Ты теперь мой враг - Тиана Тесса

Мне сложно поверить, что моя персона значима, и благодаря этому отрицанию, я как будто упускаю нечто важное, основную деталь пазла, которая поможет собрать остальную картинку. Но если предположить, что я не так уж случайно оказываюсь втянута в этот водоворот событий?

Мысли крутятся, но главную выхватить не могу, всё, что у меня есть — обрывки отдельных фактов, но сейчас прихожу к выводу, будто всё это может быть связано: сгорает район, в котором мы когда-то жили, намеки в интернет-сообществах, что за этим стоит Юдин, неизвестный, который уверяет, что всё знает, он подписывается именем моего отца, который погиб довольно давно.

Странности, которые происходят вокруг добивают ещё одним происшествием — в доме, где мы жили с бабушкой когда-то, случается пожар. Но из города меня теперь не выпускают и узнать что-то не выходит. Возможно, всё это совпадения, но я беру ручку и пишу в записной книжке эту цепочку в столбик. Некоторое время смотрю, а потом дописываю рядом два имени: Демид и Глеб.

Бред. Вырвав лист, сминаю его, но не выбрасываю — снова расправляю, задумчиво кусая губы.

Слова Демида про Астахова звучат в голове всё настойчивее:

«Просто подумай над тем, что он появился неслучайно».

Бронский всё же смог вложить в мои мысли сомнения; делаю глубокий вдох, и именно в этот момент начинает звонить телефон — я оставляю в покое измятый листок, переводя взгляд на мобильное устройство, и хмурюсь.

Оказывается, из раздумий меня вырывает Ирина, это её основной номер, и поднимая трубку, примерно представляю, что прозвучит просьба об очередной встрече. Макарова объяснила мне, что нас прослушивают, и даже если не так, я принимаю условия этой её игры. Значит, сейчас мы подруги.

И мы действительно какое-то время говорим о погоде, Ирина заявляет, что у неё «плохое настроение», при этом зовёт в клуб, чтобы развеяться. Она намеренно выделяет наш пароль, который вслух звучит обычной фразой, это значит, что поступило задание, и она должна его выполнить.

Я могу и отказаться, в конце концов, не обязана ей помогать, но всё же соглашаюсь — в квартире сидеть невыносимо, плюс во время встречи можно выяснить что-то новое, и если очень повезёт, выяснить, кто за нами наблюдает. Судя по описанию Ирины — «заказчика» я знаю. От этой мысли в груди тревожно сжимается сердце: сегодня будет необычный вечер, я чувствую это.

* * *

В «Роял Брейк» приезжаю за десять минут до назначенной встречи, и уже подходя к массивной стеклянной двери, охватывает волнение. Я бывала здесь не раз, да и клуб один из самых популярных в нашем городе, с ним меня связывают определенные воспоминания, однако характер тревоги с ностальгией не имеет ничего общего, и я оборачиваюсь, присматриваясь: город уже погрузился во тьму, в переулке людно только у входа, а сам оживленный проспект за углом, всё остальное: парковка и дорога в обе стороны, подсвечиваемая лишь светом от вывески и несколькими фонарями сейчас не наполнена народом.

Возможно, вот та пара появляется из-за угла неспроста? Или парни, что стоят недалеко от входа, надвинув капюшону на лоб, по мою душу?

Одергиваю себя: так и до паранойи недалеко, поэтому беру себя в руки и усмехаюсь. Даже скептик по природе не застрахован от присвоения обычным вещам статуса «подозрительно». Да, сегодня в клубе будет тот, кому я зачем-то очень нужна, но видеть в каждом врага необязательно, поэтому спешу подключить всё имеющееся во мне хладнокровие.

Однако касаясь металлической ручки, всё равно чувствую озноб: где-то слышится очередной раскат грома, по привычке принимаюсь считать, пусть хоть так, но немного отвлекаюсь от навязчивых мыслей. Успеваю до десяти — гроза ещё далеко, и несмотря на то, что с неба беспорядочно срываются редкие капли — ливень так и не обрушивается потоками.

Но именно сейчас непреодолимо хочется, чтобы он смыл ту пыль, что витает в воздухе, вот только погода мне помогать не собирается, я тяну тяжелую дверь на себя и вскоре оказываюсь внутри.

Здесь достаточно шумно: субботний вечер набивает помещение жаждущими отдыха после рабочей недели, поэтому пройдя внутрь огромного зала, Ирину замечаю не сразу. Обращаю внимание на вип-зону: огороженные столики с кожаными диванчиками располагаются в стороне от танцпола, и совсем рядом обнаруживаю Макарову.

Ирина, поднимаясь из-за стола, машет мне рукой, она при этом широко улыбается, будто и впрямь так рада видеть меня, но прямо сейчас я не отвечаю на это приветствие, лишь осматриваю её с головы до ног.

Моя дорогая «подруга» выглядит впечатляюще: волосы уложены в причёску, коралловое платье чуть ниже колен, в тон помада, туфли же синие — яркие и вызывающе смелые. Она подготовилась: именно так выглядит женщина, которая этим вечером решает поднять себе настроение, устраивая бунт депрессии. Присаживаюсь за столик и вот теперь растягиваю губы в улыбке.

Признаться, за это время, я немного проникаюсь к Ирине. Она даже могла бы мне нравиться, если бы вся эта история не была такой странной. Если бы мы не притворялись подругами, и нам не приходилось бы улыбаться друг другу, чтобы дождаться настоящих действий со стороны «заказчика». Но увы, всё именно так.

К нам подходит официант: Ирина выбирает вино, я безалкогольный коктейль, но парень в белоснежной рубашке всё равно приносит к бутылке два бокала. Ирина шутит по этому поводу, говорит, что мне необходимо развеяться, потому что я слишком напряжена, но я отмахиваюсь, отшучиваясь при этом. Если ей нужно меня споить, то ничего у женщины не выйдет.

Ирина не настаивает, она делает глоток красного и вполне естественно рассказывает о своих делах, я в ответ делюсь информацией о тренингах, правда в отличие от Макаровой обрисовываю ситуацию довольно сухо.

У «подруги» же со временем напротив развязывается язык, нахожу в этом плюс, если удастся, смогу её разговорить, поднимаю бокал, усмехаясь, и предлагаю выпить за нашу дружбу, разумеется, я произношу это с иронией, Ирина меня понимает, отвечая в этом же духе:

— И дружили они долго и счастливо, пока заказ не разлучил их, — она беззлобно смеётся, а я растягиваю улыбку в ответ, звон бокала тонет в нарастающих ритмах известной композиции, делаю глоток напитка и тут же замираю.

Причём ещё до того, как понимаю настоящую причину учащающегося пульса: мозг анализирует обстановку и иногда опережает сигнал, несущий информацию, и лишь когда взгляд фокусируется на паре, которая проходит к вип-зоне неподалеку, я отмираю и отставляю бокал в сторону.

Продолжающая щебетать Ирина становится размытым пятном, звонкий голос — фоновым звуком, всё моё внимание направлено на то, что происходит за её спиной. Замечаю, что несколько человек из компании, к которым приближаются эти двое, кажутся мне смутно знакомыми, и с опозданием вспоминаю, какой сегодня число.

Значит, Оксана пришла сюда, чтобы отметить день рождения и, конечно, её сопровождает Демид.

Бронский теперь сидит ко мне боком и хмурит брови, зато Чистякова светится от счастья настолько, что это видно даже отсюда.