Укради мое сердце - Лора Павлов

— Родная. Я никуда не уйду. Я здесь. Я этого хочу. Хочу тебя. Я просто жду, когда ты дашь знак, что хочешь этого тоже, — сказал я.

Она смахнула слезы, оглянулась на стеклянные стены, потом снова посмотрела на меня. Я думал, она скажет, что обсудим это позже, но вместо этого она встала, обошла стол, села ко мне на колени и обхватила моё лицо ладонями.

— Я тоже этого хочу.

Я потянул ее за затылок и поцеловал, и снаружи тут же раздались свист и аплодисменты, но нам было плевать. Она отстранилась, посмотрела на меня и улыбнулась, а я подушечками больших пальцев стер с ее щек слезы.

— Мне не нравится, когда ты плачешь, принцесса. Так что давай без этого.

— Всегда такой командир, — хмыкнула она. — Значит, все по-настоящему. Мы правда теперь вместе.

— Да. Пора уже было тебе присоединиться. Мы пойдем вместе на осеннюю вечеринку завтра вечером, и я рад, что мне больше не придется держаться от тебя на расстоянии. Я позвоню твоему отцу, скажу ему все, пока он не узнал от кого-то в офисе. Так будет правильно.

Она вздохнула, потянулась к моему телефону и передала его мне:

— Я, знаешь ли, не обязана согласовывать личную жизнь с отцом. Это между вами. Я просто посижу тихо.

Я кивнул, набрал номер Чарльза и включил громкую связь.

— Истон, я получил твои заметки по последнему повороту с Бруно. Полная катастрофа, да? Как будем действовать?

— У меня есть план, обсудим позже. Сейчас звоню по другому поводу.

— Хорошо. Что случилось?

— Я здесь с Хенли, и мы хотели сообщить тебе, что какое-то время уже встречаемся и решили больше это не скрывать.

— Ты встречаешься с моей дочерью?

— Да. Я без ума от нее. И уже давно.

— Я думал, ты вообще не встречаешься, — голос у него стал жестким.

— Я тоже так думал. Но потом появилась она, и все изменилось. Я не принял это решение с бухты-барахты, Чарльз. Мы оба сомневались по множеству причин. Но я этого хочу. Мы этого хотим.

Он замолчал. Хенли тихонько провела пальцами по моей щетине, нахмурившись.

— Если все пойдет наперекосяк, я встану на ее сторону. Если ты ее обидишь, а она скажет, что не хочет тебя здесь видеть — ты уйдешь. Ты многое ставишь на кон, Истон. Я знаю, как много для тебя значит партнерство. И, возможно, именно отношения с моей дочерью станут причиной, по которой твое имя так и не окажется на фасаде здания.

— Я понимаю. И я готов рискнуть, — сказал я, потому что так и было.

Я влюбился в нее за последние месяцы. Просто не знал, как сказать об этом. Не знал, чувствует ли она то же самое.

Но я всегда полагался на интуицию. И она подсказывала мне, что Хенли Холлоуэй — моя финальная остановка.

— Ты действительно уверен? — спросил он, кашлянув. — Раз уж ты решил мне об этом сказать — все серьезно.

Я посмотрел прямо на нее. Ее глаза были темно-синими, словно сапфиры, сквозь которые пробивался солнечный свет из окна.

— Я не думал, что когда-либо позволю кому-то завладеть моим сердцем, потому что, честно говоря, не знал, что оно у меня еще есть. Но вот мы здесь. Теперь оно у нее. И если кто-то и может его разбить — то только она. И если я потеряю работу из-за этого — мне все равно. Потому что пережить потерю ее я не смогу. Работу я найду где угодно, мы оба это знаем. Но Хенли — одна. И ради нее я готов на все, Чарльз.

— Ладно. Спасибо, что сказал. Надеюсь, ты все не испортишь — ради себя и ради меня. Потому что мне придется тебя возненавидеть. А мне этого совсем не хочется.

Я усмехнулся:

— Я ничего не испорчу. Я знаю, когда передо мной настоящее.

— Надеюсь. Нет ничего лучше, чем видеть, как она рядом с тем, кто ее достоин, — сказал он, и Хенли нахмурилась от его слов, прежде чем он завершил звонок.

— Вау. Ты, похоже, действительно по уши в меня влюблен, да? — спросила она.

Я приложил палец к ее губам. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз говорил женщине, что люблю ее и уж точно я не собирался делать это в офисе посреди рабочего дня.

— Не говори ни слова. Мне нужно кое-куда тебя отвезти. Пошли.

— Мы уйдем пораньше? У нас еще куча дел.

Она выглядела озадаченной, но я уже подхватил ее с колен.

— Уйдем. Все подождет.

Я взял ее за руку и вывел из кабинета. Роузи сияла на своем месте, и я подмигнул ей. Хенли захватила сумочку, и пока мы шли к выходу, мимо раздавались поздравления. Я настоял, чтобы она села в мою машину — своя ей сегодня не пригодится.

— Куда мы едем? — спросила она, когда я свернул к ее дому.

— Это сюрприз. Переоденься во что-нибудь удобное и захвати теплую кофту. Мы поедем на реку. Я покажу тебе одно особенное место.

— Разве мы не собирались завтра утром на сплав перед вечеринкой?

— Да. Но это другое.

Я проводил ее в дом, подождал, пока она переоделась — надела джинсы, кроссовки и толстовку. Октябрь в Роузвуд-Ривер уже начинал охлаждаться. Мы поехали ко мне, и я быстро переоделся — в серые джоггеры и такую же толстовку.

На кухне я закинул пару вещей в сумку, а она наблюдала с любопытством. Потом я взял ее за руку и вывел на задний двор. Помог ей забраться в лодку и сам залез следом. Там спокойно помещались человек шесть, но я тут же усадил ее себе на колени, чтобы ее спина упиралась в мою грудь, и повел нас по реке к месту, которое открыл много лет назад.

Я пришвартовался в небольшой бухте с видом на водопад. Солнце как раз садилось, а деревья вокруг образовали над нами зеленый купол.

— Боже мой… Что это за место?

— Я нашел это место, когда был в довольно мрачном состоянии, — тихо произнес я. — Я приходил сюда, чтобы скрыться от всех. От всего. Просто очистить голову и побыть один.

Она немного повернулась в моих объятиях.

— Это здесь ты горевал?

— Наверное. Когда мне нужно было побыть наедине с собой. Я все время сплавлялся по реке, вел себя безрассудно. Семья, конечно, волновалась. Эмерсон умоляла меня хотя бы на время прекратить. Я пообещал, что не буду выходить