Овертайм - Ава Хоуп

— И чего же ты ждешь? — Эбби тяжело дышит и трется о мой возбужденный член.

Беру со столешницы квадратик фольги и разрываю его зубами, а затем со скоростью ветра растягиваю латекс по всей длине.

— Малышка, это будет жестко.

— Войди уже в меня.

Черт побери, я сорвал джекпот!

Накрываю ее рот своим, пылко двигаясь языком внутри. Хватаю Эбби за бедра и одним грубым толчком врезаюсь в нее. Она вскрикивает и выгибает спину. Одной рукой я продолжаю прижимать ее ближе к себе, пока другой обхватываю за шею. Мой член вонзается в нее на всю длину, и язык повторяет движения члена, грубо толкаясь в ее рот.

Желание оттрахать ее до потери пульса не покидает меня. Я начинаю долбиться в нее, как сумасшедший. Она такая узкая и горячая, и так чертовски сильно сжимает меня своими мышцами, что от этих охренительных ощущений я громко стону ей в рот.

Твою мать.

Я никогда не стонал во время секса. Я всегда относился к категории молчаливых мужчин, которые едва слышно выдыхают, когда кончают. Я никогда не говорил какие-то пошлости во время секса, и уж тем более не признавался в каких-то чувствах. Но с Эбби… Черт. Даже трахая ее на запредельной скорости, я занимаюсь с ней любовью. Это поразительные ощущения.

— Рид… Боже, Рид.. — она громко кричит, царапая мои плечи, и я схожу с ума от удовольствия.

Уткнувшись носом в ее шею, опускаю глаза вниз и наблюдаю за тем, как мой член легко скользит в ней. Черт возьми, она просто создана для меня. Слегка замедляю темп, входя в нее глубокими длинными толчками. Наслаждаюсь каждым стоном и вздохом Эбигейл. Тяну ее за волосы, подставляя тонкую шею к своим губам, и покрываю ее поцелуями. Эбби запрокидывает голову и громко всхлипывает. Ее тело покрывается мурашками, и моя рука сильнее сжимает ее бедро.

— Ты себе даже не представляешь, как охренительно ты ощущаешься, — шепчу ей на ухо, покусывая мочку. — Опустись спиной на столешницу.

Она послушно откидывается назад, и от открывшегося передо мной вида я зажмуриваю глаза, чтобы не кончить в это же мгновение. С каждым моим жестким толчком большие груди Эбигейл соблазнительно подпрыгивают. Я обхватываю одну из них ладонью, и увеличиваю темп. Небесные глаза самой горячей девушки на планете закатываются от удовольствия, а ее сексуальные стоны эхом разносятся по комнате. Нет ничего прекраснее, чем она в этот момент.

— Боже мой… Еще.. — Эбби запрокидывает голову назад и громко кричит.

Вот, что я хочу видеть перед собой каждое утро. Каждый день. Каждую ночь. Ее. Я всегда хочу видеть перед собой ее. Всю свою жизнь. В том числе загробную.

Наши тела бьются друг о друга, и кухня наполняется звуками звонких шлепков. Мой член горит, яйца вот-вот взорвутся, а сердце остановится. Мне до смерти хочется кончить, но также до смерти не хочется, чтобы это закончилось. Я никогда так дико не трахался. Каждую клеточку моего тела насквозь пронзает чувство невероятной эйфории.

Дыхание Эбби становится частым. Она вонзается ногтями мне в ягодицы и прижимает ближе к себе. Погружаюсь в нее на всю длину, заполняя до предела, и трахаю ее глубокими толчками, грубо сжимая бедра, а затем практически полностью выхожу из нее и склоняюсь над ней, посасывая по очереди ее твердые соски. Эбигейл елозит подо мной и со всей силы вонзается ногтями мне в спину. Она громко кричит и пульсирует вокруг моего члена.

Чувствую, как мышцы моих ног напрягаются. Какого хрена? Мы же трахаемся минут пять! Больше не в силах сдерживаться, громко ругаюсь и вытаскиваю член. Оргазм подобно мощной волне океана безжалостно накрывает меня следом за Эбби. Разрываю презерватив и, тяжело дыша, выплескиваюсь на ее идеальный живот.

Матерь Божья.

Я кончил за пять минут. Охренеть.

Я думал, что это только в первый раз ощущение ее жара сведет меня с ума. Но нет. Вскидываю голову к потолку и закрываю глаза, ощущая чувство полного блаженства.

Когда я открываю глаза, то встречаюсь взглядом с Эбби. Ее тело расслаблено, на губах удовлетворенная улыбка, а сердце все еще бешено стучит в унисон с моим. Нависаю над ней и нежно целую. Мой язык медленно кружится вокруг ее, и от сладости этого поцелуя все мое тело покрывается мурашками. Из чувственного поцелуй молниеносно превращается в глубокий, дерзкий, жадный. Своей ладонью обхватываю ее грудь, перекатывая между пальцами сосок. Эбби выгибается и стонет, а затем резко отталкивает меня.

— У меня же блинчики на плите! — восклицает она.

Эбигейл спрыгивает со столешницы и бежит к сковороде, на которой блинчики превратились в угли. Она бросает на меня недовольный взгляд и сурово произносит:

— Спрячь свой член в штаны и тащи свою задницу завтракать.

Черт, какая она сексуальная, когда делает вид, что злится.

После секса Эбби еще не успела надеть футболку и сейчас стоит у плиты совершенно обнаженная. Она берет салфетки и вытирает свой живот. От этого ее груди трясутся и сводят меня с ума.

Матерь Божья.

Мой член снова в боевой готовности.

— Малышка, тебе бы тоже не помешало одеться. Хватит ломать мой член.

Она стоит на моей кухне, улыбается, наливая тесто в сковороду, и я ощущаю счастье. Можно же быть счастливым со сломанным членом?