С тобой навсегда - Лиза Клейпас

– Но как мы сможем потом объяснить это? – спрашивала Мира у Розали, оставшись наедине.

И Розали тут же принимала недовольный вид:

– Не беспокойся, Мирей, я позаботилась об этом.

– Но как? И почему ты выглядишь виноватой, когда я упоминаю его имя?

– Виноватой?.. Не знаю, я не сделала ничего плохого, но некоторые жертвы были принесены ради спасения твоей репутации, – Жертвы? – переспросила Мира так настороженно, что легкая краска залила щеки Розали. – Какие действия ты предприняла? Это не повредило репутации Саквиля?

– Ну, не волнуйся. Я распространила кое-какую правдивую информацию о нем, но исключительно ради твоего блага.

Мира смотрела на подругу с испугом.

– Говорить не правду о ком бы то ни было – не в твоем духе.

– Однако я это сделаю, – спокойно сказала Розали, – если это необходимо, чтобы защитить тех, кого я люблю.

– Но для лорда Саквиля так важно его доброе имя!

Если ему будет нанесен ущерб, я буду чувствовать себя в ответе…

– Он пользовался тобой, – твердо заявила Розали, и все следы раскаяния исчезли с ее лица. – Рэнд сказал мне, что Саквилъ хвастался тобой перед близкими друзьями… Не хочу огорчать тебя, но это была похвальба, недостойная джентльмена… Ты понимаешь, что я имею в виду. Он использовал тебя, чтобы поднять себя в глазах других, и, на мой взгляд, нет ничего предосудительного в том, если я немного подмочу его репутацию, чтобы помочь тебе.

– Каким образом ты собираешься подмочить его репутацию? – спросила Мира, но Розали не ответила.

Как она ни настаивала, Розали не сказала больше ни слова о Саквиле. «Подмачивание» репутации Саквиля было проделано необыкновенно тонко и умно. Никто не помнил, что именно она сказала о Саквиле, но никто не упоминал его имени, его самого редко видели в обществе и почти ничего не слышали о нем. Мира чувствовала свою вину; прямо или косвенно она была причиной его несчастья. И еще больше она переживала за Розали, которая ради нее пошла на сделку со своей совестью.

* * *

Пушистый снег мягким белым ковром покрывал окрестности Беркли-Холла. В камине приветливо горел огонь. Мира держала на коленях одну из присланных ей красивых книг в дорогом сафьяновом переплете и листала ее. В зале собрались члены шумного семейства Беркли: те, кто помоложе, болтали, а старшие отдыхали, расположившись перед камином. У окна сидела Розали, держа на коленях Кристиана, который пальчиком рисовал на морозном стекле.

– Может быть, мы узнаем, кто прислал книги, если внимательно посмотрим на названия и авторов, – предположила Вильямина Беркли, бросив в сторону Миры лукавый взгляд голубых глаз. – Может быть, в них заложен какой-то шифр?

– Не думаю, – ответила Мира, с неудовольствием почувствовав, что разговор снова обращается к тайне ее «поклонника». Эта тема беспокоила и раздражала ее, потому что она отлично знала, кто прислал романы. Они все принадлежали перу Джейн Остен, и она помнила, как однажды говорила с Алеком о ней. Но почему он прислал ей этот подарок и почему подписал его «От поклонника»? Он никогда раньше не выражал никакого поклонения ей. Несмотря на вопросы и неясности. Мира не могла не наслаждаться чтением этих книг, к тому же они были необыкновенно красивы.

– Ты совершенно уверена в том, что не могла встречать раньше молодого человека, который прислал книги? – настаивала Вильямина.

– Уверена, – твердо ответила Мира. Она почувствовала на себе чей-то взгляд, подняла голову и встретилась с глазами Розали. По ее беспокойному выражению было видно, что леди Беркли догадывается, кто мог прислать романы. До сих пор она не задала Мире ни одного вопроса о них.

– Леди Беркли, – почтительный голос служанки привлек ее внимание. Она подала Розали серебряный поднос с визитными карточками и записками. Зимой больше нечем заниматься, кроме как посещать вечеринки и обмениваться новостями с соседями, поэтому поднос с записками привлек всеобщее внимание.

– Хм… – произнесла Розали, задумчиво рассматривая бледно-голубую визитную карточку и улыбнувшись, когда в комнате воцарилась тишина. – Похоже, сегодня нам предстоит катание на санях. Лорд и леди Стамфорд приглашают нас на горячий пунш в свое поместье.

Шепот «Звучит заманчиво» и «Какая приятная новость» пронесся по залу, а Мира вопросительно посмотрела на Розали. Будучи принята семьей Беркли, она не участвовала в светских развлечениях, пока сплетни о ее связи с Саквилем не затихли окончательно. Розали поняла ее немой вопрос и слегка кивнула.

– Я думаю, это хорошая идея, – сказала она, и хотя говорила для всех. Мира понимала, что эти слова обращены к ней.

Она ощутила внутреннее волнение. "С какими людьми мне предстоит встретиться? Что они скажут – не спросят ли о Саквиле.

Знают ли они меня и мою репутацию его любовницы?"

Все разошлись по комнатам готовиться к отъезду. Мира перебирала платья, не зная, какое из них надеть. Красное шерстяное платье, отделанное собольим мехом, великолепно, но подходящий ли цвет? Нет, не стоит надевать платье такого кроваво-красного оттенка. Может быть, голубое? Нет, материал недостаточно плотный, ей не хотелось одеваться в шелк. Недовольная, Мира все же остановилась на красном и позвонила служанке, чтобы та помогла ей одеться.

Когда с туалетом было покончено, Мира просунула руки в соболью муфту и спустилась вниз, где уже собрались многие Беркли. Маленькими группками по четыре-пять человек они садились в готовые к прогулке сани. Мира замедлила шаг, почувствовав себя неловко под взглядами множества людей. Она забеспокоилась, что, может быть, это произошло из-за ее наряда. В отличие от других женщин она не надела темную ротонду и шляпку; вместо этого на ней была темная, подбитая мехом накидка с капюшоном, который мягко ниспадал на плечи, придавая романтический вид.

Она не могла знать, что всеобщее внимание было привлечено свежим румянцем ее щек, что алое платье оттеняло глубокий цвет ее темных глаз и что неожиданно вместо тихой замкнутой в себе девушки перед ними предстала ослепительная красавица.

– Прелестно! – сказала Вильямина Беркли, слегка побледнев от зависти. – Но тем не менее это не маскарад. Ваш капюшон и накидка милы, но неужели вы действительно думаете, что их стоит носить вместо более подходящих туалетов? Я обращала внимание на ваши наряды и раньше, много раз. Вы одеваетесь не так, как остальные…

– Я ценю ваше замечание, – спокойно перебила ее Мира, – но я совершенно довольна собой.

– Я уверена в этом, – решительно произнесла Вильямина. – Но если вы настаиваете на том, чтобы так отличаться от остальных в одежде, о вас будут думать как об особе, стремящейся привлечь к себе чрезмерное внимание. Поскольку это признак тщеславия и поскольку ваше присутствие будет нежелательно отражаться на нас, для вас было бы лучше не создавать нам неудобства, одеваясь в столь вызывающие наряды.

В холле воцарилось гробовое молчание. Вильямина не позволила бы себе критиковать подобным образом кого-либо из гостей, в особенности Миру, в присутствии Розали. Но поскольку Розали и ее муж еще были наверху, Мира оказалась в ситуации, когда ей пришлось защищаться самой.