Бедный Бобик - Наталия Терентьева

Наташа понимающе кивнула, засмеявшись:

– Пригодятся-пригодятся… Носы ими вытирать будете. Или кукол заворачивать… Погоди, я тебе там вещей детских набрала!

– Нат, давай в следующий раз! – Алена встала, подошла к другому концу большого стола попрощаться с детьми. – Пойду, пока не стемнело! Я сегодня мало гуляла. – Она погладила Машу по голове, Петю по спине, но дети, поглощенные вполне взрослыми переживаниями героев мультфильма, не обратили на нее никакого внимания.

– Слушай, какая тема… Про сов и жаворонков… Надо же… Я это не видела, – удивилась Алена. – Директору школы нашей надо посмотреть, а то он удивляется, что в десять утра никто в субботу работать не хочет, и дети на занятиях засыпают со скрипками. И петь утром очень сложно. Голос спит.

– Да не говори! Универсальный мультфильм. Вся философия жизни. Я часто сама включаю перед сном, когда сил уже ни на что нет. И как-то, знаешь, гармонизирует внутри. Ну что, не останешься?

– Нет, – покачала головой Алена. – Спасибо.

– Ну смотри, Алька, поступай как тебе лучше. Приходи в любое время, пошлю за тобой Егора. Страшно будет – звони и ночью, заберем тебя. Я тебя понимаю. Я, когда беременная, тоже гнездо всегда вью. Не могу нигде, кроме дома, ночевать. – Наташа чмокнула подругу в щеку. – Ты сильная, помни это. В конце концов, без Турчанца можно прожить. С ним, конечно, лучше…

Алена вышла на ярко освещенную площадку и замерла, услышав на лестнице за лифтом чьи-то шаги.

– Подожди…

– Что? – Наташка тоже остановилась.

– Кто-то там стоит, – прошептала Алена.

– Так… Погоди-ка… – Наташка метнулась в квартиру и тут же выскочила обратно, держа в руках маленький пистолет. – Это ерунда, конечно, но умеючи…

– Газовый?

– Лучше! Перцовый, со жгучим красным перцем! Главное, чтобы Петька не засек, он как раз мечтает о таком… – Наташка решительно двинулась на лестницу.

Алена перехватила подругу:

– Нат, не надо, ты что!

– Ладно, прямо… – отмахнулась та, но все же остановилась и, набрав полную грудь воздуха, прокричала: – Эй, кто там есть, а ну вылезай, паспорт показывай! Наряд уже едет! – Она повернулась к Алене: – Что мы, зря консьержу платим, видала, какой мордатый дядя внизу сидит? Чтобы подыхать от страха в собственном подъезде?

Они прислушались. С лестницы больше не доносилось ни единого звука.

– Ладно, – вздохнула Наташка, – сейчас я тебя научу, как нажимать в лифте кнопку, чтобы никто на другом этаже не остановил. – Она еще раз вернулась в квартиру за ключами, крикнула детям: – Эй, друзья, не поубивайте друг друга, я на минутку – Алену вниз провожу!

В лифте Наташка взглянула на притихшую подругу. Обе засмеялись, понимая, что одинаково трусят. На первом этаже Наташка протянула Алене пистолетик в аккуратной кожаной кобуре.

– Бери-бери, я сразу же закажу новый, домой приносят. Отличная вещь, от собак бездомных, от приятных неожиданностей в лифте…

Алена с сомнением посмотрела на пистолет:

– А разрешение не требуется?

– Нет, в том-то и дело. И выпускает его, кстати, оборонный завод.

– А ты пользовалась им уже?

– Да как-то было… – смущенно кивнула Наташка. – Егор Матвеич… гм… выпил на свой день рождения лишнего и стал ревновать меня к мальчику, с которым я на первом курсе целовалась, я сдуру ему рассказала… Полез драться, я и… Повезло, что я долго целилась, – он успел отвернуться, в глаза мало попало…

Пока Наташка говорила, открылся второй лифт и из него вышел молодой человек, взглянул на них и, накинув капюшон от ветровки, быстро прошел мимо.

– Юноша! – закричала ему Наташка. – Если вам на улицу, то это направо! А там – черный вход, он закрыт!

Тот, не оглядываясь, развернулся и так же стремительно вышел на улицу.

– Ну-ка, подожди-ка… – Наташка подошла к стойке консьержа.

Молодой накачанный парень вежливо поздоровался:

– Здрасьте, Наталья Олеговна.

– Здрасьте-здрасьте, Сережа! А кто это сейчас вышел, не знаете? В какую квартиру ходил?

– Парень-то? – Охранник глянул в тетрадь, потом на Наташку. – Так к вам он ходил. Компьютер чинить. Вы сами звонили мне, чтобы я пропустил…

Наташка с Аленой переглянулись.

– Ясно… Хорошо, Сережа. Спасибо. Поняла, ерунда какая с этой охраной? Слушай, ну а кому это надо – следить за тобой?

Алена покачала головой:

– Не знаю. Странно. Может, ошибка?

– Вот от таких ошибок и носи пистолет этот в кармане. В себя только смотри не пальни.

– Нат… Ну что я, совсем?…

– Алька, слушай, а вдруг это всё жена его, а? Узнала и следит за тобой? Не может быть?

– Не думаю.

– Почему не думаешь?

– По всему она сильная женщина. Не будет такими глупостями заниматься.

– Не скажи… – покачала головой Наташка. – В любви сильные-слабые – это, знаешь, категория относительная… И императрицы за своих фаворитов травили соперниц, ты ж знаешь… А тут… Может, просто хочет узнать – кто ты, что ты…

– Зачем? Смысл какой?

– Не знаю, Аленка. Смысла в ревности нет. С одной стороны. С другой – соперника надо знать в лицо, это аксиома. Или просто ей не спится спокойно и не жуется. Особенно если она в курсе, что ты беременная. А если уж Эмиль пронюхал…

– Эмилю Денис сказал, я думаю. Они близки, как братья.

– Как «баратья»! – засмеялась Наташка. – Знаю я эту восточную мужскую дружбу, когда один барат за другого все решает. Тот, который посильнее… Ой, что ж ты, Алька, выбрала такого… И жена у него сильнее, и друг – всем, видать, заправляет!

– Я не по такому принципу выбирала…

– А по какому? По принципу крепости ягодиц?

– Наташка…

– Да ладно, я понимаю. Мужчина должен быть симпатичным. Но не хлюпиком же… Как только ты его любишь… Любишь, кстати?

Алена лишь вздохнула.

– Вот. А за что? За мордашку. Если слово «ягодицы» тебя коробит. За что еще такого любить?

– Не знаю, Нат… Страшно в эту сторону думать.

– А думать надо! – уверенно ответила Наташка. – Вот посмотри на меня. Как решу с Егором разводиться, как устроит очередной бэнц – сразу беременею. Вот у меня как мыслительный процесс работает! Тесно связан с выработкой женских гормонов счастья!

Алена засмеялась.

– Надо было мне у тебя правда остаться, поговорили бы…

– Да нет, видишь, самое главное на бегу говорится… Пистолет спрячь, но поближе, чтобы в случае чего… Ага?

– Ага, – вздохнула Алена. – Спасибо, Наташка. Ты моя самая лучшая подруга.