Чужая роль - Дженнифер Уайнер

В субботу утром зазвонил телефон. Роуз не стала брать трубку. Она пристегнула купленный наконец поводок, вывела собаку и только на улице заметила, что не переобула тапочки. Пушистые домашние тапочки с кроличьими ушками. Ну и пусть!

Какой-то бродяга окинул ее одобрительным взглядом.

— Хорошо смотришься, беби! — крикнул он вслед. Что ж, приятно слышать. По крайней мере хоть кто-то ее оценил.

— Корма тяжеловата, но в целом неплоха! — продолжал бомж.

Комплимент довольно сомнительный, но ей плевать!

Двадцать минут она прогуляла с мопсом, позволяя ему обнюхивать кусты, гидранты, счетчики на парковках и собачьи задницы, а когда вернулась домой, телефон по-прежнему разрывался. Звонки не прекращались, пока она свинцовой глыбой стояла под душем и струи горячей воды обрушивались ей на голову. Неплохо бы вымыть голову, но у нее совершенно не было сил…

Телефон наконец победил. В пять часов вечера Роуз сняла трубку.

— Что? — буркнула она.

— Где тебя черти носили? — завопила Эми. — Я оставила четырнадцать сообщений на автоответчике! Послала шесть писем по электронной почте! Вчера заезжала к тебе домой…

Голос сорвался, и Эми судорожно закашлялась. Роуз смутно припомнила, как кто-то стучал в дверь и как она спрятала голову под подушку и лежала так, пока стук не смолк.

— Секретарша твердит, что ты больна, а моя подруга Карен видела, как ты слонялась по Риттенхаус-сквер в пижаме и шлепанцах.

— Я не слонялась. И не в пижаме, — сухо возразила Роуз, намеренно игнорируя упоминание шлепанцев. — В спортивном костюме.

— Не важно. Что происходит? Ты на самом деле больна?

Роуз с тоской взглянула на телевизор, но тут же заставила себя отвести глаза.

— Мне нужно с тобой поговорить, — промямлила она.

— Встречаемся в «Ла Сигаль» через четверть часа… нет, через полчаса, — решила Эми. — Только постарайся одеться прилично. Вряд ли тебя пропустят в пижаме.

— Да не гуляла я в пижаме, — повторила Роуз, но Эми уже повесила трубку.

Роуз поднялась и пошла искать туфли.

— Ладно, — сказала Эми, уже успевшая заказать кофе и пару овсяных лепешек размером с бейсбольные рукавицы, — что он натворил?

— Кто? — не поняла Роуз.

— Джим, — нетерпеливо отмахнулась Эми. — Мне сразу стало ясно, что во всем виноват этот подонок. Говори, что он сделал, и давай придумаем, как ему отомстить.

Роуз едва заметно улыбнулась. За долгие годы близкого общения с десятками сменявших друг друга бойфрендов Эми отшлифовала философию разрывов и отлично знала, как вести себя в подобных случаях. Стадия номер один: скорбеть следует не больше месяца (две недели, если отношения не дошли до секса). Стадия номер два: если вас бросили или обманули, позвольте себе один-единственный скандальный акт мести (ее последний бойфренд, закоренелый вегетарианец, вне всякого сомнения, пережил сильнейший шок, узнав, что стал членом Клуба едоков мяса). Стадия номер три: забудь. Ни сожалений, ни нытья, ни полуночных заездов в гости к бывшему дружку, ни звонков в пьяном виде. Вперед, к новому приключению!

— Говори же, что он сделал?

— Изменил, — призналась Роуз.

Эми покачала головой:

— Я так и знала. Он за все заплатит, только вот нужно придумать, как именно. Профессиональная несостоятельность? Письмо в фирму? Подбросить какую-нибудь гадость в его машину?

— Что именно? — заинтересовалась Роуз.

— Пасту из анчоусов. Выдавить немного в «бардачок», и его «лексус» никогда уже не будет прежним.

— Ну так вот, он был в этом деле не один, — призналась Роуз.

— Ты о чем?

— Мэгги.

Эми поперхнулась и выплюнула кусочек лепешки.

— Что?!

— Мэгги, — повторила Роуз. — Я их застала.

Она столько раз твердила это про себя, что озвученные слова казались отрывком стихотворения, выученного сто лет назад.

— Вошла и увидела их в постели. А на ней были мои новые сапоги.

— Итальянские? От «Виа Спига»? — поразилась Эми. — О, Роуз, мне так жаль.

— Почему же тебя все это не удивляет?

— О Боже, — потрясенно продолжала Эми. — Маленькая сучка!

Роуз кивнула.

— Как она могла?

Роуз молча пожала плечами.

— После того как ты пустила ее к себе, давала денег, пыталась помочь…

Эми закатила глаза к потолку.

— Что же теперь делать?

— Забыть о ней и никогда больше не видеть!

— М-да, — вздохнула Эми. — Представляю, как это будет выглядеть в Дни благодарения. Так где сейчас наша знойная малышка?

— Понятия не имею, — глухо отозвалась Роуз. — Полагаю, у отца и Сидел.

— Считай, она уже страдает, — утешила Эми. — А как насчет тебя?

— И я тоже, — вздохнула Роуз, ломая лепешку.

— Чем я могу помочь?

— Думаю, ничем. Время все лечит.

— Время и тряпкотерапия, — объявила Эми, поднимая Роуз за руки. — Супермаркет зовет! Пошли!

Весь остаток дня Эми и Роуз бродили по торговому центру «Прусский король». Роуз ухитрилась набить ненужными вещами целых три пакета, хватая все, на что падал взгляд и что позволяло надеяться, — ее жизнь еще может измениться. Она купила отшелушивающие скрабы и увлажняющие кремы, свечи с запахом лаванды, кости из бычьих жил для мопса и вечернюю, расшитую бисером сумочку за двести долларов. Приобрела тюбики помады, блеск и карандаши для губ, три пары туфель, длинную юбку из красного кашемира, в которой никак не могла себя представить. Наконец подруги направились в книжный магазин.

— «Улучшай секс с помощью йоги»? — осведомилась Эми. — «Как поймать мистера Чудо, чтобы он ничего не заподозрил»?

Роуз ухмыльнулась, покачала головой, подошла к разделу современной прозы и за десять минут набрала стопку романов в блестящих мягких обложках. Все о женщинах, сумевших найти любовь, потерять и обрести снова.

— На всякий случай помни: паста из анчоусов у меня наготове. Если передумаешь, звони, — предупредила Эми, когда они шли к автостоянке. — А также если ищешь незаинтересованную сторону, чтобы потолковала по душам с мисс Мэгги Мэй, я к твоим услугам.

— Это ты-то незаинтересованная? — удивилась Роуз.

— Ну, не совсем. Разыгрываю таковую на ТВ.

Эми взглянула на часы.

— А хочешь, я поеду с тобой? Или, еще лучше, едем со мной? Ма пригласила меня на ужин.

Роуз снова покачала головой.

— Я в порядке, — отговорилась она, решив, что вполне может обойтись без общества мамаши Эми. Все было известно наперед: на столе будут неизменные макароны, и весь вечер придется восхищаться последним увлечением хозяйки: фарфоровыми куклами и украшениями из телемаркета.