Пик Ангела - Кэт Мартин

– У него отлично получается, правда? – обратился к ней Джош, стоящий рядом на разложенных у стены матах.

Он страховал Нэда. Отем тоже могла это делать, но более тяжелый Джош подходил на эту роль лучше. К тому же они уже начали работать, когда пришла Отем.

– У него поразительные способности.

Отем восхищалась грацией движений Нэда, который уже добрался до самого верха. Его красная майка прилипла к широкой, блестящей от пота спине. Он остановился, чтобы перевести дух, и принялся осторожно спускаться.

– Отлично получилось, – сказала Отем, когда Нэд оказался внизу. – А теперь возьми вон тот моток веревки, повесь на плечо и повтори подъем.

Нэд только улыбнулся. Моток весил около двенадцати килограммов. Общий вес веревки и снаряжения для скалолазания бывал и вдвое больше. Миниатюрная Отем всегда выбирала все самое легкое. И оно почему-то оказывалось самым дорогим.

Она смотрела, как Нэд поднимается снова. Его серебряные серьги поблескивали. Загорелые мускулистые ноги словно танцевали по стене. Пальцы впивались в искусственные трещины на имитирующей гранит поверхности. Крупное, поджарое тело Нэда неуклонно двигалось вверх, прилипая к стене, как муха к оконному стеклу, и Отем подумала о Бене, который тоже был невероятно хорош для неопытного скалолаза.

– В эти выходные мы с Нэдом идем в горы, – нарушил Джош ход ее мыслей. Он широко расставил и напряг ноги, чтобы быть готовым, если Нэд сорвется. – С нами идет Куртни. Хочешь присоединиться?

– Я слышала, ты встречаешься с Куртни. – Отем изогнула бровь. – Мне она нравится. Отличная девушка, Джош.

Он улыбнулся неожиданно застенчивой улыбкой:

– Да, Курт классная. И крутой скалолаз.

Тем временем Нэд добрался до верха и стал спускаться, неторопливо рассчитывая каждый шаг. Он был полон решимости научиться. Никаких коротких путей. Отем его понимала; она и сама такая.

– Так что, поедешь с нами? – повторил Джош свой вопрос.

– Джош, я бы очень хотела, честное слово, но сейчас немного занята.

– Угу… Знаешь, я не думал, что он мне понравится… Я имею в виду Бена. Но он мне нравится.

Отем чувствовала то же самое.

– Мне он тоже нравится, – призналась она, пытаясь выбросить из головы красочные воспоминания о прошлой ночи.

– Но все-таки это Бен Маккензи, – продолжал Джош. – Когда он занимается в спортзале, к нему под разными предлогами постоянно липнут женщины. Он очень любвеобильный, Отем. А ты не такая. Я боюсь, что ты будешь страдать.

У Отем свело живот. Она редко бывала в спортзале одновременно с Беном, но до сих пор помнила, с каким интересом поглядывала Терри, как называла его жеребцом.

– Я знаю, что ты прав. Просто…

– Да, я понимаю. Иногда нас просто тянет к неподходящим людям.

Он говорил о Терри. Джош встречался с Куртни Роланд, однако по-прежнему хотел Терри. Или, по крайней мере, ему казалось, что хочет.

Отем подумала о Бене. Она не поднималась в его офис с того дня, как ее оттуда выгнали, и не была уверена, пустят ли ее туда сейчас. А если и пустят, она на самом деле не хотела видеть Бена. Слова Джоша помогли окончательно сформулировать ее давние мысли. Когда дело касается Бена Маккензи, она должна держать себя в руках. И все-таки она не готова от него отказаться. Пока не готова.

Как сказала Терри, она заслуживает небольшого развлечения. Почему бы не с Беном? Отем проигнорировала свой внутренний голос, который обозвал ее круглой дурой, и вернулась к работе с Нэдом на скалодроме.

Когда Бен разобрался с текущими делами, уже сгустилась темнота. Дженн и остальные сотрудники разошлись по домам как минимум пару часов назад. За два дня отсутствия у него накопилось много работы, и он до сих пор не все закончил. Сегодня Бен собирался остаться у Отем, поэтому перед работой зашел домой переодеться и взять с собой сменную одежду. Было уже поздно, и он не хотел заставлять Отем ждать.

Отем. Бен улыбнулся. Она – лучшее, что случилось с ним за последние годы. И худшее. Отчаяние и боль, вернувшиеся из-за ее снов, делали каждый прожитый день тяжелее вчерашнего. Она дала ему надежду, что Молли жива, что его маленькая девочка где-то ждет, когда ее найдут. Но что, если нет? Что, если все это напрасно? Что, если она жива, но они не смогут ее отыскать? Он вновь лишится ее навсегда – так же, как в тот день, когда она исчезла. Мысль о том, что Молли может страдать, изводила его.

Он глубоко вздохнул и представил себе лицо Отем. Когда ему становилось особенно плохо, Бен вспоминал ее нежную улыбку и красивые глаза с чуть приподнятыми уголками. Он понимал, что влюбляется. Это действительно худшее, что могло бы случиться, но он ничего не мог с этим сделать. Господи, он даже представить себе не мог, к чему способны привести эти ее сны. Молли может быть давно мертва, как и считают в полиции, и тогда все это – просто череда безумных совпадений.

Но Бен больше так не думал. Теперь он верил, что его дочурка жива, и отчаянно хотел ее найти. Молли – вот, кто его больше всего волнует. В его жизни сейчас нет места для другой женщины. И все-таки оно находилось. И только она, Отем, могла помочь ему найти дочь.

Шагая по темной улице к дому Отем, Бен вздохнул. Пятница, вечер, Сиэтл оживает. Из какого-то паба доносились звуки джазовой музыки. Группа смеющихся девушек в очень коротких юбках толпилась у залитого неоновым светом входа. Переходя улицу, Бен заметил яркие огни парома, отплывающего от берега.

Раньше в такой пятничный вечер он был бы на вечеринке или в ресторане с какой-нибудь женщиной. Затем он привез бы ее в свой пентхаус и, скорее всего, занялся бы с ней сексом. А потом отвез домой. Бен не любил просыпаться утром рядом с женщиной. Ему нечего было ей сказать помимо того, что уже было сказано ночью. И он всегда торопился на работу.

По крайней мере, так он думал до знакомства с Отем. За последние несколько недель Бен понял, насколько скучает по простым домашним вечерам. И по радостному чувству, которое испытывает мужчина, просыпаясь утром с любимой женщиной, спящей в его объятиях. Когда-то он был таким. Ему нравилось быть женатым, нравилось быть мужем и отцом. Все изменилось, когда пропала Молли.

Может быть, мысли о дочери разбередили его память. Или это сделала Отем. Как бы там ни было, он испытывал страх и восторг одновременно. Если бы у него только было время разобраться в своих чувствах, понять, может ли у них с Отем получиться что-то серьезное. Но времени не было. До тех пор пока они не найдут Молли.

Если они ее найдут, мрачно поправился Бен, нажимая кнопку домофона в вестибюле здания, где жила Отем.

Отем сидела за столом в гостиной, когда тренькнул дверной звонок. Бен уже звонил ей, предупреждая, что придет поздно. Он всегда так поступал.

– Привет, детка, – сказал он, когда Отем открыла дверь.