Мой личный Армагедон - Аселина Арсеньева (Aselesa)

— Нормально я реагирую. Просто не ожидал от тебя! — пробубнил блондин с розовыми ушами.

Ну-ну. Только вот у нас разговор серьёзный и на этот безусловно милый вид, я не поведусь.

— Знаешь, я тоже многого от тебя не ожидала. Как ты объяснишь мне это?! — теперь приподнимаю край футболки, демонстрируя бок, где ещё утром красовалась обширная, фиолетово-красная гематома. — Тебе не кажется, здесь чего-то не хватает?

— Татушки? — играет под дурачка, смущённый донельзя парень. Теперь и щёки горят.

Кажется, и мои вспыхнули. Я поспешила, одёрнуть футболку вниз.

— Астин. — предупреждаю, поняв, что он хочет увильнуть от ответа.

— Да на тебе как на кошке заживает! — всё-таки пытается увильнуть парень.

Чем себя же и выдал.

Если бы он хотя бы попытался удивиться исчезновению синяка, а так, с потрохами выдал свою причастность!

Понимаю, что мне бы радоваться такой помощи, и в другой ситуации я бы так и сделала, но…

— Неужели?! — прищуриваюсь, наступая на парня. Тот как-то совсем всю решительность растерял. — Астин, признайся уже, что ты не человек!

В противовес моему утверждению, Астин изменился в лице, прямо как человек! Ну ничего, мы и одиштов в истерике наблюдали, так что это ещё ни о чём не говорит!

— Отвечать будешь? — и откуда только тон повелительный прорезался?!

— Стараюсь им быть. — Астин чуть отводит глаза. — По крайней мере, для тебя.

— И чем я заслужила эксклюзивные права? — продолжаю напирать, пока действует, подойдя вплотную и задрав подбородок, чтобы как можно внимательнее отследить его реакцию.

— Свет, отойди подальше, а?

— Что-то я не замечала, чтобы ты перед девушками смущался.

— Ты — это ты… и не переживай. Я прекрасно понимаю, что вокруг тебя не я один такой. Прошу, только не прогоняй. Я всё равно не способен претендовать ни на что, кроме твоей дружбы.

— Что это значит? То есть ты осознаёшь, что я замужем и поэтому…

— Да твоему мужу не важно, где ты и с кем, пока он может достичь своей цели! — вдруг срывается Астин. — Да по земным меркам он даже тебе не муж! — выпаливает раскрасневшись!

А ревности-то сколько во взгляде!

— Значит ты знаешь моего мужа? — спрашиваю спокойно, хотя внутренне ликовала маленькой победе.

Думала Астин очень крепкий орешек, а стоило показать участок живота и вот результат! Стоит сам растерянный оттого, что сейчас высказал. Кажется, даже обречённо ожидает дальнейших вопросов.

— Лично я твоего мужа не видел и желанием не горю, но, к сожалению, знаю о нём больше, чем бы мне хотелось.

— Ты из Армадона?

— Нет. Мы с тобой из одного мира.

— Подожди, ты только что признался, что не человек!

— Я не говорил, что я не человек. — огрызается, уходя в оборону и тут же смягчается. — Прости, я не имею права сказать о себе больше.

— Мне и не нужны подробности. У меня самой полно секретов. Но мне нужно знать, откуда у тебя такой интерес ко мне. Лучше скажи. Всё равно же узнаю. — прищуриваюсь, вновь приближая своё лицо к его, и он будто девица стыдливо опускает глаза.

Я ему, что? Действительно настолько нравлюсь?!

— Всё, что я могу тебе сказать, — это то, что я не имею никакого отношения к демонам и никогда не был в Армадоне. Я родился здесь на земле.

— Значит, ты человек?!

— Лишь отчасти. — впервые я увидела в глазах Астина честность и такую тоску, что слова застряли в горле.

— Ты целитель? — невольно смягчилась я. — Ты меня вылечил?

— Если бы… Тогда бы и врача вызывать не пришлось. Но одна из моих способностей усиливать действие веществ, заставлять их действовать более целенаправленно. У моего отца фармацевтическая компания и эта моя способность очень ему помогает. Я разбираюсь. Так что не переживай, ничего вредного в мазь я не добавлял. Упс, кажется, я уже сболтнул лишнего. — грустно усмехнулся Астин.

— Тогда зачем был врач, если ты был уверен, что чудодейственная мазь подействует?

— Пока мне доставили и смешал все ингредиенты, пока зарядил, прошло уже больше двенадцати часов, а ты всё ещё не приходила в сознание. К тому же приготовленному мной настою, требовалось около двух часов в холоде, чтобы загустеть до состояния мази и ещё около шести часов после нанесения, чтобы подействовать. К сожалению, я не умею делать диагностику организма, поэтому переживал, что ты слишком долго не приходишь в себя. Хоть открытых ран у тебя не было, да и признаков внутреннего кровотечения не обнаружил, но всё же я волновался. Успокаивало лишь то, что твои пульс и давление были в норме, для спящего человека.

— Подожди, тогда, когда ты меня нашёл?

— В понедельник утром. Специально приехал пораньше, чтобы ты не успела выйти, но даже магии твоего пса не почувствовал, поэтому зашёл в дом. Кстати, форточки настежь не открывай. Смысл запирать двери, когда у тебя форточки не меньшего размера, чем дверь, да ещё и открыты в трёх местах! Как видишь, надеяться только на пса не стоит.

— Подожди, ты не почувствовал магии Гера?!

— Именно… И, раз уж мы начистоту: ты хоть знаешь, как он действительно выглядит? Тебе не противно иметь рядом эту смердящую тварь?!

— А если бы тебе не так с внешностью повезло? Тебе бы не противно было, если бы тебя судили лишь по лицу, а не по поступкам? И да, я видела Гера, причём в реальном размере. В эту гостиную, он бы определённо не поместился, в высоту тоже. Но он мне нравится. Нравится не меньше, чем ты или кто-то другой из друзей. А вот доверия я к нему испытываю гораздо больше, чем к кому-либо. Если хочешь, то я полюбила Гера. Он для меня семья!

— Семья… — эхом и без видимых эмоций повторил Астин.

— Да мне даже страшно подумать, если однажды он решит, что я больше не нуждаюсь в охране и уйдёт! — разгорячилась я. Эти высказывания о Гере слишком сильно задели за живое!

— Неужели вы настолько близки? — кажется, Астин не ожидал. — Я был уверен, что он тебя обманывает и ни за что не покажет истинное обличие. Надеюсь, ты понимаешь сколько лет этому существу, и не настолько наивна, чтобы полагать, что он здесь для того, чтобы приносить тебе тапочки?

— Зачем ты так опошляешь его заботу? — не понимаю.

— Стоит ему добиться желаемого, и он исчезнет прочь из этого мира и из твоей жизни соответственно. Не обманывайся. Теперь ты та, от которой каждому что-то нужно.

— Это неважно. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, как и сама жизнь. Я к этому привыкла, поверь. Какие бы