Бесстыдница - Рина Мирт

— Кира? — окликнул её Дэвид. Она вздрогнула и посмотрела на него. Занятая своими раздумьями, она на какой-то миг забыла о том, что он здесь. Но в следующую секунду перешла в наступление:

— Какого черта ты устроил?

— Я приезжал к тебе на работу и слышал, как ты ворковала с этим парнем, — ответил тот, скрестив руки на груди. Он был уже без куртки, чем вызывал еще большее раздражение.

«Сволочь, — подумала про себя девушка. — Расположился уже тут».

— Я тебе уже сказала, что всё кончено, — прорычала она. — Не нужно было устраивать этот цирк.

— Я приехал объясниться.

— Не хочу ничего слышать! — Кира повысила голос. — Ты думаешь, я совсем дура тупая?

— Я не считаю тебя такой. — Он резко сократил расстояние между ними, заставляя её замереть на месте. Глаза Дейва горели возмущением; он то сжимал, то разжимал кулаки, и Кира видела, что его тоже трясет. Ей стало страшно. Прямо как сегодня в его кабинете.

— Я не лгал тебе. — Он, видимо, понял, что пугает её и отступил. — Всё, что я сказал сегодня, правда. Да, я знаю, как оно выглядит, но прошу, поверь мне. Кира отвернулась и подошла вплотную к своему шкафу с коллекцией Funko Pop. Она молча разглядывала фигурки, разъедаемая противоречиями. В ней будто сейчас спорили две личности. Одна требовала от неё наброситься на него и заняться корректирующим сексом, потому что верила ему на слово. А другая с пеной у рта кричала «Не смей!», покрывая её ругательствами и вызывая в памяти флешбеки от пережитых отвратительных чувств.

«Почему всё пиздец как сложно?» — грустно подумала про себя девушка, поправляя фигурку Джокера.

Она чувствовала страшную усталость. Хотелось остаться одной и уже смыть с себя этот сумасшедший день.

— Я хочу побыть одна, — произнесла она, нарушая затянувшуюся паузу. — Пожалуйста, уйди.

— Не для этого я рисковал репутацией, чтобы так просто уйти, — послышалось за её спиной.

Из уст Киры вырвался тяжелый вздох, и она нехотя повернулась к нему лицом.

— Ты больной, — устало произнесла она, надеясь, что это оскорбит его, и он уже съебет из её дома.

— Да, я болен, — спокойно ответил тот, вновь делая шаг навстречу. — Я болен тобой.

От его слов у Киры перехватило дыхание.

— Ты сладким ядом проникла в мою грудь, отравляя сердце и легкие, — продолжал тот. — Ты как рак, что расползается по внутренностям. Ты запустила свои метастазы в мой мозг. Иначе никак нельзя объяснить, что я делаю здесь. — Он протяжно выдохнул. — Я не могу заснуть, не подумав о тебе, о нас с тобой. В школе я все время ищу тебя взглядом.

Кира поджала губы и опустила глаза, а по её щекам уже вовсю стекали слезы. Она отчаянно боролась с собой и проигрывала.

— Скажи мне… — Он встал совсем близко. — У тебя с ним что-то было?

— Поцелуй, — еле слышно произнесла она, чувствуя, что вот-вот — и упадет.

— Что? — В голосе Дэвида отчетливо слышался гнев. Значит, он прекрасно расслышал её.

— Только поцелуй. — Она рискнула посмотреть на него. Бледное лицо мужчины стало красным от злости, а его губы превратились в тонкую линию. Кира сделала судорожный вдох, как тут же ощутила себя сжатой в тиски, а его рот терзал её губы.

— Ты моя, — гневно прошептал он, а затем принялся чуть ли не сдирать с неё одежду. — Ты моя. — Он подхватил её ослабленное тело и посадил на стол, где она делала уроки.

Её трясла крупная дрожь, а перед глазами все плыло, будто она была под кайфом. Каждая клеточка её тела будто скрутилась ожиданием, и она не смела помешать ему, да и не хотела.

— Ты нарушила договор, — продолжал шипеть мужчина, расстегивая молнию её джинсов. — Но я прощу тебе это. Знаешь, почему? — Он взял её за подбородок, заставляя смотреть на себя.

— Почему? — слабо вымолвила она, чувствуя биение сердца где-то в желудке.

— Потому что люблю тебя. — Он впился в её губы на короткий миг, а затем продолжил сдирать с нее штаны.

Кира осталась в нижнем белье и в одних носках, и её затрясло, но уже не от предвкушения, а от холода. Разведя её ноги в стороны, он встал между ними и завозился с ширинкой.

— Что ты делаешь со мной? — без конца повторял он дрожащим голосом.

— Уже трахни меня. — Кира прижалась к нему, обнимая, не обращая внимание на то, как раскрытые учебники впиваются ей в ягодицы.

Он грубо схватил её за волосы, отчего она вскрикнула.

— Трахнуть тебя. О, я так трахну тебя, что ты сидеть не сможешь. — Его речь сочилась печалью и ядом.

Кира ощутила, как его горячий член выпрыгнул из штанов, и в тот же момент он силой дернул её трусики в бок, а затем вошел, грубо, раздирая её изнутри, она ведь была сухая. Но Кира, закусив губу, не издавала ни звука.

— Черт, — тяжело дыша, Дэвид сделал несколько резких и коротких толчков, прошибая себе путь, как какой-то сраный ледокол, а затем вновь поцеловал. — Дрянь такая, — выругался он ей в рот. — Маленькая сучка.

Он подхватил и развел её колени еще шире, а затем начал двигаться, задав карательный темп. Стол заходил ходуном, и с него стали падать предметы. Кира отпустила мужчину, вцепившись в края стола, громко и часто дыша от его быстрых толчков. Она не сводила глаз с его напряженного и мокрого от пота лица. Несмотря на всю грубость она чувствовала, что начинает намокать и пульсировать там внизу.

— Ты — моя, — отчеканил он между движениями, глубоко входя в неё, и его подбородок чуть дернулся от удовольствия. — Больше чтобы такого не повторилось, поняла? Больше чтобы я не видел тебя с кем либо, ты поняла меня?

Осоловелая Кира лишь кивнула и запрокинула голову, чувствуя приближающуюся разрядку; он в свою очередь задвигался еще быстрее, больно вцепившись ей в поясницу.

— Ах, черт, сейчас кончу, — жалобно вырвалось у него.

— Давай, кончи, — простонала девушка, чувствуя, что еще чуть-чуть, и она взорвется.

— А-а, блять… — Его слова прервались громким протяжным стоном.

Кира ощутила его пульсацию и то, как он извергает в неё семя. Она запоздало поняла, что мужчина не надел презерватив и сейчас кончил в неё. В тот же миг её мысли смешались, и она, завизжав, последовала за ним.

16

Дэвид стоял под горячими струями, вытянув руки и упершись в кафельную стену. От напряжения подбородок мужчины дергался, и, несмотря на высокую температуру в душевой кабине, его трясло. Что он натворил?