Я не твоя - Элен Блио

Не важно.

Я не жду, что она бросит его и побежит ко мне. Если только для того, чтобы хорошенько ударить меня по лицу за все то, что я сделал.

Сижу окаменев. Жду чего-то.

Жду, что подойдет сзади мой Светлячок, что я услышу ее мелодичный голос. Даже если она скажет, чтобы я убирался прочь из моей жизни…

- Тамерлан?

Глава 30.

Мне так хочется поскорее оказаться в номере с Петросом! Я понимаю, что он счастлив так же как и я, что ему хочется обнять весь мир, со всеми поделиться радостью.

А я не хочу делится им! Моим мужем!

Перекатываю языком во рту это слово – муж! Мой муж…

Красиво звучит. И мне очень нравится.

Нравится быть ЗА мужем. Правда, мне предстоит еще только понять, что такое быть ЗА мужем.

Но что такое иметь такого верного и преданного друга как Петрос я уже отлично поняла.

Реально, он все это время нам здорово помогает. Нет, мы и без него справлялись, когда я еще была беременная. Работала мама, работала я. Мы бы выстояли, конечно же мы бы и сами справились, но…

Как хорошо, когда рядом есть мужчина! Настоящий мужчина!

Думаю, об этом, глядя сквозь панорамные окна, которые обрамляют ресепшн отеля. Там улицы, пальмы, город. Море, с другой стороны, его отсюда не видно. Там же шикарный променад. 

Я успела привыкнуть к морю, люблю его, не представляю уже как можно жить в городе, где снег, где моря нет.

- Зоя?

Поворачиваюсь, улыбаюсь любимому.

- И где твой друг?

- Он… он передает тебе наилучшие пожелания.

- Почему же он не подошел сам сказать мне об этом?

- Знаешь он… просто у него горе в семье. – у меня ёкает сердце, горе… Не хочу думать сейчас ни о каком горе! Ни о чем! Только счастье!

Все равно сердце сжимается, когда думаю об Ильясе. Что с ним стряслось? Почему он такой? И что с Тамерланом?

Нет, не хочу знать. Я сказала им тогда, на свадьбе, что я умерла. Нет, это они для меня умерли! Оба.

Умаровых в моей жизни больше нет и не будет. Никогда.

И моя дочь, она не Умарова. Ни на йоту!

Она моя. Она Светлана Светлова. Светлана Петровна.

Не знаю, какой порыв заставил меня взять это отчество. Может я просто думала о том, что мужчину, благодаря котором мои роды прошли так спокойно зовут Петр?

Петрос, Петр – камень. Он действительно как камень. И за ним я буду как за каменной стеной.

- Пойдем в номер, дорогая? – его глаза поливают карамелью, так, что у меня коленки дрожат и ноги становятся как желе, подкашиваются. И сердце замирает, а потом бросается словно с горы вниз, быстрее, быстрее, быстрее…

- Зоя?

- Да, дорогой.

- Ты так смотришь…

- Как? – улыбаюсь, потому что на самом деле это он смотрит!

- Не знаю… но, когда ты так смотришь мне… мне кажется у меня за спиной крылья.

- У меня тоже!

- Ты мой любимый Светлячок!

Да! Я уже не боюсь этого прозвища. Я Светлячок для моего любимого мужчины.

Мы идем к лифту, нас ждет номер на самом последнем этаже. Самый большой, люкс для новобрачных. Даже не представляю какой он.

Двери лифта закрываются. Внезапно мне становится не по себе. Мне кажется я видела, как кто-то бежал по холлу, пытаясь догнать нас. И вроде бы я слышала крик.

- Зоя, ты слышала? Кто-то звал тебя…

- Тебе показалось, милый.

И мне показалось. Но почему-то мои ладони становятся липкими от пота.

Это не Тамерлан. Нет. Это не он.

Его нет. Нет и больше никогда не будет.

Лифт останавливается. Он приезжает прямо в номер. Открыть его можно только приложив карту.

Петрос поднимает меня на руки, легко, словно я пушинка. Выносит в просторный холл с белоснежными стенами, пушистым золотистым ковром. На стенах зеркала, вокруг стоят вазы с розами.

- Как красиво. Спасибо тебе!

- Это тебе спасибо, любимая!

Он не ставит меня, несет дальше, за холлом – просторная гостиная и столовая. На столе фрукты, шампанское, какие-то сладости.

- Ты голодная?

- Пока нет.

- Хорошо.

Улыбается, от чего на его щеке и подбородке появляются симпатичные ямочки.

Я вспоминаю, как в первый раз увидела его улыбку, еще там, в клинике, когда он пытался отвлечь меня от болезненных схваток.

Я еще подумала – вот, улыбается, красавчик, весело ему! А мне больно!

И еще подумала, как хорошо его жене, если она у него есть, или его девушке. Такой красивый мужчина, и заботливый…

Наверное, поэтому еще я не так долго сопротивлялась и сдалась ему.

Ему невозможно не сдасться. Он такой… такой…

- О чем ты думаешь?

- О тебе.

- И что ты думаешь обо мне?

- Думаю, как мне с тобой повезло.

Вижу, он снова улыбается, отворачивается, и в какой-то момент по его лицу пробегает тень.

- Зоя… можно я… я отнесу тебя сразу в спальню?

- Почему ты спрашиваешь?

- Потому что хочу услышать твой ответ. Если ты не готова, если тебе нужно время…

- Какое время, любимый? Я знаю, что ты хотел снять с меня платье, я и сама этого хочу. Очень хочу!

- Зоя… ты… ты не говорила мне о… Прости, сейчас не время расспрашивать. Но… твой предыдущий опыт, он был… - вижу, что Петросу трудно подобрать слово не потому, что он не так хорошо говорит по-русски, он просто не знает, как сказать это помягче, - безболезненным?

Ох…

До меня только доходит, что может быть он считает, что меня… Что я стала жертвой насилия? Или мой первый мужчина дурно со мной обращался?

- Петрос, я даже не знаю, что сказать, если ты думаешь что… Все было нормально. Правда.

Нормально. Все что я могу сказать о моей первой ночи? О, о ней вообще не стоит вспоминать. Особенно о том самом первом опыте. Печальном.

Мне бы тогда уже бежать без оглядки от этого мужчины, который думал только о себе…

Но… Нет. Не могу быть настолько несправедливой. Дальше все было иначе.

Тамерлан показал мне рай, о котором только можно мечтать.

Но я не хочу вспоминать!

Не в мою первую брачную ночь!

То есть… день.

- Прекрасно. Я думал, вдруг ты…испугаешься.

-