Извращённые cердца - Кора Рейли

Затем наклонился и поцеловал ее в щеку, что было знаком для Диего и Даниэле отступить. Джемма была моей ответственностью как невеста.

— Ты знаешь, как обвести людей вокруг пальца, — сказала она с легким смешком. — Но ты играешь с огнем.

— Я могу справиться с твоим отцом и Диего.

— Я говорю не о них. На твоем месте я бы не отворачивалась сегодня от Нонны.

Джемма отстранилась и прижалась носом к розам, дразнящий огонек блеснул в ее глазах.

Нонна бросила на меня убийственный взгляд, который мог бы даже произвести впечатление на Римо. Мы расселись вокруг стола. Конечно, мне не разрешалось сидеть рядом с Джеммой. Диего и Даниэле заняли места рядом со мной.

— Как дела в Рено? — спросил Даниэле в середине ужина, когда намек Нонны на свадьбу стал слишком настойчивым.

— Шаткие. Криштиану уже совершеннолетний, но солдаты не любят, когда ими командует подросток. Только защита Римо удерживает его у власти, но вы же знаете моего брата. Он думает, что настоящий лидер может контролировать своих людей, поэтому не знаю, как долго Криштиану может надеяться на нашу поддержку.

— Римо — лучший капо, — сказал Даниэле.

— Так и есть, — согласился я.

— Слышал, вы ищете другого Головореза для поддержки Фабиано, — неожиданно сказал Диего.

— Именно. В последнее время он все больше берет на себя административную работу. Он, вероятно, собирается стать капитаном отдела ставок.

Если бы Фабиано не хотел оставаться рядом с нами, Римо уже давно сделал бы его младшим боссом. Я внимательно посмотрел на Диего, понимая, к чему он клонит. Головорезы зарабатывали процент от собранных ими денег. Если вы были хороши, это означало кучу денег.

— Как думаешь, Римо согласится взять меня на эту работу?

Джемма широко раскрыла глаза.

— Диего, — прошептала потрясенная Клаудия.

Диего не обращал на них ни малейшего внимания. Сдержанная реакция Даниэле показала, что он был причастен к решению Диего. Диего помогал мне в разборках с несколькими членами Братвы. Он не получал такого удовольствия от пыток, как я или мои братья. Он делал то, что было необходимо. Я не был уверен, что он будет хорошим Головорезом, но его семья нуждалась в деньгах.

— Если ты бросишь свою шляпу на ринг, уверен он выберет тебя.

Нонна покачала головой и начала убирать тарелки. Джемма вскоре присоединилась к ней, но они обе прислушивались. Мои глаза задержались на соблазнительном плече Джеммы, вспоминая, как я целовал это место давно, а затем сосредоточился на ее губах, которыми отчаянно хотел завладеть.

— Я не хочу работать только потому, что ты собираешься жениться на моей сестре, — резко сказал Диего.

Я с трудом оторвал взгляд от Джеммы.

— Римо никогда не будет благосклонен к тебе ни по какой причине, кроме твоей квалификации.

Это была не совсем правда, но ему и не нужно было этого знать. Я уговорил бы Римо дать Диего эту работу и надеялся бы, что он справится с обязанностями Головореза.

Даниэле встал и помог маме Джеммы отнести Карлотту в кроватку, пока Джемма и Нонна мыли посуду на кухне.

— Если ты будешь продолжать раздевать мою сестру своими глазами, я надеру тебе задницу, — пробормотал Диего, когда мы остались одни.

Я ухмыльнулся.

— Она делает то же самое. Только не говори мне, что ты не видишь, как она на меня смотрит. Джемма хочет увидеть моего быка.

— Держи свой член в штанах рядом с моей сестрой.

— Если ей нужен мой член, она его получит, что бы ты ни говорил.

Вдруг, Нонна подошла к нам и ударила нас обоих по голове. Джемма стояла прямо за ней, ее глаза широко распахнулись от шока, и Диего тоже ошеломленно посмотрел на меня. Неужели они думают, что я ударю их бабушку только потому, что она стукнула меня. Даже Римо, который был таким же извращенцем, как и я, по крайней мере, замешкался бы, прежде чем убить бабушку. И мне действительно нравилась Нонна. Даже если ее верования принадлежали Средневековью, и она хотела использовать картофелечистку на моих яйцах.

— Я не хочу больше слышать это слово.

— Нонна, — яростно сказал Диего. — Ты не можешь ударить Савио. Ты же знаешь, кто он такой.

— Конечно, я знаю, — ответила она, глядя на меня как на школьника, которому нужен выговор. — Это молодой человек, которому не хватает хороших манер.

— Ах, Миссис Баззоли, я вовсе не хотел вас обидеть, — я одарил ее своей самой очаровательной улыбкой и взял ее руки в свои, прежде чем поцеловать тыльную сторону одной из них. — Прошу меня простить.

Она предостерегающе подняла руку, но все еще улыбалась.

— Ох, ты очень опасен, не так ли? Моя Джемма должна быть осторожна с твоим очарованием, — Нонна взглянула на Джемму. — Этот мальчик может очаровать даже монахиню, Джемма. Будь бдительна.

Джемма закусила губу.

— Не переживай, Нонна, — ее щеки пылали от унижения, и она обратилась ко мне. — Не хочешь сладкого угощения? Мы приготовили тирамису.

— Я всегда готов к сладкому угощению, — сказал я.

Нонна прищурилась, явно неуверенная в том, на что я намекаю. Я одарил ее невинным взглядом. Она пробормотала что-то неразборчивое по-итальянски и исчезла на кухне. Джемма посмотрела ей вслед и повернулась ко мне. В этот момент у Диего зазвонил телефон, и он встал, чтобы поднять трубку.

Я поднялся и притянул Джемму к себе. Ее глаза расширились и метнулись к кухонной двери. Я воспользовался моментом нашего уединения, чтобы обнять Джемму.

— Савио, — прошипела она. — Нонна может вернуться в любую минуту.

Нонна все еще гремела на кухне.

— Ну же, Джем. Может, ты дашь мне что-нибудь взамен той боли, которую я испытал из-за руки твоей бабушки?

— Ты в состоянии справиться с болью.

— Это правда, — тихо сказал я, приближая нас друг к другу. Она взглянула на мои губы и быстро отвела взгляд. — Ты тоже можешь, но боишься удовольствия.

Выражение ее лица стало жестче, и она отстранилась.

— Я принесу тебе кусочек тирамису.

Похоже, я попал в самую точку. Китти боялась удовольствия, а это означало, что она хотела меня так же, как я ее. Ее нужно было лишь слегка подтолкнуть в нужном направлении.

Джемма

С тех пор как Савио вернулся в Лас-Вегас две недели назад, его обаяние только усилилось. Он наведывался несколько раз, чтобы провести время со мной и моей семьей, и я знала, что это было потому, что он думал, что сможет произвести на меня впечатление, и это работало.

Особенно когда