Нарушая правила - Анастасия Уайт

— Теперь я понимаю, почему Ксандер называет его обжорой.

— Он такой с щенячества. — Одри нежно смотрит на собаку, но ее взгляд становится пронзительным, когда она поворачивается ко мне. — Как давно ты знаешь моего брата?

— Три месяца, наверное. Помогала ему с ванной, и… ну, теперь мы друзья.

— Только друзья?

Меня охватывает тревога, но я подавляю ее.

— Только друзья.

Она прищуривается, изучая меня. Будто пытается разглядеть правду, но не знает, как я мастерски прячусь за улыбками.

— О чем это вы? — Появляется Ксандер в серых спортивных штанах и голубой футболке.

— Просто болтаем, — пожимает плечами Одри.

Я расслабляюсь, рада, что она не станет давить дальше.

— Белла пытается убедить меня, что вы просто друзья.

Челюсть отвисает, дыхание перехватывает. Она хуже брата, когда хочет что-то выяснить.

Ксандер хохочет, садясь рядом со мной.

— Белла — моя подруга, и ничего больше.

— Ага, — сухо говорит Одри. — А я — папа римский.

— Боже, иногда забываю, какая ты упрямая. — Ксандер качает головой, все еще смеясь. — Белла, расскажи моей сестре про своего… кхм… парня. Может, тогда она поверит.

— Парня? — Одри хмурится, переглядываясь с братом. — У тебя есть парень, но ты живешь у Алекса?

— Я взяла паузу в отношениях, чтобы решить, что делать, — бормочу я. — Джейк Миллер — мой парень. Ты его знаешь? Однокомандник Ксандера.

Выражение лица Одри меняется от растерянности к угрожающей гримасе.

— Джейк Миллер, — сквозь зубы шипит она.

Ксандер и Одри переглядываются, но ни один не произносит ни слова. Будто ведут целый разговор без слов. Мне неловко, я ерзаю на стуле.

— Скажем так… мне не нравится твой парень, — наконец выдавливает она.

— Ничего страшного, — пожимаю я плечами. — Моей кузине он тоже не нравится. Я привыкла.

Кухня погружается в молчание, и мне хочется вскочить и убежать.

Лай Майло заставляет всех вздрогнуть.

— Черт, Майло. Держи. — Одри протягивает ему еще кусочек ветчины.

— И это все для него? — подкалывает Ксандер, указывая на три тарелки с тостами.

— Конечно нет. Это для нас. — Она ставит еду перед нами, затем берет свою. Устроившись напротив, она невинно улыбается брату. — Может, сделаешь кофе?

— Так и знал, что ты этого захочешь.

Пока он возится у стойки, я неловко улыбаюсь Одри, не зная, что сказать.

— Почему не предупредила, что приедешь? — спрашивает Ксандер.

— Хотела сюрприз. — Она пожимает плечами. — Плюс мой рейс был адски ранним. Не хотела звонить из аэропорта и будить тебя.

— Не могла сказать вчера?

Она сдувается.

— Алекс, я скучаю. Решила прилететь в последний момент. Зато смогу пойти на твою игру в воскресенье.

Ксандер поворачивается, его взгляд смягчается.

— Я тоже скучаю. Рад, что ты здесь. Просто не ожидал.

— Оу, разве он не прелесть? — шепчет Одри.

— Прелесть, — киваю я, не отрывая глаз от Ксандера.

Он открывает рот, но закрывает. Затем, подмигнув мне, возвращается к кофеварке.

Я ерзаю на стуле. Бабочки в животе мешают думать. А Одри смотрит на меня оценивающе.

— Так… — начинаю я, подыскивая тему. — Ты живешь во Флориде?

— Ага, мы с мужем переехали в Майами три года назад. — Она наклоняет голову. — А ты давно с Миллером?

Хотя говорить о Джейке — последнее, чего я хочу, я объясняю, что мы встречались в школе, а потом сошлись прошлой зимой.

— Он называл тебя «той самой, что ускользнула», — бросает Ксандер, не оборачиваясь.

Одри кивает.

— Он тогда с тобой порвал?

— Нет. Я решила, что лучше расстаться, поскольку он уезжал в колледж, а я еще училась в школе.

На губах Одри расцветает торжествующая улыбка.

— Уверена, он так тебя назвал только потому, что ты задела его эго. Он же великий Джейк Миллер, а ты посмела его бросить. Теперь ты мне нравишься больше, Белла.

Я натянуто улыбаюсь, но не уверена, как к этому относиться.

Ксандер ставит на стол две чашки с кофе, затем берет свою. Садится рядом со мной, и его тепло успокаивает меня.

— Приятно было познакомиться, — говорю я, когда мы останавливаемся в прихожей.

— Взаимно. — Она подходит ближе и целует меня в щеку. — Знаю, ты в разрыве с Миллером, но есть шанс уговорить тебя пойти со мной на игру в воскресенье?

— Одри, — голос Ксандера тихий, но это явное предупреждение.

Я смотрю на его сестру.

— Я уже обещала лучшей подруге пойти с ней, но было бы здорово, если бы ты присоединилась.

Ксандер молча придвигается ближе. Его плечо касается моего, и по коже бегут мурашки.

— Отлично! — Одри сияет. — Дашь номер?

Они с Ксандером договариваются о встрече с родителями сегодня вечером. Затем она обнимает брата и выходит, напевая под нос.

Как только Ксандер закрывает дверь, он поворачивается ко мне. Я сцепляю руки и переминаюсь с ноги на ногу, внезапно нервничая.

Он приближается, нависая надо мной.

— Что это насчет игры? Я думал, ты не готова его видеть.

— Я решила, как хочу сказать ему, что все кончено. — Я глотаю ком в горле и поднимаю подбородок, глядя ему в глаза. — Порву с ним после матча. Мэг будет со мной.

Обнимая меня за талию, он притягивает к себе.

— Ты уверена?

Я уверена… но мне страшно.

— Да.

Он касается губами уголка моего рта, затем шепчет в ухо:

— Знаю, Майло нужно гулять… и тебе работать…

Я дрожу, хотя от предвкушения кожа горит.

— Но, может, сначала примешь со мной душ? Два в одном.

Ощущение его уже возбужденного члена, прижатого к моей ноге, отправляет все рациональные мысли в мусорку.

Обвиваю его шею руками и шепчу:

— Почему бы и нет?

И, как всегда, мир вокруг исчезает. Ничего не имеет значения, кроме этого мужчины и его рук на мне.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

КСАНДЕР

Октябрь

После ужина с семьёй я нахожу Беллу в гостиной — она смотрит очередное аниме, на этот раз «Принцессу Мононокэ». Быстро переодеваюсь в серые спортивные штаны и пристраиваюсь рядом с ней на диване. Когда фильм заканчивается и она уже собирается включить следующий, Белла пытается встать, но я крепко её удерживаю.

— Куда это ты собралась?

Она хватает меня за руку и дёргает, но я не отпускаю.

— Я хочу пить, — говорит она. — Ты не дашь мне даже воды попить?

— Не-а.

Ухмыляясь, я подскакиваю, поднимаю её и она обвивает ногами мою талию. Мгновенно по всему телу пробегают мурашки. На ней только моя футболка и трусики, и прикосновение её голой кожи заставляет меня дрожать.

Я