Акцентор - Вероника Десмонд

Святое дерьмо, но записок было слишком много.

Последняя была с надписью: «Я соскучился, любовь моя. Как насчет вечера, где ты споешь мне, а потом я встану на колени и буду поклоняться твоей маленькой мокрой киске, вылизывая ее дочиста?»

Он дьявол, хищник и безумный социопат с низким порогом терпения.

Ему постоянно необходимо находиться со мной рядом, дотрагиваться до меня, кусать, целовать, вырывать из меня крики, когда он трахает меня пальцами или языком. Несколько раз в моем рту побывало оружие, а потом он сменил его на свой член и вбивался в меня так долго, что я несколько дней не могла нормально разговаривать, соврав всем, что подхватила простуду.

Чем громче становятся мои крики или чем увереннее я пою, пока он играет на рояле в заброшенной оранжерее, тем одержимее он становится.

Монстру нравится, когда я умоляю, когда обнажаю все свои темные стороны, когда я убегаю, потому что охота заводит его больше всего. Обычно после преследования ему недостаточно одной разрядки, он может трахать меня всеми доступными способами, кроме лишения меня девственности, потому что я не даю согласие перейти черту.

Монстр терпеливо ждет, когда я занимаюсь учебой, пока он пропадает в своем ноутбуке. Альтруистическая часть меня была рада узнать, что по крайней мере его основный вид деятельности – это трейдинг, а не что-то вроде убийств на заказ. Он готовит мне вегетарианскую еду, сочиняет для меня мелодии, много разговаривает, заботится о моих растениях и инструментах. И, как оказалось, он даже забрал кота из приюта, который теперь тоже живет в замке с приведениями.

И в то же время он никогда не снимает маску.

Никогда не говорит о своем прошлом. Никогда не показывает своего лица. И никогда не позволяет залезть к нему в голову.

Я не понимаю, как описать нашу связь.

Это что-то, чему нет объяснения.

… Блядь, почему ты такая особенная?

… Громче, Элеонор. Пожалуйста, будь громче… Ты хочешь, чтобы я закончил?

… Да, ангел. Я собираюсь трахнуть тебя, как животное.

Я закрываю глаза, мечтая, чтобы его голос исчез. Я даже не знаю, почему я не могу прекратить это.

Потому что ты…

Нет.

Даже близко нет.

– Эмма, поосторожнее с текилой, – Кэт хмурится, вырывая меня из мучительного ада.

– Пфф, это еще не мой предел, – Эмма вскакивает со своего места и широко улыбается, протягивая нам руки. – Пойдемте, девочки. Мы должны показать всем, кто здесь самая горячая тройка Кингстона.

– Я не пойду танцевать, – говорит Катерина.

Я делаю паузу, прежде чем ответить:

– Я тоже пас.

– Да ладно вам, это будет весело.

– Наше представление о веселье – разное, Эмма.

– Иисус, не будьте такими скучными, – она делает два шага назад, плавно покачивая бедрами и медленно танцуя.

– Подождите. Вы серьезно? – голос Кэт превращается в испуганный, она проводит рукой по своим светлым волосам и глубоко вздыхает. – Я не буду танцевать на гребаной сцене под надзором чужих пьяных взглядов.

– О, прекрати, – отмахивается Эмма, стараясь перекричать биты. – Не таких уж и чужих. Вы знаете всех присутствующих.

Кэт хочет поспорить, но Эми добавляет сокрушительное:

– Это мой день рождения. Сделайте мне приятно. Пожалуйста.

Клянусь, эти большие зеленые глаза… могут расположить кого угодно.

Я качаю головой и смеюсь:

– Эмма Кларк.

Она невинно моргает.

– Что?

– Ничего, идите сюда, – я улыбаюсь, обнимая подруг, а затем сжимаю руку Кэт и говорю ей на ухо: – Я знаю, ты в ужасе, но давай повеселимся. А еще сегодня ты такая красивая, Кэтти.

Ее щеки розовеют, и она смущенно бормочет:

– Ты самый милый манипулятор, Элеонор.

…Меня заводят маленькие манипуляторы, ангел.

Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как моя кожа нагревается.

Господи, мне просто необходимо успокоиться. Сейчас же.

Эмма ловит официанта, а затем забирает с подноса три текилы и протягивает нам:

– С вас тост.

– За тебя, наша прекрасная проблемная задница, – я поднимаю шот в воздух, но Эми качает своей рыжей головой.

– Черт, мне нравится такое описание. Но ты забыла упомянуть, что я главная сучка Соединенного Королевства.

– Уверена, в аду для твоего самомнения есть трон, Эмма, – смеется Кэт.

Эми усмехается:

– Именно! На чем мы остановились? Точно, давайте выпьем за нас. Элеонор прославится, как жутко красивая и сексуальная певица с голосом ангела, – она переводит внимание на Кэт. – Кэтти станет талантливым и скандальным художником. О, и я открою для нее арт-галерею. Это даже не обсуждается. Ну, а я… Политика, мода, искусство… Есть так много вещей, которые меня привлекают, – Эмма делает паузу, а затем широко улыбается: – Думаю, я ограничусь покорением всего гребаного мира.

– Отличный план, – кивает Кэт.

– За нас!

Я подношу текилу ко рту и выпиваю весь шот. Жжение в горле заставляет меня поморщиться. Это несвойственное мне поведение, но с недавних пор я начала чувствовать жалкое подобие доверия к миру, и к тому же среди нас есть ответственная Катерина, которая точно позаботится о нас, если мы с Эммой выпьем слишком много.

– Так мы потанцуем? – спрашивает Эмма.

Кэт тяжело вздыхает:

– Да.

Эми визжит.

– Дайте мне минуту, я должна выбрать лучшую песню.

Улыбнувшись, я киваю, а затем говорю Катерине, что ненадолго отлучусь, и прихожу в туалет, чтобы привести себя в порядок. Подкрасив губы блеском и расчесав вьющиеся темные волосы, я смотрю в зеркало на незнакомую девушку.

Моя физическая форма улучшилась, глаза будто потемнели, а кожа напрочь пропиталась его запахом.

Я медленно скольжу пальцами по шее – там, где он оставил последнюю отметку, которую мне пришлось скрывать около двадцати минут, чтобы окружающие не подумали, что на меня напало животное. Остальные следы его поцелуев и укусов скрываются на внутренней стороне бедра, которое он пометил, когда изводил меня две ночи назад.

Это… отвратительно. Ужасно. И я не в состоянии удержаться от того, чтобы не изучать их в отражении.

Ты сошла с ума, Смит. Окончательно.

У меня перехватывает дыхание, когда на моем телефоне мигает новое уведомление:

Социопат: Я соскучился, ангел. Как насчет того, чтобы все бросить и приехать в наш готический замок? Я полил цветы по твоей рекомендации, покормил пушистое создание Сатаны и подготовил для тебя сюрприз. Разве я не заслуживаю подарок?

Я перечитываю сообщение и дотрагиваюсь до переносицы. Я бы проигнорировала, но этот человек слишком непредсказуем.

Элеонор: Я говорила тебе около сотни раз, что этот вечер я проведу с