики давно уже ушли, и я, зная, что никто сюда не поднимется, расстегнула верхние пуговички на блузке. И все равно было душно — надо бы кондиционер включить, но лезть не решилась. Таких моделей еще не видела, а ломать… ломать не строить, как говорится.

Потому, полностью расслабленная и беззаботная, едва не навернулась со стремянки, услышав чье — то покашливание за спиной. Оступилась — и нога соскользнула с узкой ступеньки.

— Осторожно! — Воронцов успел подхватить меня, когда я, нелепо взмахнув руками, попыталась зацепиться за ручку стремянки. Но, как назло, промахнулась и ударилась коленом — не смертельно, но очень больно и неприятно, учитывая место удара.

Скривилась, как от зубной боли, но промолчала. Кирилл Романович, обхвативший за талию, осторожно поставил меня на пол.

— Спасибо, — искренне улыбнулась. Пускай Воронцов и был несколько… странным, но видеть его я была рада. Гладко выбритый начальник усмехнулся и скосил взгляд на вырез рубашки, вопросительно приподнимая бровь.

— Вовремя я зашел.

Я поняла реплику шефа совсем по — другому.

— Я не ожидала вас услышать. Если бы не вы, не оступилась.

— Никто и не спорит, Кира. Успехи у вас, как я вижу, вполне неплохие.

— Стараемся потихоньку, — пожала я плечами и быстро застегнула маленькие пуговки, похожие на перламутровые жемчужинки. — Вы рано.

— Это вы о времени или о дате? Вы не сказали никому, кроме Лены, о моем приезде, — как-то довольно прищурился Воронцов. — Мне это понравилось. Заодно посмотрел, чем мои сотрудники занимаются в рабочее время, когда начальства нет на месте.

— И чем же? — обернулась к начальнику.

— Не поверите. Работают, — хмыкнул Воронцов.

На удивление мне было легко разговаривать с шефом. Он не корчил из себя высокомерного выскочку, не пытался меня подначивать и вел себя вполне вежливо. Даже помог убрать стремянку, когда я закончила с папками.

Похоже, я становилась трудоголиком. Не зря говорят, с кем поведешься, от того и наберешься — про обед забыла, и потому организм настойчиво требовал свою дневную дозу пайка.

— Вы голодны? — проницательность начальника не удивила. Хотя судя по последним событиям, она у него включается только в самые неподходящие ситуации. А когда она нужна, то, как назло, не показывается.

— Немного, — призналась я. — С самого утра коробки разбираю.

Новый Воронцов мне нравился. С ним было уютно и удобно — мне не приходилось напрягаться и ожидать подколки или язвительной нотки, грозящейся перерасти во что-то большее.

— Если хотите, можете сходить на пятый, — огорошил мужчина.

Подняла на Воронцова удивленно расширившиеся глаза.

— Вы посмотрели на меня так, будто покойника увидели, — хмыкнул Кирилл Романович, а затем резко прищурился и окатил меня взглядом. — С вами точно все в порядке? А то из нас двоих на покойника больше всего смахиваете вы.

Спасибо вам, Кирилл Романович! Я не преминула скривиться. Переживает… но оскорблять — то зачем?

— Кир, вы только не обижайтесь, — тут же спохватился Кирилл Романович. — Не подумал, что говорю.

— Ничего, — упрямо сжала губы. — Ночь выдалась бессонной.

Ответом мне стала вопросительно поднятая бровь.

— И кто же тот мужчина, что виновен в состоянии моей ассистентки? — и смотрит так выжидающе, внимательно, челюсти сжаты, как будто сдерживается, чтобы меня не покусать.

Интересно, если я отвечу: «Вы», Воронцов оценит? Думаю, нет.

— Какой мужчина, о чем вы? — несколько искусственно расхохоталась я. — Так, не спалось просто. Мысли донимали.

— Так что, Кира, пойдете на обед? — сразу сменил тему начальник. — Успевайте, пока Евгения Васильевича еще нет. После мне будет нужна ваша помощь.

Ответить не успела, дверь в приемную открылась.

— Кирилл, ты почему вниз не спустился? Я тебя битый час ждал. Договаривались же! Ты на тридцать первый поднимался только с Кирой поздороваться, — серьезно отчитывал Воронцова невысокий светловолосый мужчина. Несмотря на несколько щуплый вид и очки с тонкими дужками, голос у него был сильный, серьезный. Первое впечатление бывает обманчиво.

— Кира, извините. Ваш обед сорвался. Я закажу вам на вынос, хорошо? А пока познакомьтесь. Евгений Васильевич Медведев — наш второй ведущий юрист. А это и есть Кира.

— Очень приятно, — кивнула я, заинтересованно рассматривая Медведева.

С фамилией, конечно, у него ничего общего не наблюдалось, но чуяла, что впечатление обманчиво и этого человека лучше не иметь во врагах. Он поправил очки, коротко посмотрев на меня, на мгновение прикрыл глаза и тут же уставился на Воронцова.

— И мне приятно, Кира. Скажите, мы не могли встречаться?

С ним? Вряд ли. Хотя о словах Медведева я особо и не думала — поразила повторившаяся забота начальника. Зачем он это делает? Я ведь и сама могу заказать.

— Я сомневаюсь, — повела плечами.

— Нет, определенно, — настаивал Евгений Васильевич. — Я обязательно вспомню и поставлю вас в известность — у вас очень знакомое лицо!

— Идемте в конференц — зал, поговорим, — предложил шеф и, не дожидаясь нас, покинул кабинет.

— Он с вами всегда такой? — хмыкнул Медведев, но наткнувшись на мой непонимающий взгляд махнул рукой. — Ладно, забудьте.

В конференц — зал я попала впервые. Когда мы зашли с Евгением Васильевичем, Воронцов как раз разговаривал по телефону. Судя по окончании фразы, заказал обед. На троих.

Конференц — зал оказался небольшим, но довольно уютным. Посередине овальный стол на десять мест, возле одной из стен большая доска. Почему — то вспыхнули ассоциации со школьными и студенческими годами. Я мечтательно улыбнулась.

— Стоп! Сделайте так еще раз! — раздался голос Евгения Васильевича.

От неожиданности я даже вздрогнула и посмотрела на юриста слегка удивленно.

— Кира, улыбнитесь, пожалуйста, — снова повторил Медведев. На этот раз и сам Воронцов нахмурился и как-то враждебно уставился на друга. —