Отец подруги и я - Рокси Нокс

Неужели я скоро буду ездить по городу на учебной машине? Меня бросает в сладкую дрожь от этой мысли. Я за рулем. Даже не верится!

Через два часа выходим из автошколы. Маша идет рядом со мной, но не разговаривает. Ее уже ожидает Влад на своей оранжевой Ауди. У парня безукоризненная, как у манекена, прическа и белоснежная рубашка. Интересно, почему у всех Машкиных ухажеров такие броские машинки? У Токарева – желтая, как канарейка.

– Пока, – бросает мне Маша.

– До завтра, – отвечаю доброжелательно и наблюдаю, как она садится в авто и целует своего нового парня.

Со стороны все это выглядит очень мило – неужели у них и правда есть чувства? Может, стоит-таки рассказать Ростиславу? Нет, не буду пока. Машка же меня со свету сживет тогда.

Провожаю машину глазами и иду на остановку. Уже стемнело, и холодно. Закутываюсь мягким шарфом по самый нос и жду автобус. Минут через десять плюю на него и вызываю через приложение машину. Могу теперь себе позволить безболезненно разъезжать по городу на такси.

На следующий день Маша снова меня игнорирует в институте. Но после пар, так получается, что мы выходим вместе. Вижу во дворе Тимура и его команду и напрягаюсь. Неизвестно чего у них там с Машкой произошло. Не просто так он тусуется здесь.

– Что, снова вместе, снова рядом? – спрашивает Тим, нахально нас разглядывая. – Мамочка и дочка, да пацаны?

Пацаны начинают ухохатываться, как по команде. Мда, смешно, ага.

– Тебе че надо Тимур? – сквозь зубы спрашивает Маша.

– С тобой хотел поболтать, – хватает ее за локоть.

Я останавливаюсь на всякий случай, не ухожу.

– Отпусти, Токарев, – требует Маша. – Нечего нам с тобой обсуждать.

– А я так не думаю. Пойдем в машину.

– Никуда с тобой не пойду! – отвечает она, вырываясь из захвата.

– Токарев, ты ее слышал, – вмешиваюсь. – Мы идем по своим делам.

– По каким делам, Короткова? – издевательски спрашивает Тим, – тратить папочкины денежки? Не забудь гондоны купить. А то залетишь и получишь пинка под зад.

– Пошел ты, придурок! – отвечаю зло.

Беру Машу под руку и быстро увожу ее со двора ВУЗа. Но Токарев не отвязывается, идем следом со своей компашкой и громко обсуждает наши задницы.

– Пойдем ко мне домой, – шепчу. – Здесь рядом. Эти твари от тебя не отстанут.

Маша кивнула и повернула за мной во дворы.

– Уже близко, вон тот белый дом.

– Папа тебя здесь поселил?

– Маш, у нас не было выбора. Каришка привела парней, в общем, все печально кончилось. Я не могла там больше оставаться.

– Ладно, не оправдывайся, – пожимает плечами и оборачивается.

Тим и его дружбаны поотстали, но все равно находились в поле нашего зрения.

Открываю подъезд магнитным ключом и пропускаю вперед Машу.

– Теперь Тимур знает, где ты живешь, – говорит она.

– Да что он мне сделает? – вызываю лифт.

– Может он ничего, а вот Богдан только о тебе и говорит.

– Тот рыжий? – закатываю глаза. – Вот задрал!

Лифт останавливается на 5 этаже, и с Машей заходим в квартиру.

– Здорово тут у тебя. Молодец, папа.

Не пойму, это сарказм или нет?

– Будешь чай? – предлагаю. – У меня пироженки есть. Наши любимые – Пончо.

– А давай, – отвечает Маша и сбрасывает с плеч рюкзак. Садится за барную стойку на высокий стул и крутится вокруг себя.

– Маш, можно тебя спросить?

– Валяй.

– Почему вы с Токаревым расстались? Что он натворил?

– Не знаю, могу ли я тебе доверять, – Маша поднесла ноготь ко рту. Раньше за ней такой дурной привычки не водилось. – Ты же папе все доложишь.

– До сих пор же не рассказала ему про Влада, – пожимаю плечами.

– И то верно. Просто Токарев – псих. У него в голове всякие мерзости. Ты была права, когда говорила, что нужно встречаться с мужчинами постарше. Вот Влад – другой, – ее глаза мечтательно закатились. – Знаешь, я его не замечала, пока ты его не привела.

– Маш, тот случай на твоем дне рождения – ужасен. Ростислав Андреевич чуть с ума не сошел. Да и я тоже!

– Знаю-знаю, никто не думал, что мой организм такой слабенький. Я в детстве часто болела. Особенно после смерти мамы. Папа брал больничный и сидел со мной. Мне так нравилось, когда он дома, потому я делала так, чтобы почаще болеть…

– Знаешь, когда болела я – меня лечили народными средствами и отправляли в школу. Никто со мной никогда не сидел, – грустно усмехаюсь.

– Влад больше этим не балуется.

– Это хорошая новость. Ну, чего загрустила? Кушай пирожное, – подвигаю ближе к ней тарелку.

– Значит, сюда папа приезжает к тебе?

Я молча киваю. Зачем отрицать очевидное? Маша бросает взгляд на спальню. Думаю, ей неприятно представлять, что там происходит по ночам. Да и не нужно ей это знать.

– Ладно, спасибо за чай. Я пойду. Наверняка, эти придурки уже ушли.

– Тебя проводить?

– Не надо. Сейчас Владу позвоню.

– Разве он не на работе? – удивляюсь.

– Да, но может уехать ненадолго.

– Удачи тебе с Владом, – говорю на прощание.

– Спасибо. А тебе с папой, – отвечает грустно и спускается по лестнице пешком.

-39-

Первое занятие по вождению прошло, как на иголках. Пришла в автошколу, где меня уже ждал