(не)моё чудовище - Деметра Фрост

Рука привычно и легко наносит макияж и укладывает волосы в незатейливую, но стильную прическу, а шкаф выдает не типичное женское“одежды полно, а надеть нечего”, а вполне себе приятный и видный комплект.

Кстати, пока с обновками придется завязать, ведь мне пришлось прилично так потратиться на восстановление дедова дома. А если я еще похудею, то можно будет достать с дюжину вещей из старых запасов, не выброшенных мною не то из-за лени, не то по случайному стечению обстоятельств.

Нормально. Живем.

И на работу я добираюсь просто необычайно быстро. Куда ж подевались все пробки? А долбоящеры-водители? А сонные и раздраженные спросонья попутчики?

И даже гогочущие и лепечущие дети, которых матери везут в садик или поликлинику, совершенно не раздражают.

Настроение - отпад. Так и хочется улыбаться и смотреть в будущее смелым и незамутненным взором.

И больше ни на что понапрасну не надеяться.

Я буду жить и наслаждаться своей жизнью несмотря ни на что.

Ну и что, что моя жизнь будет полностью посвящена работе? В ней я вижу смысл. Вижу результат и отдачу. А подначки Даны даже раззадоривают и заставляют чувствовать азарт и какой-то особый вкус.

Вот, например:

- Из какого века твоя блузка, Ника? - ухмыляется девушка, демонстративно помахав перед своим лицом своими длиннющими наращенными ногтями, выкрашенными в ярко-пурпурный цвет.

- Из прошлого, разумеется, - спокойно и равнодушно откликаюсь я, переводя обратно взгляд на монитор компьютера, - Поэтому за качество и натуральность отвечаю. А твои ноготочки, Даночка, для чего? Вместо вилки используешь? Со столовыми приборами напряженка?

Я понимаю, что глупо реагировать и отвечать на ее подколки. Вот и она толком не реагирует - ухмыляется только и прищуривается.

- Зато у меня нет под ними навоза, деточка, - заявляет Дана, вызывая у меня очередной смешок, - И набойки на туфлях у меня новые и чистые.

- Прекрати уже, Дана! - строго приказывает ей Светлана Аркадьевна, хотя я и не думаю сердиться. На настолько откровенную и явную провокацию просто нельзя злиться. - Лучше разбери свои отчеты! В них же несусветный бардак! Или опять прикажешь за тебя твою работу выполнять?!

- С моими документами все в порядке, Светлана Аркадьевна, - обиженно бросает Дана, фыркнув.

- Только с теми, которые обработала Самойлова! - говорит, как отрезает, начальница.

Ого! Неужели ее все-таки допекло? Спустя столько времени?!

- Сегодня из отдела аналитики кое-что взяли для отчетов, - неожиданно поясняет женщина, повернувшись ко мне. - И мне уже пришло два сообщения с указанием ошибок. Сама понимаешь, кому это разгребать.

А мне-то чего она это говорит? Неужели у меня какие-то косяки?!

Светлана Аркадьевна правильно понимает мое выражение лица и тут же мягко и ободряюще улыбается.

- Нет, Ника. У тебя-то как раз проблем нет. И то, что ты вчера успела переделать, сыграло нам только на руку, - говорит она искренне и облегченно.

Ну, коль так, может, все-таки стоит задуматься о том, что Дане пора щелкнуть по ее длинному и наглому носику? Хорошо, не уволить. Но хотя бы лишить премии! Для профилактики, так сказать! И прекратить уже, в конце концов, идти у нее на поводу!

Но даже это не выводит меня из себя и не портит настроение.

Я готова работать как никогда, но ответственность за исправление указанных и пока что не обнаруженных ошибок браться не собираюсь.

У самой работы полно.

Вот, например, надо в отдел типографии сбегать, отдать очередные буклеты на печать. Да верстку прошлой партии проверить. А то напутают еще что. И потом хрен знает, как исправлять, чтоб потом собственный кошелек не трогать. Плавали - знаем. По неопытности и легкомысленности молодости я и не в такие передряги попадала, в самом деле.

Порешав все запланированные на первую половину дня дела, я действительно иду в типографию с небольшой папкой, в которой собрала развернутую сводку с заявками и базой свежих данных, в которой отметила маркерами самые срочные и самые неоднозначные заказы.

На месте я без каких-либо проблем встречаюсь и с начальником отдела, и с редактором, и печатником. Разбираем с каждым из них каждый пункт, каждую буковку, сравниваем цифры по накладным и даже пару раз созваниваемся с заказчиками.

Ошибки, кстати, находятся. Хорошо, что я придирчиво изучаю и проверяю абсолютно все строчки накладной и без зазрения совести поднимаю все резервы, чтобы понять - правильные у нас данные или нет.

По итогу все мы остаемся вполне довольными друг другом и проделанной работой. За изучением документов, за шуточками и несерьезным флиртом время проходит практически незаметно.

А на выходе из типографии, вынырнув из монотонного шума работающих станков и лязгающих резаков, я осознаю, что жуть как проголодалась. По-быстрому закинув документы в свой отдел и предупредив Светлану Аркадьевну, что иду на обед, я спускаюсь на первый этаж, где у нас находится не только уютный кафетерий, но и полноценная столовая с крайне приятными глазу и кошельку ценниками. А еще с отличным ассортиментом. Выбирай - не хочу. На любой вкус и цвет. Для любящих и как следует похомячить, так и посидеть на диетах.

В общем, поела я. Порефлексировала еще. И на обратном пути зашла в уборную обновить макияж, поправить укладку и одежду и морально подготовиться ко второй половине дня.

Мелодия вызова на телефоне резонирует от кафеля туалетной комнаты так громко и звонко, что я чуть не подпрыгнула. А оказавшаяся рядом девушка даже испуганно взвизгивает и шарахается в сторону.

- Прошу прощения, - улыбаюсь я извиняюще, быстро выхватывая из сумочки мобильник и мельком посмотрев на имя контакта.

Бухгалтерия.

А ей-то что от меня надо?

- Алло? - отвечаю я быстро.

- Вероника? Здравствуй. Это Петрова из бухгалтерии. Ты уже вернулась из отпуска?

- Конечно, Надежда Викторовна, - недоуменно отзываюсь я, - Второй день как.

- Зайди, пожалуйста, к нам.

- Хорошо. Без проблем.

Удивляясь и по-прежнему не понимая, чего от меня хотят, я быстро заканчиваю прихорашиваться и мчусь к лифту. Поднимаюсь на третий этаж и поспешно иду к кабинету, в котором сидят две помощницы главбуха.

- Распишись, Вероника, - говорит Надежда Викторовна, стоит мне только перешагнуть порог, - Молодец, что так быстро. Сама понимаешь, отчетность.

- А что это? - я подхожу к столу бухгалтера и заглядываю в протянутый