Царевна ужей - Лоя Дорских

- Ты меня совсем не слушаешь, - грустно улыбнулась женщина. – Знаешь, здесь, - она обвела рукой помещение, - в мире Яви, сила не пробудилась бы и вовсе. В подземном мире – быстрее. Но ты была в предгорье, на стыке двух миров, и первородному огню требовалось время, чтобы полностью раскрыться. Скажи, тебя не смущало, что никто кроме тебя не видел, как ты называешь, саламандру?

- Ну, я…

- Я… - передразнила меня женщина. – Это была ты. Твоя суть. Просто в твоём восприятии мира не было такого понятия, как первородный огонь, и самым близким к нему, были вот такие вот огненные зверюшки. Поэтому так и проявлялась твоя сила. Вспомни, например, камнепад. Ты хотела очистить спину царевича – огонь очистил, повинуясь тебе. Тебе было одиноко – ящерка была рядом. Страшно – саламандра кривлялась. Она могла бы делать в разы больше, но ты, подсознательно, её сдерживала. В итоге, огонь вёл себя так, как в твоём понимании должны вести себя саламандры. Сама себя загнала в никому ненужные рамки.

- Ты хочешь сказать, что я, как те дети древних, которых не приняли ужи?

- Нет, я не хочу это сказать. Я говорю это открытым текстом.

- И поэтому Он меня вернул домой? – я горько усмехнулась. – Потому что я – не человек. Им не угодишь…

- Василиса, - пророк искренне мне улыбнулась. – Как только ты вошла в силу, сразу потеряла статус царевны. Пусть он ранее и был лишь номинальным, но был ведь, и являлся своеобразной защитой! Потеряв его, ты стала для всех обычным человеком – никто же не знал про первородный огонь, проснувшийся в тебе! Простой человек. Заметь, не наречённая и не супруга кого-то из полозов, ведь лишившись звания царевны, ваш брак с царевичем официально был признан недействительным. Об этом, практически одновременно узнали Святослав, Всеволод и его отец. У царевича было слишком мало времени на принятие решения, и поверь, из всех возможных вариантов, он выбрал единственно верный.

- Вышвырнув меня из своей жизни? – как я не пыталась, слёзы сдержать у меня не вышло.

- Отпустить тебя, практически отрывая вместе с этим кусок своего сердца, - вкрадчиво прошептала пророк. – Белогор бы не смог убить тебя – древние не дали бы ему и пальцем к тебе прикоснуться! Запихали бы ему ужа в одно место и всё! Но Всеволоду откуда было об этом знать? Ты – не царевна. Случайный человек, и, по всем законам, царь предгорья был бы в своём праве. А так, ты –жива, здорова. По идее, должна счастливо жить под мороком и быть для всех неприкосновенной.

- На меня не действует морок, - хлюпнула носом, пытаясь принять всё, что услышала сегодня от пророка.

- А Всеволоду об этом откуда знать? – женщина пожала плечами, поднимаясь на ноги, явно намереваясь уйти. – Он может только поэтому и не приходит, не зная, что ты всё помнишь?

- Подожди! – встав вместе с ней, я растерянно прокручивала в голове новую информацию. – Что мне делать?

- Что хочешь, - женщина махнула рукой. – Хочешь, сходи в лес, попроси лешего проводить тебя к знакомой ведьме. Она как раз перечитывает фолианты своей прапрабабки и с минуты на минуту поймёт, кто ты на самом деле. А хочешь – иди к вратам, пообщайся с древними. Хочешь – в подземный мир, к деду, или к бывшему мужу… хотя, он и будущий… к мужу, в общем, - подмигнув мне, она направилась в сторону выхода.

- Именно так я и сделаю, - пробормотала ей в спину и впервые за этот месяц по-настоящему улыбнулась.

Оплатив счёт и выйдя на улицу, пошла в сторону ближайшей автобусной остановки, одновременно прокладывая в навигаторе телефона маршрут до ближайшего леса.

28

***

- Что делаешь? – Владимира тихо прокралась в комнату Анны, прикрыв за собой дверь.

- Снова прячешься от Артура? – улыбнулась ведьма, переворачивая страницу старинного фолианта.

Мира лишь скривилась в ответ. Пять дней. Всего пять дней, как они узнали, что скоро станут родителями, а Владимира уже в тихом бешенстве от опеки своей пары. Это нельзя, так не надо…

«Зеленоглазка, ты на улицу? А курточку?!» - а то что Мира в тёплом свитере и ей до соседнего дома дойти – Артур во внимание не берёт.

«Ты покушала? Может добавочки?!» - чтобы совсем в шар превратиться. Закормили!!!

И ещё тысяча всевозможных вопросов, пожеланий, утверждений… Такое ощущение, что она пара не альфы и вожака стаи, а многодетной мамочки в декрете, которая точно знает, как будет лучше.

- Это карма, - понуро кивнула Владимира. – За то, что я смеялась над Линой и закидонами её полоза. Так что делаешь?

- Пытаюсь понять, что за силы были у сестры твоей подружки.

- До сих пор? – в шоке переспросила волчица, присаживаясь рядом и беря в руки один из ветхих талмудов, без особого энтузиазма перелистывая страницы с угольными зарисовками непонятных созданий.

- Зря я ей сразу не рассказала, - в который раз укорила себя ведьма.

- Тебе не откуда было знать, что царевич вернёт её домой, - привычно ответила Мира, хмыкая на изображение волкодлака. – Руки бы художнику оторвать, за такой набросок!

Анна лишь покачала головой, взглянув на схематичную картинку то ли облезлого волка, то ли изрядно потрёпанного жизнью хомячка… но, знак Велеса в углу упорно указывал на всё-таки оборотня.

Мысли о Василисе упорно не желали выходить из головы. Ведьме было искренне жаль девушку, жизнь её изрядно помотала, забросив в предгорье, а если прибавить к этому странную магию…

Странная – не то слово! Горная община утаила от царевича пару важных деталей по просьбе Анны. Например, то, что стоило ведьме приблизиться к спящей девушке, как всё вокруг вспыхнуло огнём. И не простым – он не причинял никому вреда, лишь угрожающе шипел, разнося по округе запах гари. Только после того, как Анна вслух поклялась своей силой не причинять девушке вреда – огонь ушёл, в прямом смысле, впитавшись в кожу номинальной царевны, не причиняя ей никакого дискомфорта.

Жаль, что Анна не успела рассказать об этом самой Василисе. Сначала не хотела её пугать, потом, окончательно запутавшись в спутанных объяснениях девушки про сны и саламандр, вообще перестала что-либо понимать