Контракт с боссом - Айрин Лакс

У обоих есть причины желать Демьяну зла.

Не тратя ни одной лишней секунды, отправляю запись Александру Савицкому и звоню сразу же, торопливо делясь подозрениями.

— Это все они виноваты!

— Успокойся, тебе нельзя волноваться. Мои люди все проверят. Возвращайся к Марике. За тобой прислать машину?

— Нет, я поеду на такси.

— Уверена?

— Да.

* * *

Мне вдруг захотелось оказаться как можно дальше. Не только от серых стен казенного заведения, но даже ехать домой к черте Савицких не было никакого желания.

Увидеться с подругой?

Но Ксюша уехала на неделю, отдыхать на Кипр вместе с родителями.

Знаю, что в доме Савицких меня ждут, встретят тепло, найдут слова ободрения. Но без Демьяна мне совсем плохо!

Савицкий сказал, нужно ждать.

И я жду…

Но мне сложно находиться в подвешенном состоянии!

На меня навалилось слишком многое.

Новость о беременности, в том числе, а вместе с ней — огромное количество тревожных мыслей, которым совсем не место в моей голове.

Но они лезут отовсюду.

Стоит лишь на секунду ослабить контроль, как дурное набрасывается без сожаления, поднимая со дна муть сомнений.

Я начинаю прокручивать в голове слова Демьяна, что он не планировал заводить детей…

Неосторожность в первую ночь и утро дала свои результаты. Вдруг он не захочет детей?!

Втайне я начала мечтать, что у нас однажды будет семья, что первой родится дочка…

Но это лишь мои мечты!

Мы с Демьяном ни разу не поднимали тему семьи и брака.

Может быть, ему вообще не нужны такие обязательства и штамп в паспорте?!

От таких мыслей стало еще горше на душе и почти невозможно даже думать о том, чтобы находиться в доме Савицких. Они счастливы в браке, Александр ревностно оберегает семейное спокойствие, выкраивает время в плотном графике, чтобы поиграть с дочкой и уделить внимание жене, а я…

Смотря на семейную идиллию, начинаю нагнетать, что я бы этого очень сильно хотела, но не уверена, что того же хочется Демьяну.

Он взрослый, успешный холостяк.

Наши отношения очень страстные и взаимные, но он не вел разговоры о большем.

Даже не сказал, что любит в ответ, когда я призналась ему в чувствах.

Может быть, бурный страстный роман — это наш максимум?

Неожиданно для себя я набираю номер человека, чье имя совсем недавно появилось в списке контактов моего телефона.

Алексей Николаевич, мой настоящий отец…

— София? — отвечает почти мгновенно.

Я не очень люблю, как звучит мое полное имя, но мне нравится, как мое имя произносит отец. Оно звучит как-то мягко, по-особенному.

— Да, это я, — голос немного дрожит. — Как у вас дела?

— У тебя все хорошо? — с тревогой интересуется отец. — Голос звучит странно.

— Да, все хорошо, — глотаю слезы.

— Ясно. Куда приехать?

— Нет-нет, все хорошо. Просто…

— Я слышу, насколько все хорошо. Я же не просто так дал о себе знать, но готов общаться. Прошедших лет не вернуть, но я хочу наладить отношения сейчас. Позволь приехать?

— Хорошо, — называю адрес.

* * *

Нервничаю.

Не знаю, что из этого выйдет. Мы с отцом изредка общаемся по телефону, я узнавала его понемногу, но все же держала чувства под контролем, не позволяя желанию иметь семью затмить все остальное.

Я уже доверяла слепо не тем людям. Ничем хорошим это не кончилось.

Поэтому в общении с появившимся отцом придерживалась границ, несмотря на то, что испытывала желание познакомиться с ним поближе.

Он приехал довольно быстро, через полчаса уже был рядом и обнял осторожно, сунув мне в руки большой тканевый платок. Я думала, что такими уже никто не пользуется…

— Вытри слезы. Расскажи, что случилось. В такие места… — кивает на здание за моей спиной. — Не ходят по доброй воле, я знаю, о чем говорю.

— Вы правы, я здесь не по доброй воле. Меня “пригласили” дать показания.

— Кого-то из близких “замели”? — интересуется деловито.

— Демьяна. Его обвиняют в махинациях.

— Обвиняют? Или… он в этом может быть замешан?

— Нет-нет, ничего такого! Я точно знаю, потому что работаю вместе с ним… Я бы знала. Демьян точно бы рассказал.

— О мутных делах иногда даже самым близким не рассказывают, — осторожно замечает отец.

— Ясно, — усмехаюсь сквозь слезы. — Вы мне не верите! Извините, что побеспокоила! — порываюсь уйти.

— Обидчивая и взрывная. Твоя мама была такой же.

Слова отца заставили меня остановиться.

— Я ничего дурного не имею в виду, София. Сказал лишь несколько расхожих фраз. О Демьяне я мало что знаю, только навел справки, что он успешный делец. Мы виделись всего однажды, у меня сложилось впечатление, что он очень… кхм… в тебе заинтересован.

— Да. У нас серьезные отношения!

— По всей видимости, реальные. Ты сильно переживаешь, по лицу видно. Давай ты не будешь обижаться на меня за общие фразы? Поговорим, тебе нужно успокоиться. Ты обедала?

— Нет еще. И не завтракала.

— Плохо, — мрачнеет отец. — Ты похудела. Переживать — это нормально, но нужно есть.

— Я не только из-за переживаний не хочу есть. Я беременна, — признаюсь внезапно.

Отец застыл, моргнул несколько раз, посмотрел на меня внимательно.

— Я, что ли, дедушкой стану?! — спросил удивленно севшим голосом. — Ребенок от Демьяна?

— Да. И я… Я не знаю, как он к этому отнесется! — даю волю слезам. — Он еще не в курсе!

Отец осторожно обнимает меня за плечи.

— Поехали, тебе нужна компания. И поесть тоже надо. Тошнит по утрам сильно?

— Недавно началось и никак не прекращается! Почти ничего есть не могу, от всего выворачивает.

— Значит. В кафе не пойдем… — отец улыбается с едва заметной грустью. — Вспомнил твою мать во время беременности. Она тоже с трудом переносила токсикоз в первый месяц. Но кое-что очень любила, уминала за обе щеки. Вдруг и тебе понравится?

* * *

Спустя час я сижу на кухне в доме отца. У него небольшой, но очень опрятный, ухоженный домик, где чувствуется рука заботливого, чистоплотного хозяина.

С интересом осмотрелась. Нахожу свое детское фото, в формате увеличенного портрета, на видном месте. Сердце застучало чаще.