Зеркала - Мария Николаевна Покусаева

Редкие пылинки кружились в солнечных лучах, свет был теплым и радостным, и, видимо, поэтому комната, в которую я попала, сначала показалась мне милой и уютной. Здесь был камин в углу, пара кресел, диван и стулья, и старое зеркало в деревянной раме – оно висело на стене напротив окон, словно припыленное, с отколотым уголком. Камин, конечно же, не горел. Полка над ним пустовала, а салфетка на низком столике перед выцветшим диваном казалась застиранной и потрепанной. Это место, при всех попытках создать в нем уют, если присмотреться, выглядело неуловимо холодным, почти неприятным, как приемная в районной больнице, куда спихнули все, что не пригодилось дома.

Но настоящим домом она от этого не стала.

– Где мы? – спросила я, втянув голову в плечи.

Мне не нравилось здесь. И не нравилось то, что мы проникли сюда без предупреждения.

– В гостях у моего коллеги, – холодно ответил Кондор, отряхивая рукав, словно успел в чем-то его испачкать.

Волшебник коротко посмотрел на меня, и мне показалось, что на его лице мелькнуло что-то вроде удивления.

Думал, что я с ним заговорила?

Я поджала губы и спряталась за Ренаром. Вовремя, потому что послышались неспешные шаги, и я увидела, как хозяин дома спускается по деревянной лестнице со второго этажа. Он, казалось, нисколько не торопился к незваным гостям, оказавшимся посреди его… гостиной? Приемной? Прихожей?

Кондор отвлекся от созерцания рукава и сделал шаг так, чтобы оказаться между нами с Ренаром и новым для меня человеком, словно пытался нас защитить. Именно поэтому я не смогла толком разглядеть ничего, только то, что хозяин дома был светловолос, довольно высок и носил темно-серый костюм без особых украшений.

– А я-то думал, – раздался его голос, хрипловатый и чуть ленивый. – Когда же Мастер почтит меня своим присутствием. Рад вас видеть, милорд. Честно говоря, я уже успел решить, что вы на меня обиделись или окончательно сложили с себя обязанности.

Милорд, значит.

Кажется, он поклонился Кондору.

– У меня много дел, Мастер Герхард, – сказал тот, лишь кивнув в ответ на поклон, и то – коротко и как-то без особого желания. – Но сегодня я к вашим услугам. Правда, прежде, чем мы начнем, я хотел бы сказать пару слов своим спутникам.

– Несомненно. – Мастер Герхард, кажется, улыбнулся, но в сторону не отошел. – Я знаком с вашим… слугой, – добавил он, и я покосилась на Ренара. Тот молчал, чуть задрав нос и изображая на лице беспечную улыбку. – Но кто еще сегодня с вами?

Я думала, что Кондор ответит что-то вроде «не ваше дело, Мастер Герхард, идите лесом», но он на удивление легко отошел в сторону и, торжественно махнув рукой, указал на меня.

– Эта юная леди под моей опекой, – сказал он, подчеркнув слово «опека» так, словно оно имело тайный смысл. – Если вы поняли, о чем я, вы не будете задавать лишних вопросов, мой друг. И постараетесь не рассказывать о ней каждой уличной собаке.

Внимательные и проницательные, колючие серые глаза Герхарда впились в меня с жестоким любопытством. Мне казалось, я смотрю на него снизу вверх, как напуганный ребенок, и дело было не в росте. Скорее, в ощущении, что я столкнулась с кем-то взрослым и не слишком ко мне расположенным. Мои не то спутники, не то стражники вели себя слишком по-панибратски, ну, до вчерашнего вечера, и я успела начать считать их своими. Дар – очаровывал, его дворецкий, когда понял, кто я, был мил, как старый пес, на которого оставили трехнедельного котенка. Лин, кажется, восприняла меня как приложение к Кондору. А вот Герхард почему-то не спешил радоваться.

Он вел себя так, как, по моему мнению, и должен вести себя кто-то, на чьем пороге оказываются незваные гости, которых притащил с собой высокомерный и не слишком вежливый коллега. Коллега, который одновременно и моложе, и выше по статусу, поэтому считает себя вправе быть вот таким. Резким, наглым и…

Бедняга Герхард.

Из солидарности я попыталась улыбнуться. Получилось, наверное, не очень, но направленный на меня взгляд смягчился.

Герхард вежливо улыбнулся мне в ответ.

– Доброго дня, леди…

– Мари, – сказала я.

«Он старше, – подумалось мне, -старше этих двоих, да еще и выглядит усталым, задерганным и недовольным». В отличие от Кондора, Герхарду не шли эти круги под глазами. Его светлые волосы были тонкими, остриженными куда короче, чем я привыкла здесь видеть – даже в хвост не собрать, а рядом с бледными губами притаились жесткие складки, словно бедняга чаще злился и нервничал, чем улыбался. Наверное, поэтому улыбка Герхарда казалась мне неискренней и вымученной.

Он протянул мне руку, и я, резко стянув свою перчатку, пожала мягкие теплые пальцы.

Это был второй волшебник, которого я здесь встретила, и колец он носил куда меньше, чем первый, всего два – оба на правой руке.

– Мастер Герхард Оденберг, – представился он. – Штатный волшебник города Йарна на службе его королевского величества и своей страны. Приятно познакомиться, миледи.

Он отстранился, освободив свои пальцы, и посмотрел на Кондора, словно ждал его одобрения или любой другой реакции.

– Отлично. – Кондор усмехнулся. Он стоял, сунув руки в карманы короткого черного пальто. – Все формальности мы соблюли, и я могу отправить леди любоваться окрестностями. Вернусь к вам через пару минут, Герхард, и мы обсудим… что у вас там ко мне было.

Он перехватил взгляд Ренара и указал подбородком куда-то в сторону лестницы. Видимо, там был выход из дома.

Меня, все еще растерянную, схватили за локоть и вывели из гостиной.

Где-то тут до меня дошло, что Герхард не удостоил Ренара ни приветственным кивком, ни тем более рукопожатием.

Ренару, кажется, было все равно, а я почему-то почувствовала странное внутреннее возмущение и неприязнь к этому Герхарду, его стрижке и вымученной улыбке.

Дверь наружу действительно была напротив лестницы. Мы вышли на крыльцо и оказались на широкой людной улице в паре домов от перекрестка, за которым начиналась прямоугольная площадь. С другого ее конца высилась темно-серая мрачная башенка с часами наверху. На башне виднелись яркие пятна незнакомых флагов – изумрудная зелень, белые круги, небесная лазурь и желтые полосы.

Рядом с перилами крыльца стоял, прислонившись к ним, скучающий юноша. Он был не старше меня, может, даже и младше, и его одежда, похожая на военную форму, была ему великовата. При нашем появлении юноша перестал скучать, встал прямо, опасливо покосился