Снова надейся - Мона Кастен

Однако вслед за этим мне вспомнилась реакция Нолана. Его поспешный уход однозначно продемонстрировал, как сильно он жалел об этом моменте между нами. Думаю, мы ненадолго забылись… наверняка все дело в костюмах, алкоголе и тускло освещенном коридоре, где мы стояли.

Теперь, при дневном свете и без нарядов, реальность очевидна: Нолан был и остается моим преподавателем. Следовательно, единственное, что нам доступно – это быть друзьями. Друзьями, у которых – если бы мы познакомились при других обстоятельствах, – вероятно, могло бы что-то получиться. В действительности же это невозможно, и нам обоим это известно.

Нам лучше сохранить свою дружбу. В этом я не сомневалась. К несчастью, это не меняло факта, что при подобных мыслях у меня все так же что-то болезненно ныло в груди, как бы я ни старалась не обращать внимания.

Телефон перестал звонить, и я пожала плечами.

– Слишком поздно, – пробормотала я, уставившись на экран.

Пропущенный вызов: Мама

Я подняла голову, чтобы посмотреть, скоро ли бариста приготовит мой заказ. Хотя Нолан стоял на некотором расстоянии, я чувствовала его совсем рядом. Слегка повернувшись в его сторону, я обнаружила, что он смотрит на меня. Взгляд казался задумчивым, но глаза светились привычным теплом.

Он слегка наклонился ко мне:

– У тебя все хорошо?

Интересно, видна ли со стороны моя неуверенность? Я выдохнула, когда бариста поставила на узкий прилавок стаканчик с матча латте. Обхватив его обеими руками, я осталась стоять возле Нолана, пока он ждал свой напиток. Я и сама не знала, что со мной. Нужно уйти, я это понимала, однако оторваться от близкого человека не могла. Он единственный, кто в курсе, из-за чего на самом деле я поссорилась с мамой. По-моему, иногда он догадывался о причинах моих тревог, даже если я ему ничего не рассказывала.

– Я до сих пор не поговорила с мамой, – тихо произнесла я и обвела пальцем край стакана.

Нолан забрал свой заказ и искоса посмотрел на меня.

– А хотела бы?

Как само собой разумеющееся, мы вместе пошли в сторону выхода. Я ненадолго задумалась.

– Точно не знаю. На следующей неделе они с папой Доун съезжаются, и, боюсь, после этого мы с мамой уже не сможем спокойно все обсудить.

Он бросил на меня удивленный взгляд.

– Вы как-то рассказывали об их отношениях, но я не знал, что все так далеко зашло.

– Мы с Доун тоже, честно говоря, не знали, пока они не сообщили нам об этом в сентябре.

Нолан задумчиво что-то промычал.

– И вот сейчас вдруг наступил ноябрь, а я понятия не имею, что делать в этой ситуации после всего произошедшего.

– Доун уже знает историю о твоем отце? – спросил он, пока мы медленно шагали по дорожке.

Я быстро помотала головой.

– О’кей, понял. – С отсутствующим видом Нолан рассматривал стаканчик в руке. – Как думаешь, твоя мама уже поговорила обо всем с папой Доун? Ему известно, как опасен твой отец?

Я задумалась над этим, но, к сожалению, не могла представить себе, чтобы она это сделала. Она даже мне рассказала не всю правду. В горле образовался комок, стоило вновь вспомнить о стычке с папой. Я не хотела, чтобы Стенли или Доун однажды пришлось пройти через что-то подобное. И мама тоже не могла этого хотеть, я была в этом уверена.

Между мной и мамой определенно слишком много недосказанностей. Наверное, она тоже так считала, поэтому пыталась до меня дозвониться.

– Думаю, я должна с ней поговорить, – сказала я через какое-то время.

– Хорошая идея.

Я вздохнула. За последние несколько месяцев мы с мамой ругались чаще, чем когда-либо прежде. Мне стало невероятно грустно из-за того, что текущая ситуация нас разделила. Я не хотела, чтобы у нас навсегда испортились отношения. С другой стороны, я не знала, сумеем ли мы когда-нибудь вернуться в ту точку, в которой находились пару недель назад. После случая с папой я перестала в это верить.

– Уверен, разговор пойдет вам на пользу, – продолжал Нолан.

– Но что, если это ошибка и тем самым я сделаю только хуже?

Нолан остановился передо мной и посмотрел на меня сверху вниз. Мягкий взгляд, уголки рта слегка приподняты.

– Пойти после такого навстречу другому человеку и протянуть ему руку не может быть ошибкой, Эверли. Это бесконечно храбрый поступок.

Небо позади него светилось красным и оранжевым из-за закатного солнца, которое заливало лицо Нолана множеством самых разных оттенков. Мне вдруг стало сложно дышать. Этот образ запечатлелся в моей памяти, и я была уверена, что никогда его не забуду.

Внезапно у меня в ушах зазвучал его голос.

Пожалуйста, не езди туда больше. Тем более одна.

Никогда бы не подумала, что поймаю его на слове, когда после баскетбола он дал мне номер своего мобильного. А теперь спрашивала себя, не была ли наша сегодняшняя встреча знаком судьбы.

– Твое предложение еще в силе? – услышала я собственный голос.

Нолан как будто сразу понял, о чем я.

– Конечно, в силе. Я с удовольствием съезжу с тобой к твоей маме.

– Вон тот, впереди, – сказала я и указала на дом.

Нолан остановил свой SUV на обочине перед нашей подъездной дорожкой и выключил зажигание. По пути мы практически не разговаривали, потому что я слишком нервничала. Вместо этого Нолан вручил мне свой телефон, чтобы я выбрала музыку. Прокрутив его плей-листы, я отыскала парочку альбомов, которые тоже слушала. Это отвлекло меня от предстоящего разговора, однако сейчас, при виде маминой машины на подъездной дорожке, у меня больше не получалось отгонять ощущение тошноты. Пальцы немного тряслись, когда я положила смартфон в держатель для стаканов.

– Мне зайти с тобой? – помедлив спросил Нолан, так как я не предпринимала попыток выйти из автомобиля.

Тяжело сглотнув, я покачала головой:

– Лучше не надо.

– Ладно, – ответил он. – Тогда подожду здесь.

Я кивнула и положила ладонь на ремень безопасности, чтобы отстегнуться. Хотя до этого я была крайне решительно настроена поговорить с мамой, неожиданно меня захлестнули мысли, и я застыла на середине движения.

Потом снова откинулась на спинку кресла и взглянула на Нолана:

– Мне нужна еще пара минут.

У него на лице отразилось понимание.

– Времени у нас полно. Как по мне, так хоть до завтрашнего утра.

– Бин вряд ли придет в восторг.

Нолан криво усмехнулся:

– Кстати, да.

– Где он сейчас?

– У моих родителей. Я отвез его к ним сегодня утром перед университетом.