Только мой… - Ольга Ивановна Маслюкова

— Ты тоже хорошая, и я тебя очень люблю. А сейчас поспи немного.

Татьяна легла в постель, он укрыл ее легким пледом и вышел из спальни.

Вильгельм мучился, никак не мог привести мысли в порядок. Полина, как призрак, витала в них, и он вновь и вновь думал о ней. «Что происходит со мной? Это чувство вины или нечто другое? — задавал он себе вопросы. — Я хотел бы, от всего сердца хотел бы, чтобы то происшествие не случилось. Теперь причиняю страдания и себе, и той, чье чувство ко мне оказалось таким пылким». Мысли о предательстве сверлили мозг, он хотел видеть Полину, прикасаться к ней, смотреть в ее искренние глаза. «Неужели есть чувства сильнее тех, что я испытываю к Татьяне?» — думал он. У Вильгельма стала невыносимо болеть голова, и все же он ни минуты не мог не думать о своем проступке, не казнить себя. Он любил жену всем сердцем, и от этого становилось еще больнее. Поначалу мужчина относился к Полине как к ребенку своей любимой, но она заставила его посмотреть на нее другими глазами, увидеть красивую, страстную и влюбленную женщину.

Глава 30

Прошло два месяца. Майское солнышко радовало теплыми лучами, за окнами шумела молодая листва, в палисадниках и на клумбах распускались цветы. Вильгельм делал все возможное, чтобы Татьяна как можно быстрее восстановилась после потери ребенка и физически, и морально. Он заметил, что жена изменилась, часто старалась уединиться в какой-нибудь из комнат. Он не раз заставал ее в задумчивости с книгой, ей стало нравиться одиночество, отрешенность от мира. Жена отказывала ему в близости, ссылаясь на недомогание. Только надежда на скорую встречу с дочерью вдохновляла ее. Полина перестала общаться с матерью. И это больше всего на свете тревожило Татьяну. Все новости о дочери она узнавала от мужа, который, стараясь улучшить ее подавленное настроение, обещал расспрашивать о Полине Владимира всякий раз, когда звонил в московский офис компании. Татьяна не догадывалась, что это была ложь: Вильгельм часто разговаривал с Полиной и все новости узнавал от нее. Неоднократно он просил Полину позвонить матери, но та упорно хранила молчание. С ним разговаривала ласково, рассказывала, чем занимается, уверяла, что безумно скучает и любит. Мужчина не мог признаться Татьяне, что общается с Полиной. Ее поведение он теперь оправдывал, понимая, что дочь не может начать разговор с матерью, так как чувствует свою вину перед ней.

В одно воскресное майское утро Татьяна стала собираться в Москву.

— Вильгельм, — решительно сказала она, — мне нужно срочно увидеть дочь. Я больше не могу ждать, быть в неизвестности. С Полиной что-то происходит.

— Но я сейчас не могу поехать с тобой, давай подождем немного. У меня есть незавершенные дела.

— Нет, откладывать нельзя. Она сама не звонит и трубку не берет. Я просто схожу с ума.

— Хорошо, давай я возьму тебе билет, и ты вылетишь раньше.

— Да, конечно, зачем мне ждать тебя, — обрадовалась Татьяна. — Ты приедешь позже, а у меня будет больше времени побыть с дочерью.

— Тогда я сегодня закажу билет.

Вильгельма это решение вполне устраивало. Ведь к его приезду Татьяна уже поговорит с дочерью, и ему будет легче, не придется присутствовать при беседах матери и дочери, смущать их обеих. Тем более Полина обещала, что мать никогда не узнает об их предательстве.

Татьяна осталась довольна итогом разговора и стала собирать вещи.

— Вильгельм, я хочу купить подарки Полине. Сегодня нужно поехать в магазин, посмотрим что-нибудь из летних вещей.

— Сейчас и поедем, — сразу согласился он, чтобы порадовать жену.

Они побывали в нескольких магазинах. Татьяна выбирала подарки и заметила, что в этот раз Вильгельм не проявлял активности.

— Почему ты не помогаешь мне?

— Я плохо знаю вкусы Полины, боюсь ошибиться, — холодно ответил он.

— Но раньше ты покупал сам…

— Татьяна, наверное, я старею, молодым девушкам нравятся вещи, о которых я понятия не имею…

— Почему ты так решил? — допытывалась Татьяна.

— Знаю по опыту своих друзей. Один мой приятель купил дочке куртку, а она заявила: «Папа, ты что, такие уже давно не носят!». Вот так.

Вильгельм выдумывал всякие истории, чтобы Татьяна ничего не заподозрила о его отношениях с Полиной. Он, конечно, хотел купить Полине обновки, зная, что она будет безумно рада, но умышленно демонстрировал безразличие. Татьяна все выбрала сама, и они вернулись домой.

— В последнее время мне кажется, что ты что-то знаешь о Полине, но мне не рассказываешь… — эти слова Татьяны застали Вильгельма врасплох.

— Танечка, у нее все хорошо, повода для волнений нет. У нее все есть, она ни в чем не нуждается. Я в прошлый раз оставил ей много денег. Мне кажется, твои волнения напрасны.

— Так почему же она не звонит мне, не отвечает на мои звонки? — вскрикнула Татьяна, не сдержавшись.

— Успокойся, послезавтра ты ее увидишь. У тебя сдают нервы, дорогая.

— Прости, я действительно нервничаю, — сказала Татьяна спокойнее и продолжила собирать вещи.

— Я впервые вижу тебя такой.

— Прости, прости меня, больше это не повторится.

Татьяна опустилась в кресло и какое-то время сидела молча, только смотрела на купленные подарки. Вильгельм вышел на террасу. Вскоре она поднялась и пошла к Марте, которая хлопотала на кухне.

На следующий день Вильгельм привез билет и проводил Татьяну в аэропорт. В последние минуты после регистрации она повернулась к мужу и сказала:

— Позвони ей, может, Полина тебе ответит. Сообщи, что я еду.

Вместе с другими пассажирами Татьяна скрылась за дверью. Вильгельм еще несколько минут смотрел вслед и мучительно представлял, как мать встретится с дочерью.

* * *

За неделю до приезда Татьяны Полина почувствовала себя плохо и обратилась к врачу. Терапевт выписала кучу направлений на анализы и сказала в первую очередь сходить к гинекологу. Доктор осмотрела ее и с улыбкой сказала:

— Хочу вас обрадовать, Полина. Во всех ваших недомоганиях виновата беременность. Скоро вы станете мамой.

— Как беременна?

— А как женщины беременеют? — рассмеялась доктор.

— Срок — два месяца.

— Господи, хорошо это или плохо?… — вырвалось у Полины.

— Конечно, хорошо. Вам нужно стать на учет.

— Да-да, конечно, я это сделаю. Только мне нужно прийти в себя.

— Понимаю, такое известие неожиданно для многих женщин. Кто-то долго ждет, и вот наконец первая беременность. Кто-то не ждет, а она появилась…

— Нет, я жду. Конечно, жду, я очень жду… Вы даже не представляете, как я рада, — с волнением говорила Поля.

— Вот и хорошо. Я выписала направления, вы должны аккуратно все