Исгерд. Ледяная жрица - Полина Грийе

— Не будет. Я тебе клятву дам, магическую. Только помоги выбраться отсюда, а?

Я вздохнула. И что мне так на детей сирых и убогих везет? Сначала Хеб и Ранья, теперь этот безымянный…

— Садись уже, пока нас твои дружки не догнали, — я чуть сдвинулась в седле, гадая как мы сможем улететь вдвоем и выдержит ли нас гриф. Повезло, что оба худые и по весу вполне можем сойти за одного упитанного мужчину.

Мальчишка ловко взобрался в седло и уселся позади меня, робко обнимая за талию.

— Попробуешь выкинуть какой-нибудь фокус — сброшу на землю сразу же, — пригрозила я пацану и дала грифу команду на взлет.

Стоило только нам оторваться от земли, как тут же из ближайших кустов на поляну высыпала стайка парней чуть старше моего найденыша. Они что-то злобно кричали, угрожающе размахивая руками.

— Спасибо, вейта, — благодарно шмыгнул мне в ухо пацан и прижался плотнее.

Третья столица все еще оставалась неприступной крепостью. Мы приземлились у четвертого круга, на одной из площадок вблизи пропускных ворот.

Отвязав ошейник, я отпустила грифа. Он, каркнув мне что-то напоследок, тут же взмыл в небо и скрылся за облаками. А я и Фес — мой найденыш — направились к воротам в город. Стража долго и кропотливо проверяла мои документы, потом так же нудно выясняли цель моего прибытия, наотрез отказываясь пропускать чумазого мальчишку. Все решила звонкая монета, словно невзначай опущенная в карман проверяющего. Выдавив кислую улыбку, стражник все же выдал нам на двоих пропускной лист.

Едва мы преодолели четвертый круг и подобрались к третьему — от которого начинался настоящий город, а не те бедняцкие домишки, Фес попытался нырнуть в толпу и скрыться от меня.

— Не так быстро, щенок, — поймала я его за шкирку. — Захотел стать полноценным гражданином большого города — придется потрудиться. Для начала — надо закончить школу и отработать должок.

Фес недоуменно захлопал своими синими глазищами.

— А ты что думал, я тебя просто так, по доброте душевной на грифе катала и хлеб с тобой последний делила? Нет, милый мой, у меня на тебя планы, и будь добр им соответствовать, иначе верну обратно, откуда забрала. Не ты ли клятвами и обещаниями разбрасывался недавно?

Пацан скуксился, но вырываться перестал.

Вдвоем мы добрались до нужного мне здания. Но пока шли, я трижды ловила Феса за воровством кошельков, два раза он утянул фрукты с торгового лотка, один раз стащил ненужную ему газету и зачем-то умыкнул цветы с вазы на площади, которые тут же попытался всучить мне.

— Еще раз попытаешься что-то стащить — пойдешь не в школу, а прямиком в городскую тюрьму, — сурово шикнула я на пацана, подходя к воротам почти позабытой академии.

Душа стенала и страдала. Разум требовал вернуться обратно в свое захолустье и вычеркнуть все случившееся, как страшный сон, а сердце сжималось от боли, прося шагнуть вперед, вернуться хоть на мгновение в прошлое, вспомнить то, что обещала забыть.

— Вейта, мы что, прямо возьмем и так просто войдем в академию? — раздался у самого уха восторженный голос мальчишки, возвращая меня в реальность.

— Обязательно. Не только войдем, а еще и побеседуем кое с кем. Если повезет, то и учиться когда-нибудь здесь будешь.

Глаза мальчишки стали размером с блюдца, и столько восторга и по-детски счастливого удивления читалось в них.

— Добрый вечер, — обратилась я к привратнику, дежурившему у ворот академии. — Мне нужен Магистр Тарес.

— Ого, как замахнулась. — проскрипел старик, оглядывая меня презрительным взглядом. — А Архимага Ксинта не подать? Чего тебе надо от Магистра?

— Личное дело, — продолжала все так же вежливо я. Иногда есть польза от ледяного сердца, теперь меня не так просто разозлить.

— Какое может быть дело у такой простолюдинки как ты? — не отставал привратник, продолжая меня оскорблять. — Милостыню если только просить. Так у нас тут не богадельня, не подают.

Мое терпение пошло на убыль. Расстегнув свою потрепанную куртку, я достала из-за ворота рубашки маленький жетон на обычном шнурке со знаком Академии и инициалами Тареса.

— Вот, вы не могли бы передать это Магистру. Он поймет от кого это.

Привратник взял в руки жетон. Тот мигнул синим и снова стал прежним.

— Ждите здесь. Я доложу, — нехотя проскрипел старик и захлопнул смотровое окошко.

М-да. Раньше здесь было не так строго с посещениями. Лютует новый ректор, ох, лютует. Перестраховывается.

Обратно привратник вернулся очень быстро. Почти бегом. Выражение лица его поменялось с презрительного на заискивающее.

— Извольте пройти в академию, благородная вейта. Извините, не признал.

Я усмехнувшись, направилась к зданию, поманив за собой мальчишку.

— Инга! — услышала я громогласный возглас, едва переступила порог Академии. И меня тут же сгребли в объятия. — Свет очей моих! Рад тебя видеть!

— Отпусти, Тарес, — засмеялась я, вырываясь из лап друга. — Ты портишь свою репутацию мрачного злюки. Смотри, как на тебя косятся твои студенты.

— Ах, ну да, — захохотал Тарес в ответ, ставя меня на землю. — Пойдем ко мне в кабинет. Наверняка у тебя какое-то дело, раз ты выбралась из своей глуши.

— Тарес, не прикидывайся. Неубедительно играешь. Лучше помоги вот это чудо пристроить, — я выпихнула Феса из-за своей спины. — Вот, прибился по дороге.

— Ну надо же какие интересные экземпляры к тебе прибиваются, — хмыкнул Тарес, цепко осмотрев мальчишку со всех сторон. — Для академии мелковат, а вот в школу одаренных вполне может подойти… Что умеешь, пацан?

— Будь повежливей, с ректором разговариваешь. От него зависит твоя путевка в жизнь, — прошипела я в ухо мальчишке, заметив, что Фес вот-вот скажет какую-нибудь гадость.

— А… э-ээ… — тут же растерял всю свою показную уверенность Фес. — я, видо, магичить умею и предметы заговаривать… могу показать.7

— Ладно, с тобой позже разберемся, — Тарес подозвал околачивающегося неподалеку студента и попросил того накормить Феса и обустроить на ночлег, а сам поманил меня следом за собой.

Поднимаясь по ступеням к кабинету, я разглядывала широкую спину магистра. За это время он ничуть не изменился. Все такой же огромный, широкоплечий. Все так же похож на медведя на задних лапах. Вот только в иссиня-черных волосах и бороде появилось слишком много седины.

— Ну что ж, рассказывай, — сказал Тарес, заходя в кабинет и усаживаясь в кресло перед камином. — Или хочешь отдохнуть с дороги? Я распорядился насчет обеда.

— Это ты рассказывай, к чему весь этот цирк, — я села в кресло напротив.

Тарес молчал, пристально разглядывая меня, отмечая произошедшие изменения, затем встал, налил в бокалы вина и протянул один из них мне.

— Так и будешь молчать? — пригубила я вино.

— Инга,