Она (не) твоя - Елена Попова

Кирилл

— …Да-а-а, ситуация печальная, — помрачнела Инга. — Мне правда жаль, что такое случилось с твоей девушкой. А можешь показать мне ее фото?

Я снял телефон с блокировки и показал заставку, на которой Алиса и Софа улыбаются в камеру.

— Какая прелесть. Чудесная девочка, — просияла Инга и, опустив взгляд, добавила: — И… Алиса тоже… Она тоже очень красивая.

— Это правда, — ответил я, убирая в карман мобильник. — Ну, а как сложилась твоя жизнь?

Инга выставила правую руку и посмеялась.

— Как видишь, пока не замужем. Не так давно рассталась с мужчиной. Он переехал жить в Лондон. Звал меня с собой, но… Но ты же знаешь, что я не могу оставить больную мать.

— Да, я помню, — кивнул я, мешая ложкой капучино. — Как она?

— Да все по-прежнему: вечно ворчит без дела, грезит о внуках и часто вспоминает тебя добрым словом.

— О-о, я до сих пор помню ее пирожки. Можешь так ей и передать, — подмигнул я. — Ты сказала, что переехала в *Первомайский. Купила там квартиру или снимаешь?

— Взяла в ипотеку, совсем недавно закончила там ремонт. И, кстати, я сменила работу.

— Да ладно? — выгнул брови я. — Неужто ушла из своей бухгалтерии?

— Ага, — хохотнула она, вытирая с губ пенку от кофе. — Теперь я работаю как белый человек в страховой компании.

— Здорово! — оценил я, вспомнив, как она уставала в крупной организации и в отчетный период работала не покладая рук. — По-прежнему руководишь благотворительным фондом?

— Да, конечно. Ты же знаешь, животные — мое все.

Дальше разговор зашел о моих ресторанах, о том, как поживают мои родители, сестры и племянники. Инга интересовалась всеми нашими общими друзьями и, в какой-то момент мне показалось, что я и не расставался с ней вовсе — слишком много общего было с ней. Мы точно так же раньше сидели с ней в кафе и общались на эти же самые темы. Прям дежавю.

Она по-прежнему любила латте с карамелью и апельсиновое мороженое, была такой же легкой, открытой и постоянно улыбалась, даже без повода, что мне всегда в ней безумно нравилось.

Сам того не желая, я, подчиненный любопытству, бесконечно смотрел на нее, словно впервые видел. Скользил взглядом по ее тонким пальцам, линии плеч, красиво очерченным губам и острому подбородку.

Все это когда-то было мне доступным — я мог в любой момент прикоснуться к ней.

В голову, словно виденья из прошлого, закрадывались ночи, проведенные с ней, наши вечера у камина, разговоры на террасе под одним пледом, и сердце разом прострелила тоска по тому времени.

— Ты счастлив? — вдруг спросила она, глядя на меня не моргая.

Я отвел взгляд к окну, глубоко вздохнул.

— Лучше не отвечай, — поторопилась сказать Инга. — Сама не понимаю, для чего задаю вопрос, на который категорически не хочу знать ответ.

И в этот момент я заметил, что ее печаленный взгляд до сих пор хранит следы нашего тяжелого расставания, пальцы медленно теребят салфетку, губы тронула грустная улыбка.

Между нами повисло много вопросов, и на один из них я захотел ответить ей прямо сейчас.

— Если ты хочешь знать, думал ли я о тебе все это время — да, я часто вспоминал тебя и анализировал ситуацию, из-за которой мы расстались, — признал я. — И знаешь, теперь я осознаю, что тогда ты была права. Я не вправе был заставлять тебя рожать ребенка от другого мужчины. Действительно, мы могли бы осчастливить малыша, оставшегося без родителей. Вырастить его с любовью, дать образование и хорошее будущее. Мы были способны на это, и нам ничего не мешало, — закончил я, опустив взгляд на стол.