Красавицы Бостона. Злодей - Л. Дж. Шэн

Дэвон начал сдавать снова.

Я тяжело дышала, вцепившись в подлокотники кресла и устремляясь за прикосновениями Килла под столом. Еще никогда в жизни я не была так сильно возбуждена. У нас с Пакстоном никогда не было секса в каких-то стоящих упоминания местах. А оттого, что никто не подозревал, чем мы заняты, становилось в миллион раз жарче. Мой муж был воплощением всего элегантного, драгоценного и приличного, носил свою ледяную неприступную маску, пока вытворял со мной непристойности.

Килл взял новые карты, когда я достигла кульминации. Пальцами сжала под столом его широкое запястье, направляя его так, как мне хотелось, и начала волнообразными движениями тереться о его руку. Оргазм пробрал меня до самого нутра. Все мышцы напряглись, дыхание перехватило, а рот приоткрылся, пока мое тело с ног до головы сотрясала дрожь.

– Боже мой, Перс, ты уверена, что все хорошо? Похоже, тебе больно, – ахнула Эш где-то за моими закрытыми веками. Я моргнула, опьяненная и удовлетворенная.

– Еще одна судорога. Прошу прощения. – Я знала, что у меня горят щеки. Килл бросил карту в общую кучу и с безразличным видом вытащил еще одну. Он вынул руку из моих трусиков и убрал ее от моих ног.

Остановился, чтобы вытереть влагу о мое бедро и поправил платье, прикрывая следы моего оргазма.

– Я лучше немного пройдусь, разомну конечности. – Я вскочила на ноги. – Кому-нибудь что-то нужно с кухни?

– Коньяк, – ответил Килл, не отрывая взгляда от карт.

– «Гиннесс», – буркнул Хантер.

– Цианид. – Сэм поднял руку. – Сделай двойной. Эта игра мне до смерти наскучила.

– Все потому, что ты не любишь деньги и всегда рано пасуешь, – фыркнул Хантер. – Почему ты так делаешь?

– Я играю не для того, чтобы выиграть или проиграть, – пояснил Сэм.

– Тогда зачем ты вообще играешь?

– Чтобы изучить своих противников, найти их слабости и использовать против них.

– А. – Хантер кивнул. – Напомни мне никогда не попадать к тебе в немилость.

– Ты обрюхатил мою младшую сестру, – нахмурился Сэм. – Уже поздно об этом беспокоиться.

Я закрылась на кухне, чтобы успокоить дыхание и вытереть все подозрительные пятна. Вернулась с подносом и раздала всем напитки. Потом стала слоняться по комнате, рассматривая картины на стенах. Живопись в рустикальном стиле с изображением лесов, озер и снежных бурь. Одна из картин привлекла мое внимание. На ней был изображен залитый лунным светом домик, а на заднем плане виднелось большое пышное облако.

Тетя Тильда?

– Цветочница, – резко окликнул Киллиан, перед всеми назвав мое прозвище.

Все одновременно подняли головы, будто он заговорил на другом языке. Киллиан указал на мое кресло. Я резко обернулась, отвлекшись от картины.

– Покажи своей сестре, на чьей ты стороне.

– Уверен? Окажется, что не на твоей. – Я нацепила язвительную улыбку, но говорила искренне. Белль – моя сестра. Я всегда буду на ее стороне.

Белль рассмеялась.

– Ой-ей.

Мой муж с невозмутимым видом сдвинул все оставшиеся у него фишки в центр стола.

– Иду ва-банк.

Сейлор и Белль переглянулись. Весь вечер игра проходила довольно ровно, и Киллиан, Сейлор и Белль в итоге набрали примерно одинаковое количество фишек.

Хантер, Дэвон и Сэм сбросили свои карты, так сильно жаждая понаблюдать, как Килл выступает против двух женщин, желавших ему смерти, что предпочли не вмешиваться.

– Я тоже. – Сейлор выдвинула вперед свою стопку фишек и обратилась к Белль. – А ты?

– Само собой. – Белль поставила все свои фишки и потерла руки.

Сейлор первая выложила карты.

– Поприветствуйте мои две пары.

Белль с самодовольным видом похлопала Сейлор по плечу и открыла свои карты.

– Это все мило и здорово, но вы официально приглашены к моему второму фулл-хаусу подряд. Боже, что же мне делать со всеми этими деньгами? – Она улыбнулась моему мужу, стуча пальцем по губам. – Я подумываю об отпуске на Багамах, а может, о новой машине. Что думаешь, Фитцпатрик? Я буду хорошо смотреться в «Мерседесе»?

Прошу, не говори моей сестре, что она будет хорошо смотреться в гробу, – мысленно взмолилась я.

Сказать подобное было бы вполне в духе Киллиана.

Выражение лица Килла оставалось бесстрастным. Он лениво бросил свои карты и продемонстрировал комбинацию, при виде которой все в комнате затаили дыхание.

– Флеш-рояль![29] – возмущенно воскликнула Белль, вскочив с места. – Шанс собрать флеш-рояль – один из пятисот тысяч, и ты не настолько везучий, черт подери. Ты подтасовал карты. Признай.

Настал черед Килла встать. Он не стал собирать фишки, а просто смотрел на Белль таким взглядом, который заставил меня понять: она никогда ему не нравилась. И смотреть на нее всякий раз, когда мы оказывались в одной комнате, его вынуждало вовсе не вожделение. Он сказал мне, что никогда не хотел ее, и я наконец-то ему поверила. Килл был жестоким, развращенным, сущим дьяволом. Но ложь и измена были ниже его достоинства.

– Если собралась бросаться обвинениями, то лучше подкрепляй их фактами. – Он вскинул бровь.

– И как я это сделаю, черт возьми? – Белль горько рассмеялась. – Ладно. Плевать. Но давай проясним: я считаю, что ты самый испорченный человек на свете.

– Давай проясним, – он передразнил ее тон, отчего за столом раздались сдавленные смешки, – мне плевать. Сдачу оставь себе. А отвечая на твой вопрос о том, что тебе делать с этими деньгами, советую прикупить немного здравомыслия. А пока напомню, что ты согласилась не вмешиваться в мой брак. Не промывать моей жене мозги и не лезть к ней со своим мнением на мой счет. Она уже большая девочка и сама может принимать решения. То же касается и тебя. – Киллиан щелкнул пальцами, указав на Сейлор.

И с этими словами он вышел из комнаты.

Мужчины первыми начали посмеиваться, вставая с мест, и расходиться по своим комнатам.

Мы, женщины, еще несколько минут сидели в приятной тишине, переваривая случившееся.

– Что это сейчас было? – наконец спросила Эшлинг.

– Кажется, – Белль перекатила одну из покерных фишек между пальцами, – Перс только что удалось пробить первую брешь в обледеневшем сердце Сатаны.

– И ему было больно, – рассмеялась Сейлор. – Очень.

Пятнадцатая

Киллиан

Дэвон:

Нам нужно выиграть время. Устроить встречу с Эрроусмитом и прийти к компромиссу.

Я:

Вы ошиблись номером.

Дэвон:

Ты платишь мне за то, чтобы я давал дельные советы. Мой совет: заключи закулисное

полюбовное соглашение и придумай долгосрочный план после того, как деактивируешь эту бомбу замедленного действия.

Я:

Единственное закулисное действо, которого Эрроусмит дождется от меня, обернется для него восстановительной хирургией заднего прохода.

Однажды он сломил меня.