Любовь и прочие неприятности - Киран Крамер

Бун не понимал, почему в нем пробудились к ней такие сильные чувства, и все это ему совсем не нравилось.

Может, все дело в том, что его расслабили всеобщая любовь и популярность в Кетл-Нобе? Да, в его распоряжении прекрасный дом, и он может получить любую женщину в Северной Каролине, он превосходно справляется со своими обязанностями мэра и тренера, но Сисси-то до этого нет никакого дела.

Очевидно, Бун просто размяк: с футболистами такое происходит постоянно. Стоит только успокоиться, проявить самодовольство и тщеславие, радуясь предыдущим победам, как на каждом шагу начинают преследовать неудачи и поражения.

Когда Бун вышел из автомобиля, уже смеркалось, но между двумя плоскими вершинами гор на горизонте все еще виднелся оранжево-розовый закат. Лицо Энн Сильвер освещали фары грузовика, на котором приехала группа телевизионщиков, и Бун знал, что, если пригласит ее на свидание, она согласится. Они бы поужинали вместе в Ашвилле и прекрасно провели время в легком, ни к чему не обязывающем флирте, а потом, вероятно, Энн даже намекнула бы, что не прочь провести с ним ночь в одном из городских отелей. По крайней мере, она бы наверняка поцеловала его на прощание и поинтересовалась, когда он приедет в Нью-Йорк. Бун сказал бы, что намерен посетить ежегодный праздник в музее современного искусства, и пригласил бы и ее.

Ничего плохого в таком развитии событий Бун не видел, но из-за своей предсказуемости этот сценарий казался ему ужасным. Неужели он настолько измотан? Замкнут? Или уже стар? Что плохого в том, чтобы ехать по дороге, где известен и безопасен каждый поворот?

Провокационный плакат друзей Сисси трепетал на ветру.

– Итак, – улыбаясь проговорила Энн, когда Бун подошел к ней, – день подходит к концу. Вы с Сисси хорошо поработали: дали отличное интервью, – и Кетл-Ноб – прекрасный город, так что у нас получится превосходный материал.

Бун стоял в нескольких шагах от нее, засунув руки в задние карманы джинсов.

– Тогда зачем «Лог кэбин»?

– Вы не хотите послушать хорошую музыку?

– Энн, давайте начистоту: есть какая-то особая причина для нашей встречи именно здесь или вы просто хотите добавить этот фрагмент в программу для пикантности?

Энн улыбнулась.

– Я уже говорила, что мы хотим подготовить интересное развлекательное телешоу о двух молодых людях, которые живут под одной крышей и борются за пост мэра в своем маленьком городишке.

– Тогда почему вы не снимаете, как мы пьем по утрам кофе и завтракаем? Почему не возьмете интервью у Наны?

Репортер удивленно вскинула красивые светлые брови.

– Мы решили, что снимать в пределах частной собственности некорректно: вполне достаточно просто показать дом снаружи, а история про дерево, которое упало на крышу, нам и так хорошо известна.

– И кто же вас обо всем проинформировал?

– Да кое-кто из местных… к примеру, мэр Джанель Монтгомери.

Бун ощутил приступ тошноты.

– Еще хозяйка городского кафе Старла – очень эмоциональная дама. – Энн улыбнулась. – Да и так, просто прохожие…

– Понятно.

– Вам это, судя по всему, не нравится?

– Да нет, я просто задумался о бизнесе, который планирую запустить в своем городе. – Бун поймал взгляды парней, входящих в бар. – Это обеспечит множество рабочих мест. Вы записывайте все, что пожелаете, пока гостите здесь, а я буду просто заниматься своим делом. Обожаю работать, когда никто не мешает: все получается куда быстрее и эффективнее.

– Ого!

Теперь вместо осторожности – если это можно так назвать; вероятно, она просто думала, что мужчин из маленьких городов просто не следует воспринимать серьезно – Бун увидел в глазах Энн симпатию.

– Вы не бросаете слов на ветер, мистер мэр. Или все-таки бросаете?

– На все случаи жизни у меня есть свои маски. – Бун помолчал и продолжил: – Для меня это не крысиные бега, Энн. Здесь все свои. Это мой город.

И он ушел. Пусть считает его неотесанным мужланом.

– Мэр Бреддок! – резко окликнула его Энн.

Возле полуоткрытой двери, из-за которой лился тусклый свет, Бун остановился и лениво обернулся в полной уверенности, что она идет за ним.

– Да?

– Не забудьте навестить гримера. – Опять само очарование, амбициозная и, без сомнения, привыкшая получать желаемое. – Он уже в баре.

– Разумеется.

Он достал мобильник, сфотографировал Энн, потом подкинул телефон вверх, наблюдая, как тот вертится в воздухе, поймал на лету, как ковбои подхватывают свои револьверы, и убрал в карман.

Пусть себе ломает голову, зачем ему ее фотография.

– Увидимся внутри.

Он резко растворил дверь во всю ширь и вошел в «Лог кэбин».

Свободные места быстро заканчивались. Бун подошел к гримеру наскоро подправить лицо, купил выпивку, а заодно и себе. Потом он какое-то время посидел у бара с парнями, которых чуть раньше видел у входа. Почти каждый из них был в футбольной команде, когда Бун только занял должность тренера.

– Эй, тренер! – приветствовали они его. – Давай мы купим тебе еще пива!

И Бун выпил с ними пива, потому что мисс Сисси Роджерс, не утруждаясь даже посмотреть на него, сидела за столом в другой части зала и беседовала с Лори, Салли и другими – вполне, впрочем, безобидными, если не считать одного мужчину примерно ее ровесника, который, кажется, пытался с ней флиртовать.

– Еще пива? – услышал Бун чье-то предложение и ответил:

– Почему бы и нет.

Подошла Энн и поинтересовалась у парней, хотят ли они снова видеть на посту мэра Буна, и все, как один, сказали «да!», а кое-кто добавил, что Бун не только отличный лидер, но и замечательный тренер.

– А как насчет переезда библиотеки? Вас этот вопрос волнует? – продолжила Энн расспросы.

– Нет.

– А почему меня это должно волновать?

– Мне нравится наша библиотека, но на новом месте ей будет лучше!

– И ближе к Кэмпбеллу, где живут такие красивые девушки!

Все рассмеялись.

– А что вы думаете об оппоненте Буна? – осведомилась Энн.

– Кто-то баллотируется против него?

– У него нет шансов.

– Не «у него», а «у нее», придурок! Сисси Роджерс, библиотекарь.

– Да что она понимает в управлении городом?

– Это ты зря. Она умна и образованна, – возразил Бун.

Парни – пусть все они уже взрослые мужчины, но мысленно Бун по-прежнему называл их именно так – замолчали, а Энн поднесла микрофон к нему.

– Вы хотите что-то сказать о своем оппоненте?

– Только то, что не следует ее недооценивать.