Летний лагерь свингеров - Ник Сципио

Что если мама знала, что я догадался?! Но это было тупостью. Она не могла этого знать. Я дотронулся до ноги Сьюзан, не маминой. И мама не знала, что я прикасался к Сьюзан, не знала, что я знал, что она сухая и теплая, хотя должна была быть холодной и мокрой.

Мама и Сьюзан устроили все довольно тщательно, и я был уверен, что они были вместе. По крайней мере, прошлой ночью они были вместе. Вспоминая прошлое, должно быть, это то, о чем они говорили, когда у них был разговор в озере. Я был уверен, что был прав.

Размышляя о событиях прошлой ночи, я начал медленно спускаться по лестнице. Мама сидела на кровати и расчесывала волосы, пока я шел, протирая глаза. Я закрыл дверь ванной и поднял крышку туалета.

Когда я пошел пописать, я понял, что не могу. Я посмотрел вниз, мои мысли все еще кружились, и паника сжала мое сердце, как когти. У меня был утренний стояк! Это само по себе не было чем—то необычным. Тот факт, что я просто спустился с кровати и прошел через комнату перед мамой, с вышеупомянутым стояком, был необычным. Я даже не обратил на это внимания!

Я стал думать об этом. Я ничего не мог с этим поделать. И я злобно усмехнулся. Не то чтобы мама не видела меня раньше с эрекцией. И больше того!

Поэтому я почистил зубы и расчесал волосы, и когда я сосредоточился на этих рутинных задачах, моя эрекция спала достаточно, чтобы я смог пописать.

Когда я открыл дверь в ванную, мама все еще сидела на кровати и расчесывала волосы.

Я смущенно улыбнулся ей, решив даже не упоминать о своей эрекции, и вышел из ванной.

— Увидимся, мам, — сказал я, махнув рукой.

—Пока, дорогой.—

***

Когда я добрался до дома Сьюзан, она снова сидела во дворе и пила стакан сока.

— Доброе утро, — сказала она, приятно улыбаясь мне.

—Утро. —

—Ты выглядишь усталым. —

—Хмм, — сказал я, затем зевнул.

—Не хорошо спалось? — спросила она, вставая и двигаясь к кухонной двери.

—Спал нормально. Просто не спала допоздна.—

—О? —

—Думал, — сказал я, когда мы вошли в прохладу кухни.

—Это то, о чем я думаю? —

—Наверное. —

—Хочешь поговорить об этом? — спросила она заботливо.

—Да. Я думаю, что знаю, — сказал я, удивляя себя так же, как и ее.

—Завтрак? —

Я покачал головой. —Завтрак может подождать, я думаю. —

Она повернулась и повела меня в гостиную. Оказавшись там, она включила одну из торцевых настольных ламп и жестом попросила меня сесть на диван.

Когда я сел, она сидела лицом ко мне, близко, но не касаясь меня.

—Ты расстроены тем, что произошло? — осторожно спросила она.

— Нет, — сразу ответил я. —Э, да. Нет. Эм, я даже не знаю. —

—Вау, звучит так, будто тебе нужно поговорить. —

—Не думаю, что я расстроен. И я думаю, что должен, но это не так, — сказал я, повернувшись к ней лицом. —Разве это нормально? —

— Да, — мягко сказала Сьюзан.

—Мне это очень понравилось. На самом деле. —

—Это можно понять. —

—Но проблема в том, что я не думаю, что это было неправильно. Что не так? —

— Нет, — сказала она, удивляя меня.

Я тупо посмотрел на нее.

—Я думаю, что большинство молодых людей имеют сексуальные фантазии о своих матерях. —

—На самом деле? —Я спросил, недоверие было ясно видно на моем лице.

—Наверное. Я почти уверена, что Кирк и Даг это делали.—

—О.—

—Это естественно, и не о чем беспокоиться.—

—Но...—

—И я бы также предположила, что это не редкость для матерей иметь сексуальные фантазии о своих сыновьях. —

—А? —Я сказала в шоке.

—Вы слышали меня.—

Я кивнул, все еще обдумывая последствия того, что она сказала.

— Знаю, конечно, знала, — деловито сказала она.

—Ты сделал?—

—Конечно. Кирк и Даг—симпатичные молодые люди. Может, я и их мать, но я тоже женщина.—

— Наверно, — с сомнением ответил я.

—Подумайте об этом на секунду, и это будет иметь смысл. Кого ты любишь больше всего на свете?—

Я тупо посмотрел на нее.

Глава 43

—Твоя мать. Когда гормоны начинают бушевать, ты иногда фантазируешь о самой красивой женщине в своей жизни. Твоей маме, — повторила она. —И как мать, когда ваш сын превращается в молодого человека, полного гормонов, с неконтролируемыми эрекциями, это лестно. Я говорю тебе это из личного опыта.—

—Вы имеете в виду, что у вас были фантазии о ваших сыновьях?—

Она трезво кивнула. —Но были времена, когда я была так близко, — сказала она, держа палец и палец на расстоянии менее дюйма друг от друга, — чтобы делать что-то большее, чем фантазировать.—

—На самом деле?—

Она снова кивнула. —У тебя есть фантазии о твоей маме?—осторожно спросила она.

— Да, — смущенно сказал я, не глядя на нее.

— Значит, тебе повезло.—

Я посмотрел на нее, мои глаза были полны вопросов.

—Вы знаете, если некоторые из ваших фантазий так же хороши, как реальность.—

Я кивнул и тяжело сглотнул. —Ты не думаешь, что это неправильно?—

— Нет, — мягко сказала она и положила руку мне на плечо. —Я думаю, что тебе повезло. И твоей маме очень повезло.—

Я мог только кивнуть, глубоко задумавшись, пытаясь обернуть свой разум вокруг последствий того, что она только что сказала мне.

—Ты должен пообещать мне кое-что, Павел— — сказала она, взяв мою правую руку между ее собственными и ожидая, пока я не посмотрю на нее. Она закрыла мне глаза своими. —Ты должен пообещать мне, что никогда не скажешь своей маме, что я сказала тебе то, что собираюсь сказать сейчас.—

—О хорошо, — пробормотал я.

—Сказажи это.—

—Я обещаю.—

—Вчера она пришла к нам домой и мы долго разговаривали.—

Я подняла брови. Вчера я был так погружен в свой собственный мир, что у меня было мало времени, чтобы обратить внимание на то, что делали мама или Сьюзан. Не то, чтобы я заметил, даже если бы подумал об этом.

—Угу. Она хотела спросить моего совета. О тебе. —

—Обо мне? —

—Да. Она сказала, что погладила тебя в озере в пятницу вечером. Ты хоть представляешь, что заставило ее сделать