Новогоднее чудо - Папа на час - Мио Вик

Прошло два дня.

Леманн привёз Ирину домой к маме и дочке, а сам уехал по какому-то срочному делу, обещал вернуться поздно вечером.

Ирина сообщила дома новость о беременности. Лариса Александровна и Надя были очень рады, особенно активно проявляла эмоции Надюша:

— УРА! Ура-ура! Мне теперь будет с кем дома поиграть, а то я всё одна и одна.

— А как же мы? Кто-то из нас всегда дома, или мама, или бабушка. Когда это ты бываешь одна? — развела руками Лариса Александровна.

— Вы ничего в играх не понимаете, всё старые мне предлагаете, или книжки читать, а я хочу новые игры.

— Ох, Надёна, боюсь это тебе придётся его играм учить, он же сначала будет очень-очень маленький. — рассмеялась Ирина.

— Он? У меня будет братик? Как мы его назовём?

— Я ещё не знаю кто именно. Ещё рано. Завтра я иду в поликлинику вставать на учёт, а дальше уже, что врачи скажут.

— А ты, Надюшка, кого хочешь? — поинтересовалась бабушка Лариса.

— Сестрёнку хочу. У меня два братика уже есть, а сестры ни одной. — пожала плечиками маленькая Надя.

Лариса Александровна расхохоталась:

— Ох-ох-ох! Чует моё сердце — точно родится девочка. У Надюши все заветные желания исполняются!

— Да, бабушка. Представляешь, я письмо Деду Морозу писала, оно до него дошло, и папуля приехал!

— Вот-вот, я и говорю, будет девочка.

Вечером, оставшись наедине, Лариса Александровна обняла Ирину со слезами на глазах:

— Дочка, я так за тебя рада! Господи, благодарю, что одарил счастьем! Неужели я ещё внуков повидаю на своём веку?

— Мамуль, ты что, не плачь.

— Это от радости, немножко можно всплакнуть. У меня так сердце за тебя болело. Вот ведь, как ни пыталась вас развести, сама знаешь кто, не будем называть её имени, Бог ей судья! А дорожки ваши вновь соединились.

Разговор прервала Надя, влетевшая в комнату на всех парусах:

— Мама! Бабушка! Посмотрите в окно, там папа приехал с какими-то дяденьками. У них две машины, а папа красный бант привязывает!

— Ничего не понимаю, какой бант? — изумилась Ирина.

Во дворе стоял чёрный джип Леманна, а рядом красовался белый представительский кроссовер немецкого происхождения. Вокруг крутились Серёжа с братом Кириллом и их папа Виктор Брунович. Облик автомобиля последней модели восхищал элегантными линиями и броской «бриллиантовой» решёткой радиатора. Огромный красный автобант и красные гелиевые шары явно намекали на подарок.

— Иришка, иди причешись, похоже сваты приехали. Хоть бы предупредили, мы ведь не готовились.

— Какие сваты?

— Серёжа предложение будет делать! Иришка, чего стоишь? Надя, одевайся скорее, идём на улицу.

Ирину охватил мандраж.

Леманн широко улыбался и заметно волновался.

Кирилл подошёл к Ларисе Александровне и протянул букет бордовых роз:

— У вас товар, а у нас купец! Красивый, модный, с подарками! Люб ли вам наш купец?

Виктор Брунович вручил Ларисе Александровне большой торт.

— Ой, не буду вас морозить, не май месяц на дворе. Да и видно, вы устали с дороги. Ой, люб нам ваш купец. Ой, как люб! Хлеб-соль берем, а вас пировать зовем!

Зависла пауза. Леманн переминался с ноги на ногу. Под чёрным пальто была одета тонкая белая кофта и чёрные брюки. Виктор Брунович махнул рукой и шёпотом подсказал:

— Сергуня, пора. Отдают тебе невесту. Давай.

Здоровяк-жених так мило смущался.

Опустился на одно колено и протянул Ирине открытую бархатную коробочку.

— Ирина, будь моей женой!

Синие глаза Леманна блестели, в них читалось столько нежности и любви. Сердце бешено колотилось. Ирина кивала головой, дыхание перехватило, и с трудом от волнения она выговорила:

— Да!

Леманн поднялся и, счастливо улыбаясь, надел колечко с бриллиантом на палец невесты. Кирилл подал брату внушительный букет белых роз и ещё одну бархатную коробочку с ключами от подарка. Сергей вручил всё это Ирине, она вся раскраснелась:

— Зачем ты… не стоило…

Серёжин слегка дрожащий голос прервал смущение Ирины:

— Так надо. Я хочу, чтобы моя жена ездила на удобной и красивой машине. Тебе нравится?

— Да, очень! Спасибо!

Виктор Брунович похлопал в ладоши:

— Думаю, никто не против, если жених поцелует невесту!

Кирилл взорвал над ними хлопушку с серпантином и блестками. Леманн взял Ирину за талию и нежно поцеловал в губы.

Виктор Брунович достал из машины небольшой букет с розовыми розами и протянул его Надюше: