В сетях обольщения - Сари Робинс

Камера для аристократов, куда поместили в тюрьме Тесс, оказалась маленькой и скудно обставленной: у стены стояла узкая кровать, рядом с ней – столик, на котором стояли фарфоровый кувшин и тазик для умывания, чуть поодаль располагались тумбочка, несколько стульев и печка.

В помещении было пыльно и душно, однако в целом более-менее сносно, и Тесс, ожидавшая худших условий содержания, вздохнула с облегчением. Начальник тюрьмы Джон Ньюман взимал с заключенных арендную плату за подобные апартаменты. Тесс ее комната обошлась в тридцать гиней за неделю. Но она не роптала, предпочитая заплатить, а не мучиться в переполненной общей камере.

Курьер доставил ей деньги из банка вскоре после того, как ее ввели в кабинет Ньюмана. Получив их, она воспрянула духом и бодрым голосом поблагодарила начальника тюрьмы за «теплый» прием.

– К сожалению, тюрьма сейчас переполнена, – почесав подбородок, сказал он. – Эта комната – лучшая из всех, оставшихся в резерве. Если желаете, можете арендовать комнатку подешевле для своей служанки. Вам также придется оплатить ее питание.

Прибывшая вместе с Тесс в тюрьму служанка Анна от испуга вытаращила глаза. В ее контракте о возможном пребывании в тюрьме ничего не говорилось. Однако она была готова страдать вместе со своей госпожой, поборов страх.

– Она здесь не останется, – сказала Тесс.

– Нет, останусь! – заявила девушка, расправив плечи.

– Будет лучше, если ты станешь навещать меня здесь днем, – вздохнув, промолвила Тесс. – А ночевать дома. Уверяю тебя, со мной все будет хорошо.

Но Анна была с ней не согласна.

– Если моя мама узнает, что я бросила вас в трудное время, мадам, – испуганно сказала она, – то мне не поздоровится.

– Скажешь ей, что я сама отпустила тебя домой на ночь, – промолвила Тесс, тронутая такой преданностью.

Анна помогла ей разобрать вещи и прибралась в комнатке. Вскоре прибыл Хит, раскрасневшийся и растрепанный. Тесс была ему чрезвычайно рада. Она даже пустила слезу, расчувствовавшись. Ее силы были на исходе, но она крепилась, преисполненная решимости с честью преодолеть все напасти, свалившиеся на нее.

Более всего она опасалась, что Хит ее бросит, испугавшись скандала. Его смелый поступок вселил в нее надежду и бодрость. На следующее утро ей предстояло трудное испытание. Но теперь она уже не сомневалась, что выдержит его с достоинством.

Сопровождавший Тесс начальник тюрьмы поздоровался с Хитом за руку и спросил, не ведет ли он следствие по делу леди Голдинг. Хит ответил, что он здесь как частное лицо.

– Не уверен, что чиновнику государственного юридического ведомства позволено оказывать поддержку уголовной преступнице, – помрачнев, пробурчал Джон Ньюман.

– Я намерен только обеспечить соблюдение закона во время следствия, – строго ответил Хит.

– Это совсем другое дело, – понимающе кивнул начальник тюрьмы.

Неожиданно в комнату вошел запыхавшийся Биллс.

– Я чуть было не заблудился в этом проклятом лабиринте! – в сердцах воскликнул он.

– А что ты здесь делаешь? – спросил у него Хит.

– Я получил письмо, подписанное леди Голдинг, и вот я здесь, чтобы оказать ей посильное содействие. Признайся, это ты отправил мне письмо?

– Нет, я ничего тебе не отправлял!

Приятели с удивлением уставились на Тесс.

Она сцепила пальцы рук, лежащих у нее на коленях, и, побледнев, промолвила:

– Благодарю вас, Биллс, за то, что вы пришли.

Начальник тюрьмы отвесил ей поклон и произнес:

– Не буду вам мешать, леди Голдинг. Если ваша служанка пойдет со мной, я покажу ей, где взять некоторые необходимые вам здесь бытовые предметы. Не опасайтесь за ее безопасность, в моем учреждении ей ничто не угрожает.

– Благодарю вас, сэр, – сказала Тесс. – Вы очень любезны.

Когда Анна ушла вместе с Ньюманом, Тесс впервые улыбнулась и склонила голову на плечо Хита. С ним ей было хорошо и спокойно, каждое его прикосновение к ней наполняло ее сердце уверенностью в благополучном исходе своих мытарств. Она мысленно молилась и за то, чтобы этот надежный мужчина оставался с ней как можно дольше, а лучше всего – вечно…

Хит выпустил ее из своих объятий, встал и сказал:

– Нам необходимо многое обсудить.

Тесс молча кивнула, понимая, что он прав. Биллс всплеснул руками и спросил:

– Может быть, мне лучше оставить вас одних?

– Нет, Биллс, нам потребуется ваша помощь, – сказала Тесс. – Присаживайтесь к столу, джентльмены!

Поборов желание обнять Хита, она первой села за стол. Биллс сел напротив и сказал:

– Как я уже однажды говорил, я не веду уголовные процессы.

– Я помню, вы говорили мне это в тюрьме на Маркс-Кросс-стрит, – сказала Тесс. – Однако вы могли бы дать мне дельный совет. И если бы вы заключили со мной соглашение об адвокатской помощи, нам легче было бы встречаться здесь.