Да будет воля моя - Дженнифер Бенкау

— Ты ведь даже не знаешь, что будет дальше.

— Нет, но я хочу это узнать. Так когда же я получу остальное?

— Скоро, — обещает он и прячет улыбку в уголках своих губ. — Я уйду и принесу тебе еще одну главу, но я не уверен, что могу оставить тебя здесь одну. Ты действительно выглядишь не очень хорошо.

— О, спасибо, я тронута.

Он смеется, чем изрядно ее удивляет. Он не выглядит ни на день старше, чем тогда. Может быть, более зрелым, в любом случае более взрослым, но не старше.

— Я просто ужасно устала, — объясняет она. — Просплю целую ночь и стану новым человеком, обещаю. Может быть, тогда мы сможем встретиться и что-нибудь предпринять?

Она надеется, что он поймет ее правильно и заметит, насколько ей не хочется просить его уходить сейчас.

Якоб кажется немного разочарованным, но кивает:

— О’кей, так и сделаем. Разреши мне воспользоваться твоим мобильным телефоном и послать твой номер на мой новый телефон.

— Конечно, мне ведь тоже нужен твой новый номер. — Она хочет подняться, чтобы взять свою сумку, но Якоб мягко прижимает ее к постели.

— Лежи, Дерия. Иначе ты снова упадешь и тогда на сегодня от меня уже не избавишься. Это угроза, а не обещание.

— Ну ладно. Телефон лежит в моей сумке в гардеробе.

Якоб уходит и быстро возвращается. Она раздумывает, нужно ли попросить его приготовить ей что-нибудь поесть или хотя бы остаться, пока она сама приготовит еду. Но какое-то трудно определимое чувство мешает ей. Он прощается, наклоняется над нею и целует ее в лоб. Затем Якоб берет свою куртку, и, пока она еще раздумывает, что бы сказать ему, чтобы он, может быть, что-нибудь сделал для нее, он уже уходит и Дерия снова остается одна.

У нее немного кружится голова, когда она с трудом поднимается с дивана. Да, она тут же начинает сердиться на себя за свою глупую гордость. Она могла бы попросить его приготовить ей чай. Вместе с тем она рада, что он вел себя ненавязчиво. Но от чая ей придется отказаться. Она не уверена, что ей удастся без приключений добраться до кухни: удар по голове все же был сильнее, чем она раньше думала. Дерия снова опускается на подушку. Если она какое-то время отдохнет и ей удастся хотя бы на полчаса закрыть глаза, после этого ей, конечно, будет лучше.

Когда в дверь кто-то стучит, она сначала думает, что не прошло и пяти минут. Однако взгляд на часы показывает ей, что уже десятый час. Она, должно быть, проспала больше двух часов. Кто это теперь может быть? Якоб? Нет, тот бы позвонил в домофон. Ее сердце начинает колотиться, она не может решиться, идти ли ей к двери или на всякий случай притвориться, что ее тут нет.

В конце концов она слышит, как кто-то снаружи приглушенно зовет ей по имени. Это Солнце. У Дерии камень падает с души. Она с трудом поднимается, ее коленки все еще дрожат, но ей уже лучше. Она убирает теплый и ставший мокрым пакетик с петрушкой с головы. Якоб был прав, отек значительно уменьшился.

— Дерия? — слышит она еще раз голос Солнца.

— Я иду, минуточку!

Она обнимает подругу прямо на пороге. Затем, кажется, Солнце замечает, что что-то не в порядке. Она засовывает что-то в свою сумку, которую раньше держала в руке, хватает Дерию за плечи, немного отодвигает от себя, чтобы лучше рассмотреть ее:

— Дорогая, что случилось? У тебя такой больной вид.

Дерия просит ее зайти, усаживает в кухне за стол. Солнце бросает на стол свою вышитую сумку и без приглашения начинает готовить чай. Дерия старается описать сегодняшний день как можно короче.

Солнце оставляет в покое чайник и пакетики с чаем, когда Дерия рассказывает об овечьем сердце в постели и крови в туалете.

— О боже, Дерия, я ведь не имела ни малейшего понятия. Так что все становится все хуже и хуже. Именно сегодня меня здесь не было, и мне так жаль.

— Да ничего, ты бы тоже ничего не смогла сделать. А где ты была?

— Посещала клинику, — говорит Солнце и закатывает глаза. — Со своим братом. Но ему там все недостаточно хорошо. Изысканный господин ожидает многозвездочный отель для своего лечения. У меня уже ноги болят, я ведь только сейчас вернулась домой.

— Значит, это не ты впустила в дом Якоба?

— Что? — Лицо Солнца омрачается. — Ты думаешь, что я могла спокойно впустить сюда чужого человека, хотя я отлично знаю, что какой-то сумасшедший охотится на тебя?

«Это может быть только Роберт», — думает Дерия, но ничего не говорит.

— Ах, я просто так подумала. Какая-то светловолосая женщина впустила Якоба, но, может быть, он имел в виду фрау Крамер с третьего этажа.

— Она ведь седая, — скептически замечает Солнце.

Но у нее броские локоны, а тогда было довольно темно.

— Да все равно. Я знаю, что это был не он. Он очень мило позаботился обо мне.

Солнце отворачивается и наливает чай.

— Но много времени он тут не провел. Как он мог оставить тебя одну в таком состоянии?

— Я его об этом попросила, — признается Дерия.

— Ты Якоба… О боже, Дерия, зачем все это? Неужели ты не можешь хотя бы раз принять помощь, если тебя кто-то терроризирует и угрожает тебе? — Солнце опять поворачивается к ней. — Ты все же боишься, что он…

— Ни в коем случае. Он не мог быть тем, кто побывал здесь, — ты была бы точно так же убеждена, как и я, если бы его только что увидела.

Солнце пожимает плечами, а Дерия сердито сжимает зубы. Ничего из того, что она говорит, не уберет подозрения Солнца.

— Зачем же ты тогда его прогнала?

— Я не испытываю страха перед ним, ни малейшего, — начинает говорить Дерия. — Вот только перед самой собой.

Солнце смеется:

— Точно. Ты — опасная, Дерия. В конце концов ты его еще и сожрешь.

На какой-то момент Дерия чувствует, что ее подруга нервирует ее, но это только на короткий момент.

— Я уже когда-то позволила отдать бразды правления собой в чужие руки. Я бы никогда не вышла замуж за Роберта, если бы думала, что справлюсь одна.

Солнце ставит ей чашку чая перед носом и садится напротив:

— Это была не твоя вина. Роберт — это настоящая задница.

— И я это знала. Всегда. И тем не менее я вышла за него замуж, потому что думала, что лучше такая задница, чем пропадать в одиночку.

— Задним числом человек всегда умен — а теперь не закатывай глаза, потому что это такая фраза. Да, это фраза, но она справедливая.

Дерия чувствует себя слишком слабой, чтобы возражать. Может быть, Солнце и права.

— Когда человек влюблен, он видит только положительные стороны, — продолжает Солнце, — и в порядке вещей, когда при этом совершаешь ошибки. Но на этом нужно учиться и не повторять одну и ту же ошибку.