Будь покорной, малышка - Мила Ваниль

— Куда?!

Марина не поверила своим ушам. Кира рассказывала, какие нравы там царят. Лео сошел с ума?

— Ты определенно в курсе, что это такое.

— Да. Поэтому ответ — нет.

— Просил же дослушать.

— Извини, но я не пойду туда, где саб продают со сцены, как… как… рабов.

— Во-первых, только тех, которые сами этого хотят, — спокойно возразил Лео. — Во-вторых, только тех, которые приходят туда без пары. Если саб с Домом, его никто не тронет, он под защитой своего хозяина. В-третьих, это действительно интересно, если смотреть со стороны. Столько практик сразу ты навряд ли где-то увидишь. В-четвертых, меня пригласили туда на мастер-класс, и у меня нет… партнерши.

— Ты не можешь найти сабу для мастер-класса? Позволь мне не поверить.

— Я не говорил, что не могу. Я хочу тебя. Это обычная практика, без секса.

— Что за практика?

— Найф-плей. Без порезов, но с бондажом.

Мило. Лео считает, что она достаточно сильная, чтобы это вынести? Да у нее от одной мысли об этом мурашки с кулак! И все же…

Дикая вечеринка. Практика без секса. Может, Егор не будет против?

— Мне нужно подумать. Когда вечеринка?

— В субботу. Я позвоню? Завтра?

— Да, хорошо.

Марина с облегчением перевела дух, когда, наконец, проводила Лео. Он вел себя безупречно, хоть и пытался давить на нее, а у нее хватило сил противостоять его обаянию. И все же рядом с ним ей было неуютно. В роли сабы — другое дело. Она даже поняла, что доверяет ему настолько, что согласится на ножи, если Егор не будет возражать.

Она поставила цветы в вазу и оставила на кухонном столе. Начала разбирать продукты — и раздался звонок в дверь. Убедившись, что это Егор, Марина открыла.

— У тебя же ключи?

— Ты же дома. Вроде как неприлично.

— А утром было прилично?

— Да, потому что ты спала.

— Ой, заходи…

Егор поцеловал ее тут же, в прихожей, жадно и ненасытно.

— Нет-нет, остановись, — засмеялась Марина, когда он попытался расстегнуть платье. — Иначе мы никуда не успеем.

— А мы куда-то собирались? — Он лукаво на нее посмотрел. — Ах, да… За плеткой для меня. Хорошо, пойдем.

— Минутку, я еще продукты не убрала в холодильник.

— Продукты?

Как она и предполагала, Егору это не понравилось. Он заглянул на кухню, увидел «масштаб трагедии» и потемнел лицом.

— Это было в последний раз, — тихо произнес он.

И от его властного голоса Марину проняло не хуже, чем от приказов Лео. Только этого не хватало…

— Да, господин, — улыбнулась она. — Слушаюсь и повинуюсь. Может, по чашечке кофе перед дорожкой?

— Прости. А цветы откуда?

«От верблюда».

— Лео приходил извиняться за вчерашнее.

— Лео? Здесь был Лео?

О да… И куда девается покорность, когда Егор ревнует?

Марина раздраженно повела плечом, но спокойно ответила:

— Он ждал во дворе. Извинился, донес сумки, мы поговорили минут пять, и он ушел. Да, цветы я приняла. Ах, да, еще он подарил мне два билета на концерт. Собственно, мне и тебе.

— Какой концерт?

— «Би-2», в Сочи.

— И их ты тоже приняла?

Егор менялся на глазах. Это была не агрессивная ревность. Марина не боялась, что он ее ударит. Наоборот, он уходил в себя, закрывался, становился чужим. И при этом рычал, как раненый зверь.

— И что? Я не поеду на концерт в Сочи.

— Это плата за сессию?!

Он ее не слышал. Но все же последнее оскорбление — уже перебор.

— Ты хочешь сказать, я приняла плату, как проститутка?! — взвилась Марина.

Она схватила конверт, который лежал на столе, с твердым намерением порвать его в мелкие клочки. В последний момент Егор выхватил его.

— Отдай!

— Нет. Марина, прости меня, пожалуйста.

— Отдай!

Она кинулась отнимать, ничего не видя и не слыша. Теперь ее накрыла истерика, хотелось разорвать злосчастные билеты, чтобы забыть о них навсегда.

Егор изловчился, закинув конверт на кухонный шкаф, и сгреб Марину в объятия.

— Прости, пожалуйста, прости… — шептал он, обнимая и стойко перенося тычки, которыми она его осыпала. — Марина, пожалуйста. У меня от ревности сносит крышу… Хочешь, я уйду?

— Я тебе уйду! — всхлипнула она. — Вот это тоже было в последний раз. Понятно?

— Да, моя леди. Мне так жаль…

— Вот теперь разложишь продукты и сваришь нам кофе, — изрекла Марина. — А я умоюсь и переоденусь.

На кухню она вернулась спокойной и уверенной в себе леди. Егор подскочил при ее появлении. На столе дымились две чашки кофе.

— Что будем делать с режимом? — спросила Марина, как ни в чем не бывало. Вроде бы и не было только что позорной истерики у обоих. — Может, мне лучше ориентироваться на твой ошейник? Я против отношений 24/7. Мне не нужен раб.

— Мы будем ориентироваться на твой ошейник, — огорошил Егор. — Потому что у меня его уже нет.

— В смысле…

Он втащил из кармана ошейник, тот самый, которого «нет», и демонстративно отправил его в мусорное ведро.

— Теперь нет. Купишь мне новый. Какой сама выберешь. И давай договоримся, что игру начинаешь всегда ты. Но я прошу разрешения звать тебя «леди» и вне сессий. Мне… так нравится.

— Принимается, — согласилась Марина, допивая кофе. — Так мы идем за плеткой или нет?