Уроки вежливости для адвоката - Вера Эпингер

Положив телефон на диван, я сладко потянулась — по внутренним ощущениям выделенные Максиму полчаса истекали.

— Вы снова общаетесь? — голос Максима за мой спиной раздался неожиданно. Я аж чуть шею не свернула, оборачиваясь. Державин сменил халат на светлые футболку и шорты и не сводил с меня серьёзного раздражённого взгляда.

— Вечером я отдам тебе деньги, Макс, — предпочла обрадовать его новостью, а не поддаваться на провокацию. Неужто снова ревнует? Кажется, я дала ему понять, что ревность к Зорину совершенно глупейшая вещь.

Проигнорируем и тот факт, что он нагло грел уши, пользуясь тем, что на затылке у меня глаз не имеется. Впрочем, это его дом, и он может находиться в любой комнате и в любое время. Я поднялась на ноги и встала напротив Максима с лёгким недовольством на лице.

— Мы едем или я возвращаюсь домой сама? — я поднялась на ноги и встала напротив Максима с лёгким недовольством на лице.

— Ты не ответила на вопрос.

Боже, дай мне сил и терпения, чтобы сладить с этим… этим… совершенно наглым и невоспитанным мужчиной!

— Да, Максим. Ты это хотел услышать? Мы кажется уже обсуждали эту тему и…

— Я знаю. — Максим сделал шаг ко мне. — Но едва я слышу об этом Зорине… мне начинает казаться, что в прошлый раз мне следовало приложить его посильнее. — Ещё один шаг. И вместо того, чтобы отступить назад под его неумолимым натиском, я совершила обратное.

Сама шагнула навстречу, превращая в пыль последние сантиметры между нами, и вскинула голову:

— Что, ревнуешь? — усмешка вырвалась сама собой. Я, как и Максим, была неисправима.

Не знаю, какого ответа я ожидала, и действительность в любом случае превзошла всё, что можно было.

— Безумно, — в мои сжатые губы выдохнул Максим и тут же запечатлел на них лёгкий поцелуй, словно пробуя на вкус. — Ты с ума меня сводишь… и ведь сама этого не замечаешь! — Державин нагло воспользовался тем, что я чуть приоткрыла рот от возмущения его искренностью. Набросился на меня так, будто не было разбитой губы, будто и вовсе мир вокруг нас не существует. От неожиданности его порыва, от той страсти и вожделения, смешанных с нетерпением, с которым его губы сминали мои, я на автомате вскинула руку, собираясь чётко обозначить то, что думаю по поводу всего этого… пусть и приятного мне, но всё-таки непотребства!

Пощёчина не удалась — реакция мужчины была моментальной. Но той секунды промедления, секунды, на которую он отстранился от меня, секунды, когда мой взгляд встретился с его, хватило, чтобы сдерживающие мои желания оковы рухнули к чёртовой матери. И после этой бесконечно долгой секунды промедления на Державина накинулась уже я.

Мне. Просто. Снесло. Крышу. Горячие губы и язык, ощущение его сильных рук на моей пояснице, терпкий аромат Максима вскружили голову. В глазах как-то резко потемнело, и я была рада, что они сейчас закрыты. По телу разлилась обжигающая волна, задержавшаяся внизу живота. Меня кинуло в жар, и, если бы не крепкий плен рук Державина, я бы определённо пошатнулась.

Не разрывая поцелуй, Максим совершенно естественно, поглаживая, опустил руки с поясницы на ягодицы, чуть сжал мышцы, чем вызвал у меня стон. Он играл со мной, наслаждался моим телом, позволяя мне чувствовать силу его возбуждения, упирающегося мне в живот, но даже не думал переходить к большему.

И этот самый крышесносный поцелуй в моей жизни оказался прерван телефонным звонком.

— Ответь, — выдохнула, с трудом отвернув лицо от Державина — иначе бы он даже не позволил мне сделать вдох.

— К чёрту, — глухо отозвался Максим, начиная целовать так неосмотрительно подставленную мной шею. Чуть прикусил нежную кожу и тут же провёл языком, заставляя меня задохнуться от ощущений и задрожать в предвкушении большего.

— А… ах… вдруг что-то… — стон, — важное… — нетерпеливые поцелуи спускались всё ниже и ниже, практически дошли до ярко-жёлтой кромки топа, скрывающего грудь, и вдруг исчезли вовсе. Распахнула глаза, уставившись на Державина взглядом, полным неудовлетворённого возбуждения и разочарования.

— Ты сама захотела, — усмехнулся он. — Идём.

Не отпуская, он потянул меня за руку на кухню, где взял со стола телефон. Я попыталась освободиться, не желая быть свидетелем разговора, но Максим предостерегающе покачал головой и, развернув меня спиной, прижал к себе.

— Да, золотце, — выдохнул он в трубку, и я чуть не задохнулась в негодовании. Золотце?! — Ты как всегда вовремя.

— Это семейное, братец, — отозвался в ответ красивый грудной женский голос. — Я надолго тебя не задержу, не беспокойся.

Громкий динамик позволял мне слышать все реплики собеседника Максима. И я почти приревновала к сестре?! Максим хмыкнул и, пользуясь моментом, вновь поцеловал меня в шею, словно считал это куда важнее телефонного разговора.

— Короче. Я встретилась с матерью.

— И?

— На вашу конторку она не претендует. Ей подавай недвижимость да деньги, так что можешь выдохнуть. Соглашение о разделе имущества она подпишет.

— Спасибо, Крис. Ты просто прелесть.

— Ой, всё, Державин. Больше не отвлекаю, — и она сама завершила вызов.

Максим тут же обнял меня двумя руками, положив голову мне на плечо. Пальцы игриво пробежались по поясу шорт и тут же оставили его в покое, спустившись ниже. Только и почувствовала, как кончиками ногтей Державин проводит по внутренней стороне бёдер, чем окончательно забивает гвозди в крышку моего гроба.

— Кристина, как обычно, нарушила все мои планы… — доверительно прошептали мне в ушко и тут же прикусили мочку.

— Максим, — задохнулась стоном и приподняла плечо, лишая Державина доступа к шее. — Подожди…

Одно моё слово подействовало на мужчину, словно ушат ледяной воды. Он позволил повернуться к нему лицом, и я увидела сонм эмоций, застывших в его глазах.

— Господи, Солнцева… — хрипло произнёс он. — Давай уже поставим точки над «и». Хватит надо мной издеваться… — он на мгновение прикрыл глаза и облизнул разбитую губу, на которой выступили капельки крови. — Я хочу, чтобы ты стала моей. Понимаешь? И если это для тебя так важно, чёрт побери… — он чуть ли не зарычал и резко отшатнулся в сторону. — Я не умею искренне говорить все эти слова… как там… чёрт. Почему, когда мне это выгодно, я могу сказать всё, что угодно, а сейчас…

Я безмолвно наблюдала за метаниями Максима, разрываясь от двух желаний: остаться на месте и выслушать или успокоить, закончив эту пытку словами. И всё же первое победило. Мне… в глубине души мне важно было услышать что-то, что бы снова дало понять: нас будет связывать не только секс.

— Будешь моей девушкой, что ли? Или как там говорят… Звучит ужасно и совсем не выражает то, что я хочу сказать…

Хватит. Я всё же не железная. Мне не хотелось думать, что это всего лишь идеальная актёрская игра, всего лишь фальшь, которая поможет достигнуть ему желаемого. И я поверила. Я поверила Максиму Державину.