Умереть, чтобы угодить - Линда Ховард

От усталости у нее ломило все тело, но спать ничуть не хотелось. Чтобы освежиться, она приняла душ; обычно после теплого душа ее клонило в сон, но на этот раз она поняла, что уснуть ей не удастся. Она собиралась было почитать, но вдруг вспомнила, что Кахилл просил ее приехать в любое время ночи.

Официально у нее выходной — до самого вторника. Она уже вымылась, расхотела спать и вспомнила, что до обнаженного мужчины, сводящего ее с ума, — несколько минут езды.

— Ну, решайся, — велела она себе, зная свою манеру подолгу сомневаться. Она взяла телефон. Ключ у нее был, но неразумно без предупреждения вламываться в дом к человеку, у которого на тумбочке у постели всегда лежит заряженный пистолет.

— Кахилл!

Она поняла, что разбудила его, но голос прозвучал внятно — как все полицейские, Кахилл привык к звонкам и неотложным вызовам в любое время дня и ночи.

— Вечеринка кончилась. Я уже еду.

— А я жду.

Напевая, Сара схватила заранее уложенную сумку с вещами, косметикой и парой книг. Обычно рядом с Кахиллом ей было не до чтения, но на всякий случай она придумает себе занятие. Заперев дверь бунгало, она села в машину и через двадцать минут уже сворачивала к дому Кахилла. В кухне горел свет.

По ступеням крыльца она почти взлетела, и все-таки дверь открылась раньше, чем она добралась до нее. Рослый и широкоплечий, Кахилл застыл на фоне освещенного дверного проема, одетый только в сексуальные «боксеры». Если бы не желание открыть ей дверь, он вообще не стал бы одеваться.

— Вот это да! — восхищенно выпалила Сара, уронила сумку и бросилась ему на шею. Он подхватил ее, она обвила ногами его талию, и они слились в бесконечном жадном поцелуе.

Когда поцелуй наконец завершился, Кахилл провел языком по нижней губе Сары, точно пробуя ее на вкус.

— На этот раз твой план оказался недоработанным, — заявил он.

— Недоработанным? — Сара отстранилась и нахмурилась. — Что я сделала не так?

— На тебе джинсы. — Он снова поцеловал ее, подхватил ее сумки, занес их и Сару в дом и захлопнул дверь. — Тебе следовало бы надеть юбку, а про трусики забыть.

— А если бы я замерзла? — Она подставила ему губы для очередного поцелуя.

Кахилл прижал ее к своему закаменевшему орудию и понес в спальню.

— Зато я был бы уже внутри, — возразил он.

— Ты прав: я сглупила. — Она заерзала, потираясь о него и задыхаясь от знакомого прилива желания.

— Ладно, остальное предоставь мне. — Он уложил Сару в постель, расстегнул ее джинсы и принялся стаскивать их.

— В самом деле? У тебя есть планы?

— Уйма.

— А в этом штате они разрешены законом?

— Отнюдь.

— Я шокирована, — заявила Сара, — до глубины души. Твоя обязанность — стоять на страже закона!

— С арестом можно и подождать. — Кахилл снял с нее трикотажный топ и отбросил в сторону. Сегодня Сара не надела лифчика. С ее остальной одеждой Кахилл расправился, побив все мировые рекорды.

— С арестом? — переспросила она. — Значит, придется надеть на тебя наручники?

— Что это на тебя нашло? — Кахилл спустил свои «боксеры», переступил через них, подтянул Сару к краю постели и развел ее ноги в стороны. Сара затаила дыхание, почувствовав, как его разгоряченный пенис начал протискиваться в нее. Склонившись над ней, Кахилл двигался медленно и плавно, и дыхание Сары участилось. Она приподняла ягодицы, впуская его глубже.

Свет в коридоре остался включенным. Кахилл загораживал дверь плечами, отчетливо вырисовываясь на фоне освещенного проема. Они умолкли, отдавшись ритму и ощущениям, жару и влаге, наполненности, которую чувствовала она, и тесноты, которая так возбуждала его. Увлажнив большой палец, он осторожно коснулся ее плоти, и Сара выгнулась крутой дугой. Она застонала, цепляясь за него и желая почувствовать его тяжесть. Он охотно исполнил ее желание, вдавливая ее в матрас с каждым ударом, подсунув ладони под ее ягодицы и крепко сжав их. Она достигла экстаза, напряглась под ним, вонзая пятки в его бедра и впиваясь ногтями в плечи. В первый раз у них все происходило быстро, оба выплескивали почти животную страсть. Сразу после ее оргазма излился он. Лежа в его объятиях, Сара начала засыпать, наполненная блаженным удовольствием. Вот где ее место здесь, рядом с этим человеком. Где именно — не важно, где угодно, лишь бы с Кахиллом.