Девять дверей. Секрет парадоксов - Надежда Реинтова

— Значит его убийство никак не связано с делом убитого ключника Триксы? — допытывалась я.

Бэрс задумался и, ничего не сказав мне, обратился к Гэрису:

— Рис, надо еще раз просмотреть картотеку и поискать сведения об этом историке.

Тот понимающе кивнул. Мне же оставалось довольствоваться их недомолвками. Зыркнув на Бэрса, я повернулась к Рису, делая вид, что собираюсь узнать подробности от него.

— Герис, а можно я помогу тебе в картотеке? Вдвоем мы быстрее найдем нужную информацию, — предложила я, украдкой следя за дознавателем и ожидая его реакцию.

Рис расплылся в улыбке, предвкушая нашу совместную работу наедине. И уже хотел заверить меня в готовности взять с собой, как Бэрс его опередил:

— Нет, мы с Солари поедем на место убийства Варка.

Вот так! Мой коварный план удался.

В маленькой гостиной в пять часов утра было еще темно. Осень очень рано решила заявить свои права, поэтому на улице лило, как из ведра, а холодный ветер мотал деревья из стороны в сторону. Одетая в брюки и плотную блузу я грела руки о горячую чашку с кофе. Разглядывая капли воды, стекающие по стеклам, я думала о том, где сейчас могут быть мои родители и братья. И почему у меня не получается связаться с ними. Как бы я не старалась, но мой мираж не мог достичь нужной цели, словно что-то или кто-то его блокировал. Я надеялась, что они хотя бы вместе. А вот каково было Никите в чужом мире?

— Не спишь? — раздалось у меня за спиной. Я вздрогнула. Даже тихий тон Бэрса прозвучал под монотонный шум дождя, как гонг. Я резко обернулась.

— Доброе утро, — вежливо, но холодно произнесла я.

Судя по виду, детектив еще был зол из-за вчерашней сцены, свидетелем которой стал.

После ужина Гэрис отправился провожать меня до комнаты и немного задержался в коридоре. Бэрс застал нас в тот момент, когда парень, расхрабрившись, взял меня за талию и, привлекая к себе, собирался поцеловать. Наверное, я немного перестаралась со своим образом и раззадорила не только Бэрса, но и его друга. В мои планы не входило драконить дознавателя накануне нашего будущего совместного расследования, поэтому я уперлась руками в грудь Риса, стараясь его оттолкнуть. Он и сам, видя, что мы уже не одни, тут же разжал руки и, шепнув мне на ухо «спокойной ночи», быстро ушел к себе. Бэрс, обжигая меня пылающим взглядом, скрылся в своей комнате.

И вот он сейчас смотрел на меня зверем. Не обращая внимания на его настроение, я решила выяснить все обстоятельства дела, не мешкая, пока Бэрс не передумал:

— Когда, по-твоему, был убит Дориан Варк?

Дознаватель сел напротив меня и, положив ногу на ногу, не хотя, поделился информацией:

— По результатам медицинского осмотра примерно 3 месяца назад.

— То есть его не мог убить тот преступник, что сейчас в Эгоцентриуме, — рассуждала я, — Но ведь ты уверен, что его смерть связана с убийством, в котором меня обвиняют?

Я внимательно уставилась на него. А детектив не спешил с ответом.

— Да, уверен, — сквозь зубы процедил он.

— Думаешь у него здесь есть сообщники?

Бэрс кивнул.

— Ты так и не рассказал, как был убит Трикса, — напомнила я.

— Хорошо, поделюсь моей гипотезой, — вздохнув, согласился он. — Когда Алекс Трейв вошел в «Архив ключей», он же не ходил вдоль стеллажей с ключами, а спокойно ждал, пока архивный работник возьмет нужный ключ и откроет портал. Если бы он прошел в конец этого огромного помещения, то наверняка обнаружил бы там лежащего на полу убитого Орко Триксу без одежды. Потому что убийца, одев его форму, и открыл Трейву портал, а потом сам благополучно отправился в Эгоцентриум, предварительно натянув на покойника его одежду и подтащив тело ближе к выходу.

— То есть убийца вошел в Архив до Трейва, — уточнила я.

— Да, вспомни, как он выглядел. Внешне очень похож на археолога. И под описание Девиса тоже подходит.

— Это был…

— Стонх Доронович, историк, — закончил за меня Бэрс. — Он зашёл в архив как раз перед Трейвом.

Покусывая кончик большого пальца, я старалась представить себе всю картину убийства в подробностях, как описал ее детектив. Но вопросы еще оставались.

— Зачем Дороновичу было убивать ключника, если он мог спокойно пройти в Эгоцентриум? Ведь он же историк — имел право, тем более, у него было официальное разрешение. И почему меня затянуло в открытый портал? После кого он не схлопнулся?

Следователь уловил цепь моих размышлений:

— Я могу ответить только на один твой вопрос. Доронович убил визуара, потому что знал, что портал за ним, почему-то, не закроется. А визуар бы это увидел и последовал бы за ним. А вот почему за историком не закрылся проход, нам и предстоит выяснить.

Бэрс посмотрел на часы, было уже около семи.

— Так это о нем сведения должен был найти Рис? — поинтересовалась я.

При имени друга Бэрс злобно зыркнул на меня. Но продолжил объяснять:

— Да. Мы уже поднимали документы в архиве на всех научных сотрудников, которые переходят по мирам. Но на Дороновича ничего не нашли. Хотя «разрешение» у него было. Теперь надо поискать в нашем отделе. Может быть на него когда-нибудь заводили уголовное дело, хотя вряд ли, он тогда бы не получил разрешение на переход. Но мы обязаны учесть все.

Через час мы с Бэрсом уже были в районе 5-ти мостов. Небо будто бы злилось вместе со мной и детективом, хлестая землю жесткими водяными струями. Когда мы подошли к месту, где обнаружили труп, я подумала, там стоит полупрозрачная палатка. А потом вспомнив, что в Логии нет пластика, поняла, что это магический купол, с которого сливаются дождевые потоки. Возле сваи моста было обведено место, где раньше лежало тело убитого. Но среди мокрой травы и речной гальки невозможно было что-либо обнаружить. Скорее всего, бедолагу убили не здесь, а сюда просто выкинули, возможно даже с моста.

— К нам в отдел прислали мираж выяснить, как долго дознаватель Дориан Варк пробудет в Хардироне, — рассказывал Бэрс, пока мы осматривали все вокруг, — Оказалось, что следователя вызвали к нам в столицу по особому приглашению, посланному по почте. Что уже весьма необычно. Документ был подписан высшей инстанцией — судьей, поэтому не вызвал никаких сомнений.

— А кем конкретно? — переспросила я.

Бэрс, подняв какую-то бумажку, оглядел