Проблема с вечностью - Дженнифер Арментроут

Я знала, что все это происходит не наяву.

В самых дальних уголках моего разума билась мысль, что кошмар, который я наблюдаю и слышу, происходит не здесь и не сейчас. Я знала, но не могла выбраться из этого плена. Все началось с голосов. Громких. Резких. Взрывных. Детонирующих, как бомбы, заряженные страхом.

Зажав ладонями уши, я попятилась назад, вжимаясь в стену. Я хотела закрыть глаза, но не могла. Их как будто насильно распахнули, прищипывая веки крошечными булавками. Боль, раздирающая лицо, забылась.

Раскрасневшийся, с налитыми кровью глазами, мистер Генри волочил Райдера за руку по загаженному драному линолеуму. Райдер уже почти сравнялся в росте с мистером Генри, но тот весил намного больше, чем мальчик. Мистер Генри орал так громко, что я не могла разобрать ни слова, но Райдер не сопротивлялся. Он прикрывал нос одной рукой. Кровь сочилась между его пальцев. У меня внутри все оборвалось.

Мистер Генри распахнул заднюю дверь. Холодный воздух ворвался в дом, и крошечные снежинки усыпали желтоватый пол. Сломанная сетчатая дверь качнулась на ветру.

– С меня хватит, говнюк. Ты решил, что тебе плохо живется? Может, поймешь, как тебе повезло, когда побудешь пару часиков на морозе.

В тот же миг мистер Генри вышвырнул Райдера на заснеженное крыльцо. Я закричала, отрываясь от стены. Райдер не мог оставаться там. Он ведь в одной рубашке и джинсах. На улице слишком холодно.

Дверь захлопнулась. Я, как всегда, опоздала.

Мистер Генри повернулся ко мне, и мое сердце затрепетало от ужаса.

Снаружи в дверь барабанили кулаками, и я снова попятилась назад. Теперь уже ничто не стояло между мутным взглядом мистера Генри и мною.

– Убирайся с глаз моих долой, девчонка! – закричал он, брызгая слюной. – Или ты очень скоро об этом пожалеешь!

Повернувшись, я бросилась вон из кухни в подсобку. Я прижалась к стене, поднимая руку и ощупывая пальцами нос. Вспыхнула боль, но на ладони осталось не так много крови, когда я опустила руку.

Пожалуйста, проснись. Пожалуйста, проснись. Пожалуйста, проснись.

Сердце бешено колотилось, когда я вслушивалась в топот шагов мистера Генри, удаляющихся в сторону гостиной. Через секунду громкие звуки вырвались из телевизора. Похоже, он всерьез собирался оставить Райдера на улице. О боже, он ведь не продержится там в холод и снег. Я должна была что‑то сделать.

Подождав немного, я повернулась и скользнула вдоль стены. Я прокралась вверх по лестнице, ступая осторожно, чтобы меня не услышали, и вышла в коридор.

Не заходи в ту комнату. Не ходи туда.

Я толкнула дверь. Мерцал мягкий желтый свет. Мисс Бекки лежала на кровати. Окликнув ее, я подошла ближе и прикоснулась к ней. Ее кожа казалась какой‑то неживой, и меня пронзила догадка. В глубине души я уже знала, что случилось что‑то плохое. Крик застрял у меня в горле.

Не издавай ни звука.

Крики – послышались крики, и я больше не могла таиться, потому что это были мои крики. Я попятилась за дверь. Мистер Генри орал что‑то снизу, когда я спустилась по лестнице. Мне надо было добраться до Райдера и вместе с ним бежать отсюда. Мое сердце колотилось в предчувствии скорой беды, и я не хотела это видеть, но я уже все увидела.

Пожалуйста, проснись. Пожалуйста, проснись. Пожалуйста, проснись.

Я добежала до кухонной двери, но там уже стоял мистер Генри, надрываясь от крика и плевков. Я не смогла произнести ни слова. Он схватил меня за руку и потащил в гостиную. Огонь потрескивал в камине, когда он остановился возле своего кресла‑качалки. Не отпуская моей руки, он наклонился и пошарил за креслом.

Это всего лишь сон. Просто сон. Проснись.

Когда он выпрямился, я увидела Велвет, зажатую у него в кулаке. Я знала, что он прячет куклу у себя. Он забрал ее еще три месяца назад за то, что я неплотно закрутила крышку на бутылке молока. Не так, как он хотел. Я точно знала, где моя кукла, но знала и то, что мне лучше к ней не прикасаться.