Красота внутри - Даша Семенкова

«Интересно, о чем они могли так увлеченно беседовать, — удивилась Вероника. — Они ведь знакомы всего ничего».

На вопрос принца, все ли в порядке, Афелиса меланхолично ответила, что у нее немного разболелась голова, но к ужину пройдет, просто нужно полчасика отдохнуть.

— Должно быть, перегрелась на солнце. Вы позволите мне недолго побыть одной?

Вероника предложила проводить ее в удобное место, где никто не побеспокоит, и увела в дом. В ярком электрическом свете стало заметно, что Афелиса и впрямь выглядит бледной.

— Если хочешь, я устрою тебя в одной из спален, — предложила Вероника.

— Мне не настолько плохо, посижу в тишине и вернусь. А ты иди к гостям, не оставляй их надолго.

— С ними остался Альберт, все равно хозяин из него лучше, чем из меня, — возразила Вероника, когда они пришли в дальнюю комнату с маленьким камином и уютными диванчиками. — Так что побуду лучше с тобой, ты ведь не против?

Афелиса не возражала. Они устроились на диване, и Вероника послала служанку за чем-нибудь тонизирующим.

— Зря ты так говоришь, ты прекрасно справилась, — сказала гостья. — Всем все нравится, для первого приема вообще великолепно.

— Мне почему-то кажется, что даже если бы я подала обед в конюшне, никто бы не выразил недовольства, — усмехнулась Вероника. — Не понимаю, зачем мы так тщательно обдумывали каждую мелочь.

— Для того и обдумывали, чтобы прием прошел гладко и ничего не испортило впечатления. Конечно, никто и вида не подаст, что что-то не так, но...

— Факта, что что-то не так, это не отменяет, да? — закончила за нее Вероника, и Афелиса с улыбкой кивнула в ответ. — Спасибо тебе, сама бы я ни за что не справилась. Столько нюансов, просто голова кругом! И вообще спасибо, что меня не бросаешь. Я счастлива иметь такую подругу, как ты.

Голубые глазищи Афелисы сузились в длинные щелки, отчего взгляд показался мудрым и загадочным, как у египетского сфинкса. Несколько мгновений она рассматривала Веронику, потом вздохнула и забралась на диванчик с ногами, устроив голову у нее на плече.

— Ты действительно считаешь меня подругой? — тихо спросила она. — Знаешь, у меня ведь никогда близких подруг не было. Ты счастливая, у тебя сестренка есть, а у меня — никого.

— В жизни не поверю! Да в пансионе за тобой все девчонки хвостом ходили. И вообще — у тебя должно быть множество друзей!

— Приятельниц полно, и поклонников тоже, но... — она запнулась. — Мне кажется, все вокруг считают меня высокомерной.

— Это потому что ты красивая. А еще иногда просто стесняешься, чувствуешь себя скованно. Со стороны выглядит, будто смотришь свысока, но на самом деле совсем наоборот.

— Откуда ты знаешь? — изумилась Афелиса.

— Мне тоже такое... — начала было Вероника, но прикусила язык. Вряд ли с Доминикой случалось что-то подобное, хотя вот уж кому в самом деле высокомерия было не занимать. — Да так, люблю наблюдать за другими. Я ведь часто наблюдала за вами со стороны. Наверное.

Собеседница недоверчиво нахмурилась и спросила, не начала ли к ней возвращаться память. Разговор свернул в неприятное русло, и Вероника, заверив, что так ничего и не помнит, только домысливает, поспешила перевести его на что-нибудь более нейтральное.

— А о чем вы спорили с Альбертом, когда мы встретились? — спросила она. — Надеюсь, он тебя ничем не обидел, ты ведь всегда такая сдержанная.

— Так, ни о чем, — произнесла Афелиса. Пожалуй, слишком поспешно. — И мы вовсе не спорили, все в порядке.

Рассмеявшись, Вероника в шутку предположила, будто муж с подругой что-то от нее скрывают. Это задело Афелису, и, отводя глаза, та призналась, что говорили о самой Веронике.

— Мы вовсе не сплетничали, просто он пошутил неудачно. А еще мне показалось, что он немного на тебя обижен. — Афелиса пристально на нее посмотрела. — Знаю, это меня не касается, но ты должна уделять мужу больше внимания. Рядом с вами возникает чувство, будто вы друг другу совсем чужие. Даже если ты его не любишь, так нельзя.

— Потому что чужие и есть. Наверное, плохо стараемся изображать на публике влюбленную пару, я подумаю над этим, спасибо, что предупредила. Но внимание мое ему и даром не нужно, не бери в голову. Нас обоих все вполне устраивает.

— Зря ты так, оно ему нужно. Всем нужно, чтобы их любили и понимали, а ведь вы семья. Обещай, что будешь добрее с мужем, он ведь тебя ничем не обидел.

Раздосадованная этой непрошенной заботой, Вероника пообещала, чтобы закрыть тему. Ей было совершенно непонятно, с чего вдруг Афелиса взялась сочувствовать Альберту, которого и знала-то едва.

«Вообще-то она должна быть на моей стороне, как минимум, из женской солидарности, — подумала она недовольно. — Неужели Альберт ей жаловался? На него непохоже. Узнаю — выскажу все, что о нем думаю!»

Глава 19

Перед отъездом Хьюго Гаррет заперся в кабинете с Вероникой и управляющим, чтобы выслушать краткий отчет о делах и помочь начинающей помещице советом. Как ни странно, он велел присутствовать не Альберту, которого это касалось напрямую, а Диего.

Впрочем, Альберт не возражал, Диего не удивлялся, лишь родителей Доминики заинтриговало такое поведение. Но, как и свойственно аристократам, свое любопытство они почти ничем не выдали и уж тем более не стали ни о чем спрашивать. Лезть в семейные дела считалось неприличным.

— Что ж, пока все идет даже лучше, чем я рассчитывал, — дослушав, сказал он, с довольным видом откинулся на спинку кресла и закурил сигару. — Вы двое отлично сработались, если честно, не ожидал.

— Отчего же? — вежливо поинтересовался Ли Барри.

Его лицо, как обычно, прятало эмоции не хуже лица профессионального игрока в покер. Вероника же еле справлялась с собой: то ей хотелось спорить, то оправдываться, а когда Гаррет-старший их похвалил, она почувствовала себя так, словно сдала очень сложный экзамен.

— Как же, голубчик: вы не привыкли принимать женщин всерьез, а вы, моя милая, к тому, что люди низкого происхождения смеют вам перечить, — жестом он велел обоим молчать, не пожелав слушать возражений. — Но давайте поговорим об этом в другой раз, нужно закончить текущие дела. Только сперва я бы хотел услышать мнение Диего, если хозяева не против.

Вероника не возражала, тем более, ей-то мнение этого господина довелось узнать еще накануне, когда они остались в усадьбе вместе с Родриго Агиларом. Тогда она втайне порадовалась, что в свое время Доминике удалось избежать брака с ним — этот человек видел в поместье лишь источник дохода и не стал бы никого слушать и ничего беречь.

— Я