Соперница королевы - Виктория Холт

Я приехала в Кенилворт, где и произошла церемония бракосочетания.

— И тем не менее, — заявил Роберт, — мы должны держать это в тайне. Мне нужно выбрать правильный момент, чтобы объявить эту новость королеве.

Я понимала, что он прав, и согласилась. Я была счастлива, ведь я добилась своей цели и стала графиней Лестер, женой Роберта.

* * *

Когда мы вернулись в Дарем-хаус, меня приехал навестить отец. Он всегда присматривал за своими детьми, а я давала ему больше поводов для беспокойства, чем все остальные мои братья и сестры. Когда я вышла за Уолтера, отец успокоился за меня, уверенный, что я угомонилась и стала образцовой женой.

После смерти Уолтера он стал навещать нас чаще. Без сомнения, до него доходили слухи о подозрительной смерти Уолтера.

Фрэнсис Ноллис был хорошим и набожным человеком, и я гордилась тем, что он мой отец, но с годами он становился все религиознее. Он заботился о моих детях, и его беспокоило их религиозное воспитание, поскольку ни один из них не интересовался религией. Но они находили религию скучной, а я, признаться, была согласна с ними.

На этот раз он приехал неожиданно, и было невозможно скрыть, что я беременна. Это его явно встревожило. Он обнял меня, а потом испытующе посмотрел мне в глаза.

— Да, папа, я беременна.

— Но ведь Уолтер… — в ужасе выдохнул он.

— Я не любила Уолтера, папа. Мы так редко бывали вместе. У нас почти не было общих интересов.

— Жена не должна так говорить о муже.

— Я буду откровенна с тобой, отец. Уолтер был хорошим мужем, но он умер, а я еще слишком молода, чтобы оставаться на всю жизнь вдовой. Я нашла человека, которого очень люблю…

— И ты беременна от него!

— Он мой законный муж, хотя брак заключен тайно.

— Тайно? Что это значит? И ты уже беременна! — он смотрел на меня с ужасом. — Я слышал имя, которое упоминается вместе с твоим, и был в шоке. Граф Лестер…

— Мой законный муж, — перебила я.

— О Господи, — ахнул отец и начал громко молиться, потому что никогда не позволял себе брань. — Неужели это правда?

— Это правда, папа, — терпеливо подтвердила я. — Мы с Робертом поженились. Что в этом плохого? Ты был так рад выдать меня за Уолтера Девере, а ведь Роберт Дадли занимает положение, которого Уолтер никогда бы не достиг.

— Он гораздо амбициознее.

— И что в этом плохого?

— Перестань выкручиваться, — строго заявил отец. — Я хочу знать, что все это значит.

— Я уже не ребенок, папа, — напомнила я ему.

— Ты моя дочь! И я хочу знать даже самое худшее.

— Нет ничего худшего, папа. Есть только лучшее. Мы с Робертом любим друг друга, поэтому поженились, и у нас скоро будет ребенок.

— И тем не менее ты прячешься и скрываешь свой брак. Леттис, ты совсем утратила рассудок! Его первая жена умерла при подозрительных обстоятельствах, а сам он всегда надеялся жениться на королеве. Я также слышал очень неприятные слухи о нем и леди Шеффилд.

— Это лживые слухи.

— Говорят, что она сначала была его любовницей, а потом стала женой.

— Она никогда не была его женой! Эти слухи появились потому, что у нее есть ребенок от Роберта.

— И ты находишь это приемлемым?

— Что касается Роберта, я очень многое нахожу приемлемым.

— Ты сейчас точно в таком положении, как и леди Шеффилд в свое время.

— Ничего подобного. Мы с Робертом женаты.

— Она тоже так думала. Дочь моя, ты наивна, как малое дитя. Его брак с леди Шеффилд был фальшивым, и когда у Дадли возникла необходимость, он попросту отказался от нее. Сейчас у тебя такое же положение, разве ты не видишь?

— Неправда! — крикнула я, но голос у меня дрожал. Церемония и в самом деле была тайной. К тому же он, видимо, действительно обманул леди Шеффилд, поскольку она не умеет лгать.

— Я поговорю с Лестером, — твердо сказал отец. — Хочу выяснить, что все это значит, и добьюсь того, чтобы ваше бракосочетание состоялось на моих глазах и в присутствии свидетелей. Если уж ты решила стать женой Роберта Дадли, то должна быть уверена, что он не бросит тебя, когда решит заняться другой женщиной.

Отец уехал, и я не знала, чего мне теперь следует ожидать.

* * *

Мне не пришлось пребывать в неведении долго.

Отец вскоре снова приехал в Дарем-хаус. С ним были брат Роберта, граф Уорвик и его близкий друг граф Пемброк.

— Немедленно готовься к отъезду, — сказал мне отец. — Мы едем в Уонстед, где состоится ваше с Лестером бракосочетание.

— И Роберт согласился на вторую церемонию? — удивленно спросила я.

— Он ждет нас с нетерпением. Он заверил меня, что всей душой предан тебе и больше всего на свете желает так узаконить ваш союз, чтобы потом никто не посмел в нем усомниться.

Я была уже на последних месяцах, но обрадовалась такой поездке.

Когда мы приехали в Уонстед, Роберт уже ждал нас. С ним был один из его ближайших друзей, лорд Норт.

Роберт обнял меня и сказал, что по настоянию моего отца он готов еще раз провести церемонию, чтобы всем доказать свою любовь ко мне и твердое решение стать моим мужем.

На следующее утро приехали мой брат Ричард и один из священников Роберта, некий мистер Тиндол, которому предстояло провести эту церемонию. На галерее особняка Уонстед отец отдал меня в жены графу Лестеру. Нас с Робертом объявили мужем и женой в присутствии таких свидетелей, что уже никто и никогда не смог бы усомниться в законности нашего брака.

— Моя дочь скоро родит ребенка, поэтому о вашем браке должно быть объявлено, чтобы сохранить ее доброе имя, — сказал отец Роберту.

— Несомненно, — согласился Роберт. — Предоставьте это мне.

Но моего отца не так просто было убедить.

— Должно быть официальное объявление о вашем браке и о том, что Леттис стала графиней Лестер.

— Мой дорогой сэр Фрэнсис, — ответил мой муж, — вы представляете себе гнев королевы, если она узнает, что я женился без ее согласия?

— Так почему же вы не получили его?

— Потому что она никогда его не даст. Мне нужно время, чтобы объявить ей это… в подходящий момент. Если она объявит о помолвке с французским принцем, то я с чистой совестью скажу ей, что женился.

— Отец, — воскликнула я, — пойми же, что мы все можем угодить в Тауэр. Представь, каково будет твое положение, если она узнает, что ты принял участие в этой церемонии. Ты же знаешь темперамент Елизаветы.

— Отлично знаю, — подтвердил отец.

Граф Уорвик, брат Роберта, горячо поддержал его и сказал, что нам следует проявить осторожность и предоставить Роберту самому уладить этот вопрос, поскольку никто не знает королеву лучше него.