(не)моё чудовище - Деметра Фрост

А старость - она подкрадывается. Медленно, но верно.

Вот и хочется какой-то отдушины. Уютной такой. Теплой.

Комфорта хочется. Теплоты.

И элементарной, чисто женской и бескорыстной ласки.

А когда тебя так жестко и конкретно отшивают именно потому, что у тебя есть деньги - это цепляет. И внушает надежду на ту самую ласку. Ведь тут главное быть упорным. И непредсказуемым.

Женщины такое любят. Выпендриваются, задирают нос и показывают характер - особенно такие, как Самойлова. Но в итоге покоряются мужской натуре, ведь по сути своей они все хотят одного - чтобы мужик надежно взял их в свои руки и даже не подумал отпускать.

И ведь нормальный мужик не отпустит.

Поэтому и я не отпущу.

***

Однако и Ворона я не бросаю. Своих в беде не оставляем - девиз настоящих мужиков. Мы с Андреем давно знакомы - я его помню еще молодым, норовистым и взрывным. С возрастом он не то, чтобы остепенился, но определенно стал более прагматичным и дальновидным. А еще циничным. Но не настолько, чтобы понять, что до добра его зацикленность на Воронковой до добра не доведет. Та ж крутит им как хочет! А он и рад! Может, конечно, до поры до времени… Поймет и угомонит свои таланты…

Или же оно того стоит? Не знаю… Не мне лезть в дела амурные…

Меня оно не касается ни в коем месте. По крайней мере, до того момента, пока Ворон пользуется мозгом и не смешивает личное и рабочее...

…Когда совещание наконец-то заканчивается, я остаюсь в товарищем и терпеливо жду, когда тот поочерёдно отвесит кому надо люлей, а кому надо - и пряников за хорошо сделанную работу. В детали снова не вдаюсь - за столько лет в бизнесе подобные дела уже давно наскучили. Но внутренне парнем горжусь - действует он строго, по понятиям и конкретно. Берет, как говорится, за яйца и хотя все эти менеджеры и директора по большей части его старше на 10, а то и больше лет, пытаются ерепениться и оправдаться, все равно заискивают. Не только перед его должностью, но и Ворононцоской харизмой. Она у него мощная - бьет под дых и скручивает в бараний рог.

Молодец, короче. Горжусь. Вот бы и Покровскому часть такой силы и духа. Я бы был спокоен. И дал бы ему в пользование и его счета, и его акции.

- Ну что, Лёва? - ухмыляется Андрей, при этом посмотрев на меня цепко и с любопытством, Андрей, когда зал покидает последний сотрудник, - Пойдем, бахнем по маленькой, да потрындим?

- Бабье дело - трындеть, - комментирую я.

- Тогда обсудим дела насущные, - нисколько не тушуется парень.

- Моя задача выполнена, - хмыкаю я пренебрежительно, - Последние дни я только и делал, что рыл носом землю, чтобы решить проблемы своей компании, а заодно и твои, Ворон. И мне кажется, я меньше всего заслужил очередной мозготрах…

- Не кипишуй ты так, Смирнов. Не о бизнесе хочу потолковать. Вижу же - торкнула тебя Самойлова. Аж подобрался, когда мы в коридоре с ней столкнулись…

- Не неси пурги, - напрягаюсь я инстинктивно. Хотя знаю прекрасно - прав чертяка. Прав до омерзения. Заметил все-таки, внимательный наш.

Одного не учел Ворон - я та еще скотина. И потому чувствую острую вину перед этой девочкой. Вот и подвис немного, понимая, что сам себя загнал в волчью яму.

А ведь понимал - несмотря ни на что, шанс встретить Нику в компании Воронцова был. А, следственно, и нос к носу столкнуться с последствиями своего безответственного и неуважительного отношения к девушке тоже был готов. А может, и хотел.

Но я ведь привычно отмахнулся. Не в том, типа, я в возрасте, чтобы переживать, как трепетный подросток, из-за такой ерунды.

И все же - переживаю. И теперь пытаюсь судорожно придумать, как все исправить.

Может, таки прав Андрей? Вон, стоит, с хитрой еврейской физиомордией, и ждет моего вердикта - согласия или отмашки.

- Хрен с тобой, - хищно ухмыляюсь я, с шумом поднимаясь на ноги, - Давай бахнем.

45. Вероника

Я со всей пролетарской ненавистью вгоняю в пробку штопор и начинаю неистово ею крутить. А в бутылке - далеко не детское шампанское. А всамделишное вино.

Нажраться винища после трудового дня да после стресса - не сам ли боженька велел?

Или не боженька, а кто пониже статусом? Например, собственная, по-женски обидчивая натура?

Ну не чёрта же во всем обвинять, правда?

Не без моей помощи пробка выскакивает с тихим и характерным таким чавкающим звуком. Но шелест льющегося струйкой темно-пурпурного алкоголя в большой бокал, конечно, куда как приятней.

Не мелочусь - и наполняю бокал не на палец, а практически до краев. Нам сейчас не до аристократических манер.

На это намекает и большая тарелка с незамысловатой закуской - сыром, колбасой и чипсами. Вооружившись таким образом, я по-простому устраиваюсь на диване и укрываю ноги пледом, включаю телевизор и готова начать свою медитацию.

Хотя какая там медитация, блин… Голова тяжелая от всяких мыслей, но особенно - от злости и раздражения. Как назло, еще вспоминается… всякое… Причем приятное, томное, очень-очень сладкое… И от этого еще больше бесячее!

Поэтому полбокала я опрокидываю в себя быстро, почти не прерываясь. Это, разумеется, не очень эстетично, но вино вкусное, сладкое, течет по горлу в пищевод пряно и легко, быстро наполняя легкостью и приятной вязкостью и затуманивая не самые приятные эмоции.

Лишь тоска остается. Щемящая такая, противная…

И даже какой-то легкий и вроде бы как приятный глазу фильм, идущий по одному из каналов, не радует и не отвлекает. Я вообще не вникаю в сюжет, а просто сижу и думаю, и пережевываю, как корова на лугу, эмоции.

От них свербит на сердце и в носу. От них бьют в виски молоточками и чешется где-то внутри под ребрами.

Вот и приходится запить все это не только второй половиной бокала, но и заново обновить его.

Конечно, в определенный момент снова пронзает мысль о неприятных последствиях - похмелье от красного полусладкого никто не отменял. А кому-то, вообще-то, завтра на работу, трудится не покладая рук и мозгов. Так, может, зря я это все? Ну, право, как девица на выданье - нервная, впечатлительная и совершенно