Столкнувшийся - Лорен Ашер

— Хватит, Клаудия. Ты ставишь себя в неловкое положение, ведя себя так, будто мы были чем-то большим, чем просто случайный перепихон. Забудь об этом. Видит Бог, я это сделал. — Лиам не дает нам шанса вступить в еще одну перепалку. Он хватает меня за руку и оттаскивает от Злой Ведьмы Гонок.

Глава 19

Софи выглядит так, будто хочет обдумать то, что сказала Клаудия. Мой план идет к тому, чтобы я медленно ослабил её идею о нас надеясь, что она не откажется от этого, если я предоставлю ей все хорошие причины.

Я утаскиваю ее с торжества в уединенный коридор, подальше от тех, кто может нас обнаружить. Там темно и пусто. Идеально, потому что мне не нужно, чтобы бывшие участники прошлых гонок разрушали все наши шансы на что-то хорошее.

— Прости меня за это. Она не хочет оставить меня в покое. Я заблокировал ее, чтобы она перестала писать мне каждую неделю, иногда с фотографиями и сообщениями.

Питер наконец-то замолчал, так что я не хочу провоцировать драму, снова поднимая эту тему.

— Мм. — Ошарашенные глаза Софи смотрят вдаль.

— Ты расстроена из-за того, что она сказала?

— Нет, не говори глупостей. Она просто очень грубая. Тебе действительно нужно так много бывших подружек? Ты что создаешь свою собственную армию?

Старая Софи снова выходит на поверхность.

Я выдохнул, не замечая, что сдерживаю дыхание и почувствовал облегчение, когда ее глаза остановились на моем лице.

— Я думал об этом, но мне не нравилось, что за ними нужно ухаживать.

Она смеется над моей неудачной шуткой.

Моя дерьмовая история снова возвращается. Я не хочу, чтобы она была рядом и портила мои шансы с Софи. Прежде чем я успеваю остановить себя, я провожу костяшками пальцев по ее щеке, ее гладкая кожа касается костей моей руки. Я наслаждаюсь ее ощущениями. То, как мое тело умоляет о большем контакте или ощущение электричества, проходящего через меня, когда она уделяет мне все свое внимание.

Я — поганый парень, поддавшийся нашему влечению и при этом испортивший свой план остаться без секса и драмы на весь сезон.

Софи делает глубокий вдох и задерживает его, глядя на меня большими глазами. Я делаю все, не задумываясь, потому что мой план уже пошел прахом. Раз уж я прожил так всю жизнь, зачем останавливаться сейчас? К черту.

Одна моя рука обхватывает ее тело, а другая берет ее за подбородок, удерживая ее там, где я хочу. Мои губы находят ее губы, когда ее тело расслабляется в моих объятиях. Я забыл, как мне нравится ощущать ее губы на своих, сладкий вкус ее губ в моем рту.

Сначала наш поцелуй кажется сладким, ее мягкие губы прижимаются к моим. Я жажду большего от нее. Что-то внутри меня хочет, чтобы она так же отчаянно нуждалась во мне, как и я в ней. Мое тело гудит, когда ее пальцы смыкаются на моей шее, а ее губы раздвигаются, давая мне доступ к ее рту.

К черту платонические отношения, я хочу катастрофы. Я глажу ее язык своим, вкус шампанского наполняет мой рот. Поцелуи с ней вызывают адскую зависимость. Это как часами гоняться за адреналином.

Мои руки следуют по изгибу ее спины, проверяя границы дозволенного, нахожу её упругую задницу и сжимаю ее. Ее тело чертовски фантастично. Я чувствую, как она задыхается прямо на моем члене, жестком и готовом для нее, и удивляюсь задержке. Четырехмесячный запрет заставляет меня нуждаться.

Наши языки сплетаются, и ее вкус лишает меня способности думать. Эта связь — умопомрачительное совершенство, от которого мой мозг затуманивается, пока мы поглощаем друг друга.

Целовать ее — самое лучшее, блядь, ощущение, которое дарит мне чувство, что все в мире правильно. Ее язык, сначала неуверенный, а теперь дразнит мой. Милая Софи сменяется соблазнительницей внутри нее. Мой падший ангел, соблазнившийся у врат рая, чтобы присоединиться ко мне в адских землях. Ее зубы вцепились в мою нижнюю губу, тянут и посасывают, беря под контроль наш поцелуй. Черт, это заставляет мое тело гудеть от удовольствия, в то время как мой член пульсирует в штанах.

Ее руки пробегают по передней части моего смокинга, трогая и облапывая меня без всякой сдержанности. Я трусь своей эрекцией об нее, потому что мне хочется услышать звуки, которые она издает. Блядь, я жажду войти в нее. Вырывать у нее все виды стонов и стонов, пока довожу ее до экстаза.

Когда я продвигаю свой член к ней, ее тело напрягается, вероятно, осознавая, где мы, кто мы и что мы делаем. Переключатель щелкает, и прежняя Софи возвращается. Она слегка прижимается к моей груди, и я вздыхаю, отрывая свои губы от ее губ.

Меньше всего я хочу, чтобы она в страхе отстранилась и остановила нас, прежде чем у нас появится шанс. Она — лучший поцелуй в моей жизни, и мне нужно посмотреть, к чему это приведет.

Люди склонны управлять другими, как стеклом. С осторожностью, в страхе сломать человека и разбить его сердце. Но с Софи я обращаюсь как с бомбой, как будто она может взорваться в любую секунду. Она — как тикающие часы с тонной сложных проводов. Как только бомба взорвется, осколки и дерьмо разлетятся повсюду, пронзая тебя со всех сторон, разрушая тебя изнутри. И взрывоопасно, и катастрофично.

Я придумываю идеи быстрее, чем мой мозг успевает их обрабатывать, создавая план, чтобы конкурировать с планом Софи.

— Давай будем друзьями с привилегиями?

Ага. Это моя гениальная идея. Все пять слов.

Глава 20

Софи

Моя рука перемещается к губам, проводя пальцами по припухшей области, которую лизал и покусывал язык Лиама.

Лиам действует как океан, стирая мою тщательно вычерченную линию на песке, подобно приливу, затопляющему мою способность придумывать причины для несогласия.

Больше нет смысла отрицать свои желания. Я бросаю свои оправдания, отказываюсь от отрицания и киваю головой в знак согласия с его идеей. Потому что, черт возьми, я должна увидеть, что произойдет. Его губы, наши поцелуи, все это сносит мне крышу. Мой мозг работает с