Семья по контракту - Майя Стронская

— Ничего, спи, — сказала я.

Лавина сошла, но нас не задело. Перекрыта дорога, это пустяки. Я посмотрела на свои дрожащие руки. Нет, до курорта мне не доехать. Я не смогу надеть кофту с такой дрожью. Это не страшно, главное мы живы. Я вздохнула, осознавая, что оставаться на трассе нельзя. Может сойти еще одна лавина.

Я решила переночевать в деревне, поеду поищу отели, если что переночуем в машине. Я развернула автомобиль и поехала по навигатору. Указателя не было видно, в такую пургу видимость была на расстоянии вытянутой руки. Поэтому я напрягла все свое зрение, чтобы не пропустить поворот. Навигатор не подвел, он вывел на дорогу, ведущую в деревню и перестал работать.

— Ушел на пенсию, — иронично подумала я. Все мои попытки его расшевелить не привели к успеху. Я перезагрузила телефон, но это бесполезно. Здесь не было интернета и не ловила связь. Ко всему этому метель усилилась настолько, что практически ничего не видно. Я решила позвонить Дмитрию.

Но и здесь меня ждало разочарование — связи не было. Я набирала несколько раз его номер. Все бесполезно. Мне пришлось ехать дальше.

— Мама, — тихо произнесла Алиска.

— Что? — спросила я, пытаясь сосредоточиться на дороге.

— Может мы вернемся к дяде Диме? — сказала Алиса. Я взглянула на свою малышку, она вся тряслась от страха.

— Мы позвоним ему, и он нас найдет, а пока переночуем в деревне. Там должен быть отель.

Я надеюсь это ее успокоит, в отличие от меня. Я вела машину в плотный снег. И без конца себя ругала, что не осталась у Дмитрия. Мне не надо было ничего доказывать, просто переночевать. Ехать в буран, правда, глупая затея. Как за деньги стать, чьей-то женой. Я могла себя долго ругать, но машина попала в клею и нас закрутило. Алиска заорала. Я закрыла глаза. Мы вылетели с дороги, а дальше сильный удар.

49 Глава

Дмитрий

Благотворительный ужин был назначен в банкетном зале при отеле. Организаторы пытались создать атмосферу общего успокоения и расслабленности. Но метель, что стучала в окна и качала крышу, портила им вечер. Ажиотажа не получилось, мало кто решился покинуть свои теплые жилища. Но гости прибывали, весьма возбужденные. Им не помогала даже скрипка, на которой молодая блондинка в черном платье прекрасно играла. Ведущая носилась по сцене, и напоминала учительницу, что пыталась успокоить класс.

Я явился туда чуть позже и заказал чашку кофе. Пока мне его несли, мое внимание было сосредоточенно на окне. Точнее, что за ним — плотная стена снега. Я, сделав несколько глотков, спросил себя:

— Как я мог отпустить Катю? Я должен срочно все бросить и ехать за ней. Старик меня поймет. Скажу, что жена решила отправиться в город.

Я уже готов был встать, как услышал разговор за соседним столиком. Молодая пара обсуждали новости:

— Лавина сошла, я тебе говорю, что трасса перекрыта, и мы не вернемся до дня рождения моей мамы, — сказала женщина писклявым голосом.

— Не переживай, дорогу откопают за ночь и с утра мы поедем.

— У тебя всегда все легко. Потому что ты безответственный, — сказала девушка явно с упреком.

Я не собирался его защищать и лезть в их жизнь. Но слова — ЛАВИНА перевернула во мне все. Что значит сошла? Я влез в свой телефон. Новостные заголовки пестрили, — такого бурана не было двадцать лет, оборвались линии передач, спасатели едут, не переживайте.

— Слово не переживайте — для меня красная тряпка, я почувствовал как затряслись колени и хотелось закричать:

— Катя!

Я сразу набрал ее номер и стал ожидать гудков. Связи не было. Я попросил девушку, что сильно возмущалась.

— Моя жена уехала в город, вы мне не могли дать телефон, чтобы ей позвонить, — попросил я.

— Вы ее отпустили, — начала на меня наезжать худенькая брюнетка с серыми глазами.

— Вы мне телефон дадите, — сказал грубо я.

Ее это отрезвило. В моих руках появился новенький смартфон, который также отказывался нас соединять. Связи нет.

Я заметался, прикидывая, что делать. Надо было срочно взять автомобиль из каршеринга и ехать за ней. Я снова достал свой телефон, но приложение мне четко сказало — машин нет. В буран они не работают. Такси отказало, один мужчина прямо ответил:

— Ты вообще видел, что на улице творится.

Что мне делать? Идти пешком и аукать? Катя могла добраться до города. Надо до нее дозвониться.

Я отпил кофе, старика не было. Возможно, старый маразматик забыл, что у него встреча. Я не удивился. Мне хотелось попросить официантку принести что-то покрепче. Но я ее остановил. Катя в горах, мне надо придумать, как сесть за руль.

Старик не потерялся и не забыл про меня. Он появился в черном смокинге и в больших очках. Старикашка напоминал Бэтмена из старых фильмов. Его подчиненного не было.

— Вы напряжены, Дмитрий Петрович, — сказал он, усаживаясь рядом со мной.

— Вы без вашего помощника? — спросил его я.

Старик рассмеялся. Он положил салфетку себе на колени и позвал официантку, сделав заказ.

— Дмитрий Петрович, давайте сегодня будем честны. От моего помощника толку нет, он ужасно глуп. Зато он молодой в отличие от меня.

Я взглянул на этого забавного старичка, что сидел в очках в черной оправе. Он отпил кофе и поставил чашку в центр стола.

— Катя не ваша жена, правильно, — сказал он.

Этот вопрос меня отрезвил. Что? Я хотел спросить его: «Вы точно в своем уме». Я сделал удивленное лицо, взглянув на Старика.

— С чего вы решили? — Переспросил я.

— Вы ненавидите женщин и детей. Вас так представили мне. Это не сложно проверить пару звонков и у меня на вас досье. Вы не женаты и у Вас нет детей.

Старик наклонился, взглянув в мои глаза. Я на него смотрел самым глупым выражением лица, что можно состряпать.

— Когда Вы пришли ко мне на встречу, я уже знал о Вас все. Какое было мое удивление, что Вы с женой и ребенком. Вы меня конечно сильно рассмешили. Вы порадовали старика. Я признаюсь, что даже хотел Вам продать всю продукцию.

Но меня в этой сделке не радовал только один человек — Виктор. Он был тут явно лишним. Я знаю, что он работает на Ваших конкурентов, продолжал Старикашка, — и сливает им всю информацию про Вас.

— Виктор, — повторил я, будто оглох. Этот олух, что чуть не изнасиловал Катю, работает на моих конкурентов? Новость вела меня в ступор. Мне в это не верилось. Захотелось рассмеяться и